Цитаты про призраков

Оставаться призраком куда проще. Тогда твой образ постепенно окутывается романтическим флером и становится лишь ярче, а не тускнеет под действием суровой реальности.
These different shadows always following me

The city foxes are controlling the streets

Would you leave me out here?

Could you leave me out here?

Cause we are the only one alive in this town

When everything is going down, maybe we can be ghosts as well

Эти разные тени всегда следуют за мной,

Городские лисы контролируют улицы.Ты оставишь меня здесь?

Могла бы ты оставить меня здесь?

Потому что мы единственные, кто жив в этом городе,

Когда все уходит вниз, может быть, мы тоже можем стать призраками.
Нелегко, наверно, быть демоном и призраком, даже Чарльзу это непросто: следи непрестанно, чтоб маска не сползла, иначе узнают в тебе демона и прогонят; и за голосом следи, и за выражением лица, и за повадками — а то выдашь себя и пропал. Интересно, предстанет он в своем истинном обличье, если умрет?
... при встрече с приведением нужно вести себя как ни в чём не бывало.
Призраки необязательно появляются ночью. Их, узников прошлого, можно встретить и ранним утром, когда под подошвами хрустит морозная галька сада, а стёкла булочных запотели от тёплого хлеба в витринах.
— Если человек чего-то сильно боится, он даже высокую траву за призрака примет, да?

— Значит, я всего лишь высокая трава.
Наивняк, хочешь убежать от призрака? Мы можем играть хоть до утра, чувак.
Призраки комми. Они не знают, что умерли. Они хотят украсть наши ракеты, полететь на луну, выкрасить её в розовый цвет и нарисовать там портрет Ленина.
— Уверена, что мистер Тэплинджер не верит в потусторонний мир.

— Напротив, я всегда считал, что там неплохо было бы открыть ресторан. Духи же должны где-то есть.
Монстры и призраки действительно существуют. Они обитают внутри нас, и порой именно они одерживают вверх.
— Они призраки! Да! Привидения.

— Ты же говорил, что их не бывает. Даже засмеял саму идею призраков.

— Да, но… но когда-то же не было и таких вещей, как носки, смартфоны или шантажистки, пока вдруг они не появились!
Призраки существуют. И я это знаю. Что-то привязывает души умерших к месту, как это происходит со всеми нами. Для некоторых это клочок земли, на котором однажды пролилась их кровь, свершилось убийство. Но есть и другие: их удерживают чувства, желания, потеря, месть... или любовь. Эти призраки не исчезнут никогда.
В мире не существует призраков, кроме тех, что кроются в нас самих.
I hear voices all singing,

But no one's there...

It's the ghost of my life,

Bringing past tense to mind.

Lock and key here ties me

From the freedom and sin.

Я слышу поющие голоса,

Но там никого нет...

Это призрак моей жизни,

Напоминающий о прошлом.

Ключ и замок удерживают меня

От свободы и греха.
— Папа, а мама теперь тоже призрак?

— А с чего ты взяла?

— Пират умер — и стал призраком, и мама умерла. Значит, она тоже призрак?!

— Нет... Знаешь, мамы никогда не превращаются в призраков. Никогда! Они поселяются в небе, в очень красивом месте и оттуда на нас смотрят.
— Там есть призраки?

— Надеюсь, что да! В каждом хорошем доме, старом или новом, должна быть парочка дружелюбных призраков.
Наши братья говорят, что они — даже не люди. Они могут дышать под водой и менять внешность. Они видят в темноте и всегда следят за тобой. Они словно тени, которых ничто не остановит.
Скорее всего, привидения всегда жили не в замках и заколдованных комнатах, а в умах людей. И если он хочет подстрелить призрак, то ему придется направить дуло себе в висок.
—  Мужчины и женщины, которые не могут расстаться с прошлым, — сказала тетя Эвви. — Вот кто такие призраки. А не они, — махнула она рукой в сторону гроба, что стоял рядом со свежей могилой. — Мертвые мертвы. Мы их хороним, и они остаются в земле.
You were flawless,

Cruel and thoughtless,

And all that you left of me

Is the ghost of...

Ты была совершенством,

Жестоким и беспечным,

И всё, что ты оставила от меня -

Это призрак...
— Когда школа пустеет, можно услышать всхлипывания женщины. Возможно, призрак ученицы-самоубийцы.

— В школе для мальчиков?!

— Должно быть, это писклявый мальчик.
Надо было бы промолчать, наверное, но я почему-то спросила:

– То есть за водой ты ходил по дому без одежды?! Типа – это я, Стужев, самое голое привидение в мире?!
Они словно вылезли из-под земли, чтобы тут же раствориться в воздухе. Они сделали себе репутацию за пределами Стены, и она расползлась по нейтральной зоне подобно облаку страхаоружия покруче меди и стали. Меррик и Киган — это о них говорил отец.

И всё же кто-то посмел бросить им вызов. Они направлялись в Сан-Диего, на территорию Федерации, чтобы найти своего человека — Аякса.Призраки... Раньше они нам только снились, а теперь мы собираемся вступить в их ряды.
– Ты только не думай, что я пьян, и не перебивай, – прошептал я Хуану.

