Цитаты про массы

Цена акции зависит не от того, как работает компания, а как работает психология массы.
Пока хавает пипл, пока требуют массы, насос качает из трупов души — час за часом.

Мотор, превращающий нетленный дух в баксы. Машина запущена, зомби требуют мяса.
Чтобы стать безупречным членом стада овец, нужно в первую очередь быть овцой.
Устраивайте разные конкурсы, например: кто лучше помнит слова популярных песенок, кто может назвать все главные города штатов или кто знает, сколько собрали зёрна в штате Айова в прошлом году. Набивайте людям головы цифрами, начиняйте их безобидными фактами, пока их не затошнит, ничего, зато им будет казаться, что они очень образованные. У них даже будет впечатление, что они мыслят, что они движутся вперёд, хоть на самом деле они стоят на месте. И люди будут счастливы, ибо «факты», которыми они напичканы, это нечто неизменное. Но не давайте им такой скользкой материи, как философия или социология. Не дай бог, если они начнут строить выводы и обобщения.
Дошло до того, что я как-то раз посмотрел на толпу зрителей, а там стояла тысяча Молков, парней и девушек, и у всех знаменитая прическа «молко-боб». И я подумал: «Окей, Молко, пора подстригаться».
Уровень массы зависит от сознания единиц.
Болтуны серьезные соперники, когда речь идет о популярности у масс. Массы понимают тех, кто занимается болтовней. Тех, кто занимается делом, они не понимают. Я имею в виду то дело, которым заняты мы с вами, — работу мысли.
Буржуазия только тогда признает государство сильным, когда оно может всей мощью правительственного аппарата бросить массы туда, куда хотят буржуазные правители. Наше понятие о силе иное. По нашему представлению государство сильно сознательностью масс. Оно сильно тогда, когда массы все знают, обо всем могут судить и идут на все сознательно.
Когда индивидуум растворяется в массе, он легко становится восприимчивым к... заразе, однако для частной жизни это не годится.
Бедняки — это вовсе не масса <...> Беспомощный человек совершенно одинок.
Вероятно, большинство ныне живущих людей происходят из семей рабов.
Чтобы влиться в толпу, вовсе не обязательно выходить на улицу — достаточно, сидя дома, развернуть газету или включить телевизор.
Пока весь народмассы – не цитирует еще Хартию вольностей и конституцию, нет оснований для беспокойства.
... людей нельзя силком заставить слушать. Они должны сами понять, сами должны задуматься над тем, почему так вышло, почему мир взорвался у них под ногами. Вечно так продолжаться не может.
Нет ничего страшнее людей идейных, искренне верующих. Идейность, помноженная на необразованность,  — нитроглецерин истории. И здесь я просто не могу не повторить Губермана:

Возглавляя партии и классы,

Лидеры вовек не брали в толк,

Что идея, брошенная в массы, -

Это девка, брошенная в полк...

Распространяясь на умы, сложная теория всегда редуцируется до примитивного лозунга. Профанируется. Собственно говоря, смысловая редукция — это плата за широту охвата. Теория полностью выхолащивается, атрофируется, зато миллионные армии сторонников готовы идти в бой. И проливаются кровь и слезы...
Но дело в том, что, как показывает исторический опыт, именно абсурдные или даже, сказать точнее, идиотские идеи как раз легче всего овладевают умами масс.
Большинство людей обязаны покорно подчиняться своему назначению, быть сырым материалом истории. Им, как, например, пеньке не нужно думать о том, какой толщины и прочности совьют из нее веревку, и для какой цели она необходима.
Народ оказался публикой... Массам преподносят смысл, а они жаждут зрелища.
Скряги не верят в будущую жизнь, для них все — в настоящем. Эта мысль проливает ужасающий свет на современную эпоху, когда, больше чем в какое бы то ни было другое время, деньги владычествуют над законами, политикой и нравами. Установления, книги, люди и учения — все сговорилось подорвать веру в будущую жизнь, на которую опиралось общество в продолжение восемнадцати столетий. Ныне могила — переход, которого мало боятся. Будущее, ожидающее нас по ту сторону Реквиема, переместилось в настоящее. Достигнуть per fas et nefas земного рая роскоши и суетных наслаждений, превратить сердце в камень, а тело изнурить ради обладания преходящими благами, как некогда претерпевали смертельные муки в чаянии вечных благ, — такова всеобщая мысль! Мысль, к тому же начертанная всюду, вплоть до законов, вопрошающих законодателя: «Что платишь?» — вместо того, чтобы сказать ему: «Что мыслишь?» Когда учение это перейдет от буржуазии в народ, что станется со страною?
В порыве народного гнева объединиться, затравить и выгнать из стада отбившуюся одиночку – это самое лучшее средство для сплочения масс.
Рабочая сила с более высокими моральными качествами более производительна, чем грубо эксплуатируемая масса.
Массы никогда не восстают сами по себе и никогда не восстают только потому, что они угнетены. Больше того, они даже не сознают, что угнетены, пока им не дали возможности сравнивать.
... Вокруг — десятки тысяч человек, думающих одинаково... Это словно поток. Не нужно никаких приборов, чтобы включить все мозги в одну цепочку, сделать их кусочками вычислительного механизма. Лишь будь в толпе. Смотри вместе с ней. Кричи вместе с ней.

