Цитаты про технологии

В 1970-х годах мы уже активно использовали солнечные батареи, в том числе и на военных спутниках, в это время в США только начали появляться первые статьи на эту тему. На станции «Мир» было установлено 70 кв. м кремниевых батарей. В начале 1990-х я попросил у тогдашнего главы Роскосмоса $5 млн, необходимых для приобретения нескольких машин, нужных для промышленного выпуска солнечных батарей. Однако денег таких не нашлось. В результате мы до сих пор закупаем даже для собственных нужд солнечные батареи на Западе. При этом, КПД их не очень высоко – чуть выше 30%. Мы утратили мировое лидерство и откатились от мировых рекордов, которые ставили раньше. А именно такие задачи должна ставить перед собой наука, и государство ее должно в этом поддерживать.
Технологии превзойдут нас, смогут совершенствоваться и производить сами себя. Мы станем подчиняться машинам.
Люди не понимают потрясающих возможностей разумного использования технологий.
— Технологии не сделают из тебя красавца, а когда будут позволять, можно всем ложиться под нож.

— Аминь.
Благодаря прогрессу в сфере коммуникаций и транспорта, одному из движущих сил глобализации, расстояния между странами и народами быстро стираются.
Если технология не освобождает людей от рутины, чтобы они могли преследовать более высокие цели человечества, тогда весь технический прогресс бессмысленен.
— Не пойму, чего такого люди находят в этих роботах.

— Ну... Это одна из самых распространённых людских мечтаний, связанных с высокими технологиями. И эта тема куда глубже, чем кажется на первый взгляд.

Люди таким способом хотят на просто облегчить свою жизнь, а поиграть в бога, дав жизнь совершенно не похожему на них существу, и видеть, как они благодарно выполняют работу людей.

Владельцы компаний получают безвольных и послушных работников, а семьи-прислугу...
Мир не стоит на месте, и космические технологии могут помочь перейти спортивным рекордам на новый, сверхуровень. Мой костюм прошел испытания в десятках лабораторий, в его состав входит элемент, который помогает принять идеальное положение в воде. Но плывет и устанавливает рекорды все равно человек.
Технологии дают нам силу. Сила обеспечивает господство. Господство ведет к злоупотреблению.
Прекратить стремиться к будущему, где технология и биология сливаются в единое целое и ведут к сингулярности, — это все равно, что отказаться от своей сущности.
Используя технологии для дополнительных возможностей, мы рискуем потерять способность любить, стремиться к лучшему и поступать правильно. А ведь именно это и делает нас людьми.
... Они работают, чтобы жить, вместо того чтобы работать над созданием машин, которые дали бы им возможность жить, не работая.
Альберт Эйнштейн однажды сказал: «Технический прогресс подобен топору в руках патологического преступника.» Не сразу, но мне, наконец, удалось понять, что он имел ввиду. Сколько раз мы гнались за мечтой о прогрессе, которая в результате была извращена? Сколько раз машины, которые должны были улучшить жизнь — разрушали миллионы жизней? А теперь мы хотим применить эту мечту в себе, чтобы улучшить самих себя. Я на собственном опыте знаю, насколько это опасно.
Технология принесла нам физические и психические заболевания, но о них редко услышишь.
Количество времени, которое женщины уделяют домашним хлопотам, не изменялось с тысяча девятьсот тридцатого года, не смотря на все технические новшества. Все эти вакуумные пылесосы, мойки-сушилки, прессователи мусора, удалители отходов, ткани, которые можно постирать и сразу надеть... Почему при всех этих усовершенствованиях у женщин уходит столько же времени на уборку дома, как во времена наших бабушек?
— Зачем спутниковый телефон, если он не работает? В чем дело?

— Всякое могло случиться: вспышки на солнце, неполадки со спутником, а может, она просто его выключила.

— Она знает, как звонить?

— Ты шутишь? Она затребовала последнюю модель!

[Малькольм начал стучать спутниковым телефоном по трейлеру]

— Прекрати! Нежнее... Полюби его.

— Зазвонит — полюблю!

— Не полюбишь — не зазвонит.
Парадокс заключается в том, что чем совершеннее наши технологии, тем более отдаленней мы видим звезды. Но мы смотрим не в будущее, а в прошлое.
Доктор однажды сказал мне, что если бы пещерному человеку показали наши технологии, он бы принял это за магию. А если показать современному человеку магию, он примет её за технологию.

