Цитаты про актеров

Актеры — как помидоры на рынке, потому что у каждого есть своя цена. И я такой же помидор. Но я тот помидор, которому наплевать, сколько он стоит.
Думаю, внутри каждого актера сидит ребенок, который тайно мечтает попрыгать по зданиям с криком «Йо-хоооо, козлы!»
И кто виноват, что играют плохие актеры,

Что даже иллюзии счастья тебе ни один не дает,

Что бледное тело твое терзают, как псы, сутенеры,

Что бедное сердце твое превращается в лед.
Быть хорошим актером не просто. Быть хорошим человеком гораздо сложнее. Я хочу быть и тем и тем, до того, как изживу себя.
У меня однажды была замечательная ситуация на спектакле. На первом ряду сидели муж с женой. Они смотрели-смотрели, и вдруг жена, ни слова не говоря, развернулась и — бац: залепила мужу по роже увесистую пощечину, наотмашь, со всей силы. И он голову спрятал, отвернулся. А она дальше смотрит. Значит, так: история из спектакля совпала с ними, с их жизнью… Я понял, что точно попал в цель, в этот нерв.
В актерской жизни нужно везение. Больше, чем в любой другой, актер зависим, выбирать роли ему не дано.
Только для тебя солнце светит золотом, ещё б!Ты сегодня главный актер декораций из трущоб.
У Райкина в чём проблема? Я вам объясню. На мой взгляд — Константин Райкин замечательный актёр совершенно, недовостребованный, на мой взгляд, как раз из-за своего театра. Великолепный артист! <...> У него талант такой, знаете, такой лёгкий, как воздушный шарик. Потом, что произошло? На одном собрании рядом с этим «шариком» упало «бревно начальственное». Оно не на него упало, оно упало рядом. Но всё, что сейчас происходит уже третий месяц, вот эти крики Константина Аркадьевича — это возмущение легкого, хрупкого предмета по поводу того, что нельзя же брёвнам падать, понимаете, ведь оно же могло же и убить. Так вот, не надо брёвнами пытаться... не надо брёвнами регулировать культурную отрасль. Не надо!
— Что такое театр для актёра? Театр, в котором он работает годы и годы, а иногда и всю жизнь?

— Семья. Consuetudo est altera natura. Привычка — вторая натура. Это то же самое. Втягиваешься.
В моей жизни был такой случай. Во время спектакля на сцене я почувствовал такой контакт со зрительным залом, как будто там сидел только один человек — мой друг. Казалось, скажи я тогда: «Встаньте» — и все встали бы. Тогда я и понял, что такое призвание актёра.
Белая зависть — это особое ощущение для актёра. Оно подстёгивает, оно даёт тебе импульс двигаться дальше.
Артисты драмы, лишь бы засветиться, ломают ноги на фигурном катании, дискредитируя этот великий вид спорта. Те, кто физически не может встать на коньки, надевают боксерские перчатки и бьют друг другу морды, забывая, что морды их кормят. А те, кто вообще ничего не умеет и всего боится, шинкуют вялый салат по всем телеканалам под пристальным вниманием дилетантов от кулинарии. Дилетантизм шагает по планете.
Но на будущее, когда будем тусоваться как приятели... если подеремся, не бей меня в лицо. Я этим зарабатываю. Хорошо?
Я переживал страшные вещи в детстве. И они сделали меня тем, кто я есть. И я бы не изменил ничего в своей жизни, даже если бы мог. Потому что мне нравится, кем я стал и каким я стал. И как актер, я уделяю много времени раздумьям над тем, почему люди поступают так или иначе. Почему в нас есть некие шаблоны поведения. Но каждый раз, оглядываясь, я вижу тот путь, что привел меня туда, где я нахожусь. И еще я думаю — все не так просто и однозначно. И не обязательно, если ты страдал, то станешь хорошей личностью. Второе не однозначно следует за первым.
— Говорят, глазазеркало души. А что для вас голос?

— Это один из инструментов в работе актера, и он должен быть отлажен, отточен, гибок. Актера со сцены должно быть слышно, даже если он говорит шепотом. Голос может помочь артисту показать возраст персонажа, черты характера, род деятельности и так далее. Но также на сцене очень важна живая интонация, живая фраза, которую нельзя придумать дома. Она должна рождаться в данную минуту, в диалоге, в тех обстоятельствах, в которых находится герой, и тогда она точна и уникальна и проникает в самое сердце зрителя. Мы всегда узнаем голоса великих актеров — Раневской, Смоктуновского, Высоцкого, Юрского и многих других, — не видя их самих, ведь эти голоса выражали суть персонажа, трепет его души.
I learned early on to stay away from gossip magazines and reviews. That stuff just makes you unhappy, and I know actors that read everything that's written about them and they're miserable. You can choose what to let into your life.