И сразу расхочется думать.
Как амеба реагирует на тепло, холод, свет, наличие в среде обитания посторонних примесей в виде пищи или токсинов, так и крупные массы людей в первую очередь реагируют на уровень жизни, состояние преступности, уровень бытового насилия и еще несколько основных параметров, так сказать, внешней среды. И, так же, как амебы, люди в определенных условиях начинают перемещаться в среду с более комфортными условиями, суть эмигрировать, утолщают внешнюю оболочку, то есть начинают ставить замки, железные двери, заводить собак, покупать ружья, для увеличения количества поступающей пищи выбрасывают дополнительные ложноножки в виде садово-огородных участков, окукливаются, то есть резко сокращают размножение, либо, наоборот, начинают активно делиться. Причем последнее, вразрез с распространенным мнением, отнюдь не зависит от уровня жизни.

Скажем, сейчас в России наиболее популярны малодетные семьи, и определяющим аргументом такого положения дел на бытовом уровне как раз считается низкий уровень жизни. То есть «нечего нищету плодить». Но у тех же чеченцев, чей уровень жизни несравнимо ниже, чем в целом по России, мы наблюдаем настоящий демографический взрыв. Средства массовой информации могут, так сказать, слегка повысить или понизить градус воздействия того или иного параметра, но, как это ни странно, существенно изменить общую картину им не под силу. То есть какие-то раздражители в рейтинге обойдут другие, но, так сказать, общий уровень раздражения останется практически неизменным. И это опять свойство скорее амебы, чем разумного существа. Но есть одно очень существенное отличие. И оно заключается в том, что люди обучаемы. Пусть в большинстве случаев ненадолго, на одно, максимум два поколения, но и это существенно.
Я не человек толпы, стадное поведение абсолютно мне чуждо, я его даже не понимаю. Я никогда не ощущал себя частью людской массы, даже на футбольных матчах. Ни на одном массовом зрелище, будь то концерт, кинофильм, спортивная игра или что-либо еще, я не отдаюсь полностью происходящему. Какая-то часть моего сознания сохраняет отстраненность, наблюдает за окружающими, интересуется их реакцией, а не тем, на что они реагируют.
Психика широких масс — это психика женщины. Она совершенно невосприимчива к слабому и половинчатому! Душевное восприятие женщины недоступно аргументам абстрактного разума, оно поддаётся инстинктивным стремлениям и силе! Женщина охотнее покорится сильному, чем сама станет покорять слабого! Масса больше любит властелина, чем того, кто у неё чего-либо просит!

Масса ценит беспощадную силу и скотски грубое выражение этой силы, перед которой она в конце концов пасует!
Не важно, как думают все,

Не важно, что их миллионы.

Забудь про свою уникальность,

Твори системы, меняй законы.
Жизнь бессмысленна и полна лжи, darling. Мы слишком проницательны, чтобы довольствоваться массовыми наркотиками: долгом, культурным прогрессом, религией и философией.
Чем чудовищнее солжёшь, тем скорее тебе поверят. Обычные люди скорее верят большой лжи, чем маленькой. Это соответствует их примитивной душе. Они знают, что в малом они и сами способны солгать, ну а уж очень сильно солгать они постесняются. Большая ложь просто не придёт им в голову. Вот почему масса не может себе представить, чтобы и другие были способны на слишком уж чудовищную ложь. И даже когда им разъяснят, что дело идёт о лжи чудовищных размеров, они все ещё будут продолжать сомневаться и склонны будут считать, что, вероятно, всё-таки здесь есть доля истины
Уже не стало отдельных, индивидуальных судеббыла только наша коллективная история, точнее, чума и порождённые ею чувства разделялись всеми.
Коль вдруг муравьи сообща нападут,

Осилят и льва, как бы ни был он лют.
— «Не всё равно!» Однажды ты поймёшь, что люди, которым не всё равно, которые якобы несут любовь в массы, — это самые бессердечные ублюдки на свете...
Масса — послушное стадо, которое не в силах жить без господина. У неё такая жажда подчинения, что она инстинктивно подчиняется каждому, кто назовет себя её властелином.
Они (большинство людей — К.) предпочитают, чтобы их уговаривали и упрашивали или даже погоняли. Тогда они никогда не совершат ошибки: если ошибка случится, это будет чья-то ошибка, а не их. Ломить прямо вперёд — это механистический взгляд, а люди в массе не машины. У них есть свои умы, весьма приятные умы, которым легче всего на проторенной дороге... Стадо овец не гонят на рынок по прямой линии, и тем не менее всегда находится дорога, чтобы доставить их туда...
Кино — это наиболее развитое империалистическое средство контроля над массами.
Каких взглядов придерживаются массы и каких не придерживаются – безразлично. Им можно предоставить интеллектуальную свободу, потому что интеллекта у них нет.
Всё делается массово. Масскультура. Масс-все-на-свете.
Граница между немногими и массой проходит не между людьми, а внутри каждого человека.
И массы могут чувствовать себя одинокими.