Цитаты про трупы

—  Мужчины и женщины, которые не могут расстаться с прошлым, — сказала тетя Эвви. — Вот кто такие призраки. А не они, — махнула она рукой в сторону гроба, что стоял рядом со свежей могилой. — Мертвые мертвы. Мы их хороним, и они остаются в земле.
— Нет, вот скажи по правде, тебе действительно нравится вся эта возня с трупами, а? — в тысячный, наверное, раз со дня знакомства спросил меня Рем.

— Угу, — покладисто согласился я.

— Но это же неэстетично!

— Угу.

— Они воняют!

— Угу.

— И тебе все равно это нравится?

— Еще как! — весьма убедительно соврал я.

— Ты ненормальный! — вынесли вердикт одногруппники.

— Совершенно точно, — легко согласился я.
Я беззвучно приветствую мёртвых, и щедро

Одаряю богов, что земные недра

Населяют незримо, храня вечный покой.
— Что ты сделал?! Ты убил его? Он мёртв?

— Не знаю, Сэм, я не врач.
Я понимаю, что никому не хочется об этом думать, но куда делась его голова?
Все, кого мы потеряли, кого не стало,

Стали ангелами и следят за нами,

За своими семьями, родными и близкими,

Помогая им в трудные минуты жизни.
Дождь поливал свинцовые семена, посеянные в мертвые тела.
Многие тени усопших заняты только тем, что лижут воды реки мёртвых, так как текут они от нас и сохраняют ещё солёный привкус наших морей. Река вздымается от отвращения, устремляется вспять и выносит их в этом отливе снова в жизнь. Они же, счастливые, поют гимны благодарения, ластясь к возмущённой реке.
Ты думаешь, что мёртвые, которых мы любили, навсегда нас покинули? Но ведь мы их зовём, когда нам плохо.
Если рядишься в мертвецов и играешь среди них, то придется к ним присоединиться.
Среди раздумья стылых плит

Твоя душа себя узрит, —

Никто не внидет в сумрак ложа,

Твой сокровенный час тревожа.

Молчи наедине с собой,

Один ты будешь здесь едва ли.

Ведь духи мёртвых, что толпой

Тебя при жизни окружали,

И в смерти вновь тебя найдут:

Их воля явственнее тут...

Погасит мрак сиянье ночи

И звёзды, затворяя очи

Не обронят с престольных круч

С надеждой нашей схожий луч.

Но звёзд померкших отсвет алый

Покажется душе усталой

Ожогом, мукой, дрожью век,

И он прильнет к тебе навек.

Не сгонишь этих мыслей с круга,

Круг образов замкнется туго

Они, в душе найдя приют,

Как росы с луга не уйдут.

Затих Эфир — дыханье Бога, —

И дымка над холмом полого,

Прозрачно, призрачно дрожит.

Как знаменье, она лежит

На деревах под небесами, —

Таинственней чем тайны сами...
— Чувак, тут мешок для трупа. И внутри труп.

— Обычно в мешки для трупов их и складывают.
Кости, Кости, я понимаю, что ты любишь мертвецов, но, пожалуйста, постарайся сделать грустное лицо.
... видишь ли я знаю, что человек в один момент может превратиться в застывшее тело только из-за того, что в него попал заостренный кусочек метала... меньше, чем монетка в 25 центов... превратиться в нечто, что нельзя назвать человеком... ну, как сказать... труп. Труп выражает собой непреложность — он есть и больше не будет ничего.
Господин Клейнерц, наш сосед, говорит, что полагаться можно только на мертвецов.
— Встречусь ли я с ней когда-нибудь?

— Помните, что только с мертвыми нельзя встретиться здесь, на земле.
Есть мертвецы, в которых больше жизни, чем в живых. Но есть и живые, которые мертвее всяких мертвецов.
А когда он спросил:

«Как тебе нравится быть мертвым

Сендс пожал плечами и ответил:

«Есть свои плюсы,

Есть свои минусы».
— Я думаю, — медленно сказал Овод, — что мертвым лучше оставаться мертвыми. Прошлое трудно забыть. И на месте вашего друга я продолжил бы ос-ставаться мертвым. Встреча с привидениями — вещь неприятная.
Я жадно, даже с некоторым страхом смотрел на эту чужую женщину, которая стала для меня самой близкой, и, глядя на нее, вдруг понял, что только мертвые принадлежат нам целиком, только они не могут ускользнуть. Все остальное в жизни движется, видоизменяется, уходит, исчезает и, даже появившись вновь, становится неузнаваемым. Одни лишь мертвые хранят верность. И в этом их сила.
— Мы благодарны тебе.

— Я не ради тебя стараюсь.

— А для чего же ты это делаешь?

— Потому что когда нибудь мне потребуется помощь при вывозе тела и ты не посмеешь отказаться!
Мертвецы — не слышат! Мертвецы не чувствуют... Кричи... реви... мертвецы не слышат!..
А потом я начал размышлять над тем, что почти всё, чем мы владеем, нам дали мертвые.
Убиенных щадят, отпевают и балуют раем,

Не скажу про живых, но покойников мы бережем.
— Запомни, Голый, мясной бульон — это трупная вытяжка.

— А тефтели? Тефтели что?

— Тефтели!.. Тефтели — это шарики из покойников.
— Я даже представить себе не могу извращенную логику, которой ты руководствовался, выстрелив в труп.

— Если бы я выстрелил в живого человека, бумаг было бы больше.
— Знаешь, чем занимаются мертвые большую часть времени? Они наблюдают за живыми. Особенно, когда те принимают душ.

— Класс, скорей бы сдохнуть!
Я сейчас поднимусь… и если там нету трупа!.. то будет!
— Зачем все это? Во имя чего тебе нужно воскрешать мертвецов?

— Мне просто любопытно, что следует за пределом.
Ты всю жизнь провела среди мертвецов, копаясь в подробностях последних мгновений чужих жизней, и вполне в этом преуспела, потому что ты тоже мертвая, мертвая внутри. Ты похожа скорее на хладный труп, чем на живого человека, и, мне кажется, ты стремишься к своей единственной подлинной ипостаси — к смерти.