Я давно усвоил, что от светской хроники и рецензий надо держаться подальше. Эта дрянь только нервы портит, и я знаю актёров, которые читают всё, что про них пишут, и живут в муках. Выбирай, что пускать в свою жизнь.
Я не представляю свою жизнь без театра и без моих любимых домашних питомцев. Мой дом всегда населяет ватага приблудных кошек и собак. Они дают мне и утешение, и покой, и разговариваю я с ними, как с людьми. Иногда мне даже кажется, что они понимают больше нас… И, более того, я учусь у них мастерству артиста! И студентам своим, и молодым артистам я советую самым внимательным образом наблюдать за повадками кошек и собак — это очень помогает в нашем ремесле. Никто из актеров Малого театра никогда не пройдет мимо брошенного котенка или щенка, я глубоко убежден, что милосердие и умение сострадать — это не только свойство души, но и неотъемлемая часть актерской профессии.
На пробах к фильму «Морозко» мне пришлось грызть орехи. Я так хотела сниматься, что не щадила зубов. Но в итоге мне досталась отрицательная роль Марфушеньки-душеньки. Мало кто знает, чего мне стоила та роль! Когда снимался фильм, в стране был дефицит продуктов. Гору яблок в кадре заменили чищеным луком, который покрасили пищевым красителем. И вот представьте себе: сцену, где я с упоением грызу яблоки, сняли с пятого дубля, и всё это время мне надо было кусать, изображая радость и удовольствие. Та же история была и с молоком — вместо него приходилось пить подкрашенную воду. А увидев себя на озвучке фильма, я разрыдалась. Мне казалось, что я такая страшная! После этого всерьёз подумывала над тем, чтобы никогда больше не сниматься в кино.
Я, конечно, знал, что на грани голода человек может сделать всякое. Например, стать каннибалом, съесть себе подобного. Но чтобы сняться в таком... Не дай Бог никому столь сильной потребности в деньгах!
… А вообще биографию и характер актёра можно проследить по его ролям. Как бы тонко он не перевоплощался и не прятался за текст. Везде, во всех ролях, есть частица меня.
Я не люблю героев положительных, они мне не приятны. Есть в этом какая-то ложь, какой-то пафос. Положительных героев играют обычно плохие актеры. Самые замечательные — это отрицательные роли. Роли людей, которые не то, чтобы делают зло, а просто не согласны с «Ура» и «Да Здравствует».
Для роли Мюллера мне сшили мундир размера на два меньше, чем надо. Воротник врезался в шею, и я всё время из-за этого дергал головой. Лиознова спрашивает: «Что это вы делаете?» Я не хотел, чтобы ругали портного, и отвечаю: «Это моя нервная привычка». Лиознова: «А не сделать ли это нам краской в самых нервных местах?» Захаров говорил потом актерам: «Видите, как можно без слов передать нервное состояние человека».
– Вы, правда, жили в Италии с актёрами и бродягами?

– Ха! Моя мать итальянка... Она пианистка… Дедушка не одобрял её.

– Is it true that you lived in Italy among artists and vagrants?

– My mother was Italian. And a pianist... Grandfather disapproved of her.
Мне нравится работать в театре, потому что я нашёл разницу между актёром, работающим на съёмочной площадке, и тем, кто работает в театре. Она заключается в следующем: в кино у тебя нет партнёра, а в театре самый главный партнёр — это зритель. Вот он — здесь! И тебе не надо читать рецензии, ты сразу слышишь и видишь, и чувствуешь, как ты играешь. Если ты играешь хорошо — зрительный зал дышит вместе с тобой: смеётся или плачет — всё происходит по твоей воле. Ты, как волшебник, вместе с другими партнёрами рассказываешь публике историю, которая заставляет задумываться и пробуждать в зрителях человеческое начало, по крайней мере, мне бы так хотелось!
Актеры — своего рода рассказчики, выдумщики. А быть рассказчиком — это настоящее искусство.
Считается, что я всегда играю самого себя. Господи боже! Я бы сыграл себя, если бы знал, кто это такой. Сыграл бы с полной выкладкой! Но никогда ведь не знаешь, кто ты на самом деле
Играть принца – это работа модели, а не актера: ходишь туда-сюда и улыбаешься. А я тут вообще не за этим: хочу быть ковбоем, хочу играть злодеев...
Судьбы актера и футболиста очень похожи. Пока играешь, ты всем нужен, тебя ценят. Не играешь, постарел — не нужен никому.
Актер должен играть в театре — только так он может расти и развиваться. Мне нравится мысль, что талант — это предрасположенность человека к труду, и я свято верю, что одной природы и способностей мало. То есть отношусь к категории людей, которые пытаются постоянно над собой работать. Не знаю, что такое актер только «для кино». Мне кажется, что любой киноактер легко или трудно может стать театральным артистом. Энергия зала и сцены помогает и заряжает на физическом уровне.
Лёгких ролей не бывает. Иногда в легкости — сложность. Попробуй сыграй следователя так, как до тебя не играли сотни других артистов. Особенно если твой герой просто ходит с многозначительным видом и осматривает места преступления. Роль Салтычихи далась мне кровью. Есть такой фильм «Клетка» с Дженнифер Лопес в главной роли. Там её героиня проникает во внутренний мир серийного убийцы. Буквально. Вот то же самое я пыталась проделать с Салтычихой. Это очень неприятно.
Никто из русских актеров не сделал карьеру в Голливуде. Дело не в профессионализме вовсе. Мы им абсолютно чужие, и они — нам. Есть протестанты, католики, есть разные вариации их, есть поляки-славяне, греки-православные — и всё это Европа. А Россия — она отдельно. И прежде всего, для этой Европы, Америки она скучна. В этой скуке может, конечно, возникнуть что-то, вызывающее интерес, но этот интерес того же плана, что и по отношению, например, к ненавистному сейчас ими Ирану. Африканец ближе Голливуду, чем мы. То, что африканец знает о мире — он знает из англо-язычного или франко-язычного кино, книг. Мы же пишем какими-то непонятными буквами, у нас вообще свой большой отдельный мир. Потом африканский актер до определенного момента мирового признания — если ему случится, — он будет знать свое место; все иностранцы в Голливуде — это люди, давшие себя перемолоть. А мы своё место не хотим знать, потому что почитаем себя равными — и имеем все основания.
Актер – это человек, который не слушает, пока говорят не о нем.
Если что и вредно для желудка, так это смотреть, как актеры на телеэкране рассказывают о своей личной жизни.
— Я не вор, я актер — Луи Дельгадо. Я играл в сериале «Нас пятеро», поищите меня там.