– Что такое?

– Во вторник, почти в полночь, я возвращался из Колимы в Комалу. Еду по бульвару, по тому тёмному месту, где вечно перегорают лампочки в фонарях, притормаживаю у кочки, осторожно перекатываюсь через неё, вдруг слышу сзади какой-то шорох.

Хуан вытаращил глаза и закрыл рот ладонью.

– Смотрю в зеркало заднего вида…

– Баба сидит! – перебил меня он.

– Откуда ты знаешь?

– Катрина… – только вымолвил Хуан.Взгляд его сделался растерянным. Он закурил сигарету.

– Катрина?

– Вернулась, – он улыбнулся. – Давно её не было. Удивительно, как ты вообще остался жив.
Сколько себя помню, я всегда видел призраков. Будто так и должно быть.
— Ты веришь в призраков?

— Почему ты меня спрашиваешь?

— Не знаю. Не всему же быть дерьмом, правда? Должно быть лучшее место, где-то. По крайней мере, для таких, как ты.

— Но не для тебя?

— С тех пор, как ты сюда переехала, это и есть лучшее место.
Нет, мертвые не умерли для нас!

Есть старое шотландское преданье,

Что тени их, незримые для глаз,

В полночный час к нам ходят на свиданье,

Что пыльных арф, висящих на стенах,

Таинственно касаются их руки

И пробуждают в дремлющих струнах

Печальные и сладостные звуки.

Мы сказками предания зовем,

Мы глухи днем, мы дня не понимаем;

Но в сумраке мы сказками живем

И тишине доверчиво внимаем.

Мы в призраки не верим; но и нас

Томит любовь, томит тоска разлуки...

Я им внимал, я слышал их не раз,

Те грустные и сладостные звуки!
— Я не могу ходить по собственному дому, не натыкаясь на кого-нибудь из твоих мертвых отпрысков.

— Я любила своих детей.

— До смерти.
Я в качестве мысленного эксперимента задавала себе старый как мир вопрос: «Есть ли в этой комнате призраки?» Я напомнила себе, что, будь я рационалисткой, я могла бы с полной уверенностью ответить «нет», если прежде уже успела определить с помощью логических и умозрительных заключений, что призраков не существует. Если ты рационалист, то можно вообще сидеть с закрытыми глазами. Я знаю, что призраков не существует, значит, в комнате нет никаких призраков. Если ты рационалист и твой мир построен на логике, которая утверждает, что вещи, которые умерли, мертвы, и точка, тогда, будь ты даже в комнате, полной орущих вурдалаков, ты все равно придешь к выводу, что никаких призраков тут нет. Будь я эмпириком, я бы стала искать доказательств в своих ощущениях. Увидев, что в комнате нет призраков, я бы заключила, что, раз я их не вижу и не слышу, значит, их нет. Все это я поняла. Но, по-моему, феноменологии неинтересно, существуют ли призраки. По-моему, она задает вопрос: «И кстати, что это вообще за хрень — призраки?» <...> Ну, в общем, феноменология утверждает, что да, мол, ты существуешь, и мир существует, но вот отношения между тобой и миром — это уже сложнее. Как мы вообще даем чему-нибудь определение? Где заканчивается одно и начинается другое? Структурализм вроде как утверждал, что объекты — это всего лишь объекты и их можно называть как угодно. Но мне куда интереснее вопросы о том, что становится объектом. И как может объект иметь значение за пределами языка, с помощью которого мы дали ему определение.
Страх не является признаком малодушия. Этот страх позволяет нам быть смелыми и достойными перед лицом жизненных ситуаций. Кто нибудь, кто испытывал страх – и, несмотря на него, действовал, не позволяя ему запугать себя – доказывает свою храбрость. Но кто нибудь, кто в трудной ситуации не считался с опасностью, доказывает только свою безответственность.
Призраки водятся везде. Мы носим их с собой, куда бы ни отправились.
— Это тётка, которая является на поворотах дорог и предупреждает об опасности, потому что сама там погибла!

— Но ведь она не говорила с нами?

— Потому что мы быстро задавили её! Но потом, со временем, она будет являться другим...

— Да, и говорить, что сбита мадридским такси!
Призраков не существует. Даже видевшие самую темную сторону этого мира не верят в них...
— Призраков не бывает.

— В твоем воображениинет, но если в них кто-то верит, то они есть.
— Я верю в призраков. Я видела одного.

— Не болтай.

— Сама видела. Жуткую девочку.

— Это было зеркало, блин!
— Ты боишься призраков?!

— П-потому что они мертвые... Один только факт, что они шатаются вокруг, будучи мертвыми, бросает меня в дрожь...
— Чего?

— Ты что, можешь видеть привидений?

— Чё? Привидений не существует.

— Ты же только что разго...

— Т.. ты видел?
«Фрау... ты тоже мертв?» Между нами существует, разделяя нас, абсолютный барьер. «Я же говорил тебе. Я — призрак». Телу Фрау грустно и холодно. А вместо сердцебиения внутри пустая и одинокая тишина.
Я сняла очки! Если появится приведение, то я его не увижу и со мной ничего не случится!