Цитаты про зомби

Пока хавает пипл, пока требуют массы, насос качает из трупов души — час за часом.

Мотор, превращающий нетленный дух в баксы. Машина запущена, зомби требуют мяса.
Только в Нью-Йорке какой-нибудь парень может одеться как зомби и пройти по улице незамеченным.
— Не понимаю я кое-что о зомби. Что с ними происходит, когда они не могут поживиться человечинкой? Умирают с голоду? Так они уже мертвые.

— Ты ему отвечай. Я вчера час потратил на то, чтобы ответить на вопрос: «Как вампиры бреются, если они не отражаются в зеркале».

— Заботящиеся о внешности вампиры встречаются по двое и бреют друг друга. Что уж тут объяснять?
Правда лишь в том, что всё это фальшь. Большинство людей живет и не замечает, что в этом мире полным полно тайн и загадок. И да — я зомби.
— Зомби не едят пончики!

— А чего бы то это им не есть пончики? Это очень вкусно!

— Потому что они – живые мертвецы.

— Фигня! Это противоположные слова! Это все равно, что сказать веселая депрессуха, черная белуха, грязная чистуха, шустрый тормоз.

— Ты у нас шустрый тормоз, Лохматый! И ничего, вполне реалистичный вон стоишь. Я короче думаю так, Лохматый, зомби – это такие чуваки, у которых со смертью обломчикус вышел.
— Как ты ничего не боишься?

— Кто тебе сказал?

— А чего ты боишься?

— Например… Например, скорпионов. Э-э… Одиночества. Боюсь остаться одна.

— Ну а ты?

— Всех этих тварей. А что, если внутри них люди? Пленники в теле, которое перестало их слушаться? Вдруг так будет со мной?
Наверное, нужно радоваться, что я такая одна. Если, я, что и поняла, изучая фильмы про зомби, так это то, что фигово быть частью толпы.
— Даже, если вы попадете на этот этаж, то что будете делать с зомби? Как будете выбираться?

— У нас будет двадцать, почти неуязвимых зомби, разберемся.

— У вас не будет ордера.

— Мы не собираемся никого арестовывать.

— А если кто-то попытается помешать?

— Тогда я ему не завидую.
— Диппер, что я просила тебя не делать хотя бы один вечер?

— Не воскрешать мёртвых...

— А ты что сделал?

— Воскресил...
— Что это за зелёные чудики?

— Какие-то нефритовые зомби.

— Нефритовые зомби? Нефромби!
— Очевидно, эти зомби на препаратах, поэтому так носятся, но кто-то из них добрался до виагры.

— Я даже не думал, что такое возможно.

— Пацан, заявляю официально, теперь мы видели все.
Неосознанно подражая зомби, доплелась до ванной. Умылась, почистила свои 32 (на самом деле 28, но это мелочи), попутно отмечая, что похмелья как бы и нет. Пристально осмотрела прическу и пришла к выводу, что вчерашняя укладка пострадала не сильно, так что голову можно не мыть.
— Я знаю, кто они.

— Кто? Зловещие мертвецы?

— Они зомби.

— Зомби? Но... У нас в Индии есть только Боги и призраки. Откуда же здесь зомби?

— Глобализация!
— Если они нас укусят, мы тоже такими станем?

— Клёвая теория. Но проверять её не будем.
— Пожалуйста, не стреляй.

— Что? Это всего лишь зомби.

— Может быть, теперь она и зомби. Но до вчерашнего дня она была деткой.
— Что мы знаем про зомби?

— Что мы знаем, что мы заучили. Ладно. Мы ничего не знаем, а заучили одно дерьмо. Да.

— Точно. Всё, что мы знаем — они всегда голодные, а мы — их пища!

— И они медленно ходят. Бегать не могут.

— Да, точно.

— Да, а мы чемпионы-легкоатлеты.
— Моя вот эта симпотная. Лав, тебе вот эта злючка. Банни, а тебе вон та жирная.

— А почему мне всегда жирные? Я хочу симпотную!

— Заткнись, ты же не на свидании... А почему они все идут на меня?!

— Потому что ты никогда не уважал девушек. И сейчас они тебе отомстят. Вот такая карма.
— Хардик, почему он не умирает?

— Потому что он уже трупак.

— Тогда как их мочить?

— Не знаю. Целься в сердце!

— Никакого эффекта.

— Тогда целься в яйца.

— У них все члены не работают. И яйца тоже загнулись.
— Мы говорили в 09:00.

— Ровно девять.

— Ты вовремя, если пришел раньше. Если пришел вовремя — ты опоздал.

— Просто, для ясности, пока не найдете новые не солдатские мозги, вы будете такими?

— Зависит от мозгов.

— Например, если есть обученного гида — останемся такими же.

— Нам пора, может, найдем и шлепнем кого-нибудь нормального.
— Я этого не допущу! Что, если в истории зомби-войн, я тот человек, который мог что-то сказать, а я сидел сложа руки?

— Будь оптимистом. Историю зомби-войн, скорее всего, запишет зомби и тебя выставит героем.
Хватит, Блейн, или я разобью тебе голову и съем твои мозги. Узнаю, наконец, что значит быть таким хитрожопым.
Хариссон собирался от меня уйти, не хотел меня заразить или обречь на жизнь без секса. Так что, однажды ночью, пока он спал, я взяла его руку и поцарапала себя. Лучше стать зомби, чем жить без него.
Зомби на тусе зомби-ненавистников — потряснее риска не придумаешь.
Значит, слушай, я раньше уже встречалась с парнем-зомби и все время под разными мозгами: я была патологической лгуньей, а он ипохондриком, он был геем, а я нимфоманкой. Поэтому, как на счет, разделить трапезу?
— Я тебя застрелил, перерезал горло, мы тебя закопали.