— Люблю Лос-Анджелес, даже у бездомных есть страничка на IMDb.
Просто так получилось, что это единственная профессия, в которой можно быть всем, кем захочешь.
Актер становится собой только тогда, когда изображает другого.
Порой приходилось сниматься только из-за денег. Да, купить квартиру, машину, дачу тоже хотелось… Но зачастую хотелось просто есть! К сожалению, как показывает опыт, деньги, которые ты за свою халтуру получил, впрок не идут. От этих денег тошно. Есть старая байка про Анатолия Папанова и знаменитого режиссера Иосифа Хейфица. Хейфиц увидел Анатолия Дмитриевича в каком-то ужасном фильме и поинтересовался: «Зачем же вы снялись в таком кино?» А тот ему ответил: «Понимаете, квартиру купил. Жена люстру хочет». Хейфиц до конца жизни мучился, вспоминая эту историю: шутил Папанов или правду сказал? Вот и я очень много снимался «за люстру»…
Он умел сопереживать, не разделяя эмоций друзей, считая это не изъяном души, а воспитанием чувств. Если бы он сам переживал то, что переживают друзья и — уж тем более — подзащитные... От актера же не требуют подлинных страданий на сцене.
Мой учитель был очень строгим. Он всегда говорил мне, что я ничего не добьюсь в жизни, если не перестану шутить. И когда меня впервые напечатали на обложке журнала «People»... Я выслал ему экземпляр.
Актёры не уходят на покой. Просто они получают всё меньшие и меньшие роли.

Actors don't retire. They just get offered fewer roles.
Иногда я ненавижу актеров: сначала они долго рассуждают о том, как любой ценой хотят сохранить свою анонимность, а потом задыхаются от ярости, когда их не узнает прислуга в отеле.
Единственный способ найти лучшего актёра, это дать всем сыграть Гамлета, и пусть выиграет сильнейший.
Если актёр женится на актрисе, начинаются склоки из-за зеркала.

When an actor marries an actress they both fight for the mirror.
Актер должен заставить публику забыть о существовании автора, о существовании режиссера и даже о существовании актера.
Автор пишет одну пьесу, актеры играют другую, а зрители видят третью.
Актеры играют тем лучше, чем хуже пьеса.
Корни нашей профессии вообще, актерской профессии, — сто процентное погружение в предлагаемые обстоятельства. А это и есть детские игры. Когда ребёнок не замечает, замёрз он, промокли у него ноги, или дома ждут обедать. Он этого не замечает, он там, он в игре. Поэтому и говорят, что нужно сохранять в себе такие вещиребенка, детство.
Каждый актёр мечтает сыграть своего современника. Но современник для меня — не только тот человек, который живёт рядом, а и тот, чья жизнь пусть и принадлежит она другому веку, перекликается с жизнью сегодняшней. И поэтому, например, важно не просто осудить Клима Самгина, которого я играю в спектакле Театра им. Вл. Маяковского, а исследовать его жизнь и причины, из-за которых умный, интеллигентный человек оказался вялым и неопределённым в своих позициях. Показать, что и сегодня компромисс в конце концов приводит к духовной гибели и полному уничтожению личности.