Мы верим не в те вещи. И это погубит нас.
Нас окружают технологии, но мы не знаем, как они работают. Нам кажется, что, раз мы впереди технологического прогресса, значит, мы гении. Провались мы назад во времени, провались сквозь червоточину и очутись в Италии эпохи Возрождения перед советом лучших умов того времени, то мы, наверное, были бы богами! Мы бы начали научную революцию, стали бы чудом эпохи, мы бы рассказывали им неслыханные вещи. Это было бы невероятно. Нет. Мы в трёх вопросах от того, чтобы выставить себя придурками.

И первый вопрос: «Что у вас есть в будущем, путешественник во времени?» А ты бы такой: «У нас есть потрясающая штука, компьютер. Компьютер стоит в комнате. Он есть в каждом доме во всём мире. Он отправляет информацию в разные уголки мира и сам принимает информацию». Они закричат:

— Это невероятно! И как он работает?

— От него идёт кабель в стену.

— И что же там происходит?

— Я, честно говоря, не знаю. Мне пытались это объяснить множество раз. Но я так и не понял. По сути, в стене живёт существо, и оно меняет картинки на экране…
— Как ты, Райден?

— Пока нормально. Вижу хорошо.

— Прямое подключение к твоему зрительному нерву... Неплохо, да? Я имею в виду, каково это — летать, словно птица?

— Словно птица, привязанная к ракете.

— Мы доставим тебя в целости и сохранности, товарищ. Просто расслабься и наслаждайся поездкой.

— Ладно.
... Зачастую мы отправляем сообщения с одним словом — «Привет!» И всё! Меня бесит, когда мне присылают подобное. Поэтому я скучаю по тем временам, когда смски стоили нормальных денег. Когда мы выжимали из каждой смски по максимуму. Когда важен был каждый символ. Пробелы? Нахрен пробелы! Помните, когда писали смску и если превышали количество допустимых символов, то заходили на вторую смску и начинали удалять что-то из первой? <...> И первые пять секунд были бесплатными. Люди умудрялись решать любые вопросы в эти пять секунд!
— Слышишь меня, Райден?

— Herr Doctor.

— Запомни два необходимых пункта для поддержания твоего нового тела. Во-первых — забирать нано-ремонтные узлы своих врагов. И во-вторых — поглощать их электролиты.

— Понял.

— Да, вражеские киборги должны давать достаточно Р. К. Т. Э.-электролитов, как только ты их разрежешь и извлечёшь жидкости.

— Они — террористы. Я бы и так это сделал.

— Ох! И левые руки, будь так любезен.

— Простите?

— Их боевые данные, записанные на голографическую память, обычно расположены в левой руке. Эти данные весьма ценны. Я уполномочен предложить тебе усиления и обслуживание в обмен на них.

— Как щедро с вашей стороны.

— Ich liebe Kapitalismus! Если бы Железный Занавес упал бы на пару лет пораньше, Нобелевская премия уже стояла бы у меня на полке.
— Как ощущения, Райден?

— С таким телом я уделаю кого угодно с закрытыми глазами. Разведка не преувеличивала на счёт количества киборгов.

— Ну, ты же знаешь, как быстро технологии распространялись в течение последних лет. С этими синтетическими мускулами любая рука превращается в кувалду. Какой же солдат против такого выстоит? К тому же, киборги — всё ещё люди. Живые, мыслящие люди. В этом случае риск побочного ущерба минимален, по сравнению с типичным ударом БПЛА...

— И не забывай про пиар-компанию. Страны начнут играть во Франкенштейна со своими войсками, и общественность сойдёт с ума. ЧВК же, напротив, остаются вне этических радаров.

— Да, они ещё даже не внесли ЧВК в официальный список жертв. После исчезновения «Сынов Патриотов» частным военным нужно новое преимущество на рынке. А у нас оно уже есть.

— В некотором смысле, киборги и есть войска «Сынов Патриотов», но под другим названием. Только они сильнее и менее предсказуемы.

— Но это заставляет задуматься: где же Десперадо находит этих ребят?

— По ним я плакать точно не буду. Они просто как ходячие торговые автоматы.

— Чёрт, верно... Торговые автоматы, полные крови... Как я уже говорил, они — всё ещё люди.

— Люди, которые терроризируют и убивают невинных за деньги. Они предрешили свою судьбу, взявшись за эту работу. А я — просто их жнец.

— Полегче, Дракула. Слишком уж жестоко, даже для тебя. В любом случае... всё нормалёк? Пора приниматься за работу — время сеять мир.
Страна, ввязанная в гражданскую войну, доверилась целиком и полностью своему лидеручеловеку, переродившемуся как машина. После уничтожения системы, технологии по производству киборгов ушли далеко вперёд, став общедоступными. Но правда бессмысленна для тех, кто не хочет её видеть. И когда битва вне тебя отражает твою внутреннюю борьбу, единственный путь к свету лежит через тьму.
— Технологии же должны делать нашу жизнь проще.