— И все же, я здесь.

— Почему ты до сих пор жив?

— Я ем человеческие мозги и это делает меня...

— Каннибалом?

— Технически, наверное. Но, это не то слово, которое я искал. Я ем человеческие мозги, я несокрушимый и поэтому я...

— Серийный убийца?

— Опять же, технически. А, знаешь, к черту. Я здесь, я зомби. Привыкай.

— Ладно, ты зомби, а я Санта-Клаус, и если ты меня отпустишь, я приготовлю тебе подарок, о котором ты и не мечтал.

— Плохая новость, Стейс, мои маленькие эльфы уже нашли твои сани и все подарки.
— Они чувствуют боль, он дернулся, когда я его колол. Вы можете зайти слишком далеко, поджаривая его.

— Бо не новичок. Давайте, за дело.

— Нет, пожалуйста, не делайте этого. Мне нужно больше времени, чтоб его изучить. Спасти человеческую расу, в этом ведь суть?

— Это мы и делаем, док. Показываем миру, чего нужно боятся.

— Будешь стоять там, док, застрелим или поджарим.

— Насчет «пять» — мы начнем. А ты будешь стоять рядом и не пикнешь.

— Он личность. Зомби — да, но личность.
Ей также принадлежит идея легендарной красно-чёрной куртки для клипа Майкла Джексона «Триллер». Его я, кстати, никогда полностью не смотрел, потому что считаю неправдоподобным то, что зомби могут танцевать синхронно... А ещё он очень страшный.
— Забыл про нашу годовщину!

— Мы встречаемся неделю.

— Надо же, как удобно. Вечно у тебя оправдания! СМС мои ты постоянно игноришь. Подумаешь, телефона у него нет. Как посуду помыть, так болит голова, а как сексом заниматься, так хоть с пулевым ранением! Вот у моей подруги пареньматом не ругается, не курит, не пьет, всегда рядом, даже за компом не сидит.

— Может потому, что он ходячий труп?

— У всех есть свои недостатки.
— Я слышал, что там за воротами полно опасных тварей.

— Да, эти ходячие мертвецы и в самом деле ужасны.

— Какой ужас! Я имел ввиду крыс и змей.
Зомбо-ящики уже столько каналов наплодили, чтобы ни о чем не думать, а хавать ржаку! Теперь можно одупляться круглые сутки, вообще не включая мозги!
— Что если вирус мутировал и стал более вирулентным, и им можно заразиться также легко, как простудой, и скоро, как в фильме «Я — легенда», нас ждет настоящий кошмар.

— Вы наркоман?

— Нет, я аллергик, но...
Самец обезьяны… Он просто сидел на крыше микроавтобуса и смотрел, как мертвецы валятся в пропасть. На мордочке было написано такое спокойствие, что казалось, будто обезьяна понимает смысл происходящего. Мне почти хотелось, чтобы он повернулся ко мне и сказал: «Вот он поворотный момент войны! Наконец-то мы их остановили! Наконец-то мы в безопасности!» Вместо этого он выпустил струю мочи прямо мне в лицо.
Быть зомби — жутко фигово. Весь мир съеживается до одной точки, ты это понимаешь и можешь думать лишь о том, где найти еду, и как сохранить секрет, и никто по-настоящему тебя не знает. Теперь... поцелуи, прикосновения, секс, любовь, ссоры из-за одеяла — совершенно невозможны — навсегда. Но однажды я увидел эту прекрасную женщину... Только ее я вижу в цвете. Забавно, потому что она очень бледная. И внезапно вновь появляется надежда.
Сон человечества тянется уже много тысячелетий и пока что нет ему ни конца, ни края. Одно известно, что оборвётся он в определённо назначенный час и день. Люди привыкают жить во сне, приживаются здесь. Так в цирке петуха приучают танцевать под музыку, ставя его регулярно на разогретую сковороду в сопровождении одного и того же мотива. Впоследствии несчастная птица, услышав первые знакомые звуки, начинает нервно скакать по арене без всякой сковородки. А публика аплодирует петуху за мнимую сообразительность.
Но думаю, что мы этого даже не заметим и не узнаем. Мы к тому времени умрём, а наши трупы пойдут питаться от живых.
Она живая, я мертвый, но хочется верить, что мы оба люди. Можете считать меня идеалистом.
Никому нельзя верить! Я первый раз в жизни заснул с девушкой, а она меня чуть не сожрала!
Этот строй монопольного капитализма должен сохраниться как можно долго. Пока люди окончательно не станут зомби. По крайней мере они на это рассчитывают.
Если просверлить дырку в черепе человека и залить туда жидкость для прочистки труб, то он станет твоим секс-зомби.
Я видел, на что способны люди. И на что они не способны. Это какая-то бессмыслица. Они не умирают, Лиза. Они... возвращаются.
— Мама мне всегда говорила: «Когда-нибудь ты найдёшь своё призвание». Вряд ли она имела в виду уничтожение зомби...
За что я люблю автобус — за то, что с момента, когда садишься в него, и до момента, когда переступаешь порог офиса, от тебя ничего не зависит. Ничего не нужно решать. Превращаешься в зомби.