— Технологии стали настолько продвинутыми, что люди за ними не поспевают. Так недалеко и до порабощения людей машинами.

— Как пить дать.

— Вы что, совсем чокнулись? Я вас попросил всего лишь 8 копий на копире сделать. А вы сколько уже здесь торчите.
Война изменилась. Дело больше не в нации, идеологии, этнической принадлежности. Это бесконечная череда сражений, в которых бьются люди и машины. Война и трата жизни стали хорошо смазанным механизмом. Солдаты с идентификатором используют оружие с идентификатором и оснащение с идентификатором. Наномашины в их телах улучшают и регулируют их способности. Контроль поля боя, генетики, информации, эмоций — всё под наблюдением и контролем. Век устрашения сменился веком контроля — всё во имя избежания катастрофы из-за оружия массового поражения. И тот, кто контролирует поле боя, контролирует саму историю. Когда поле боя под постоянным контролем, война становится рутиной.
Успехи в воссоздании системы О. Д. И. Н. во многом превзошли мои ожидания. С помощью наших квантовых нанокомпьютеров Виктор сумел многое оптимизировать: уменьшить размер, поднять эффективность... Теперь можно использовать несколько пусковых площадок с единым ядром. Война подходит к концу, хотя и к катастрофическому. Правда, почти так всё и начиналось.
Спутник-ретранслятор позволяет нам управлять платформой прямо с Земли. Это намного безопаснее первоначальной схемы. Пусковые площадки можно использовать все сразу или по отдельности, в зависимости от ситуации. Мы урвали участок земли под командный центр, прямо под ретранслятором — даже там мы можем разместить пусковые площадки. Мы выпустили уже столько этих штук, что я со счёта сбиваюсь. Согласно рапортам команды, всё пока что идёт гладко. Прямо как я и ожидал...
Сверху нам дали «зелёный свет»: можно задействовать спутник и ретранслятор. Впечатляющая демонстрация мощи и технологий — каждый раз, когда я туда попадаю! Как могут люди создавать такие вещи? «Машины для скрытого контроля данных» или нацеленные на такое грубое истребление... Ракеты также были модернизированы: теперь они достигают цели в полтора раза быстрее, чем раньше. Это не предел мечтаний, но такая скорость поможет завершить операцию за пару дней. Пока что я очень доволен результатами. Надеюсь, что вышестоящие тоже.

Они отправляют меня в Каракас, на День Федерации. Хах! Мне есть, что отметить!
Экзо-костюмы — носимые боевые системы с возможностью настройки. Лучшие достижения технической мысли. Серьёзные штуки — они спасут вам жизнь почти в любых условиях.
— Тссс, не отвлекай учеников во время урока. Думаю, ты и так знаком с темой занятия — примерно то, что ты прошёл в Либерии. И только посмотри, как ты преобразился. Эффективная программа! Безусловно, получить такие навыки в реальном мире немного затруднительно. А вот в виртуальном: без суеты, без сложностей — напрямую в мозг... Это как сон. Ну, возможно, «сон» — не самое подходящее слово: ведь они по-настоящему убивают военнопленных, а иногда и гражданских... Ха-ха-ха! Они наслаждаются этим — мы посылаем импульсы в их точки наслаждения почти каждую минуту. Плюс — на выпускной они получат блестящее новое тело. Ещё одна ваша общая черта...

— Я сам выбрал это! Они же дети, сукин ты сын!

— Дети жестоки. Как и все люди по своей природе, они просто теряют связь с ней по мере взросления: начинают думать, что отличают хорошее от плохого. «Это аморально! Военные преступления — там, правила поведения — здесь». Детьми же можно манипулировать — направить их на совершение любого преступления. И нет ничего лучше, чем жестокость для поддержания войны.

— Вот почему я собираюсь прикрыть твою лавочку.

— Эх!.. Ты просто не видишь всей картины, не так ли? Ну, скажем, ты разнесёшь это место к чертям, завалишь обломками эти прекрасные мозги... но ничего не изменится. Все, ответственные за это, давно ушли. У нас есть офисы по всему миру. Мы — просто поставщики. Мы не создаём рынок для войны.

— Тогда кто создаёт? «Патриотов» больше нет!

— Эти ребята только управляли военной экономикой — они не изобретали её. Неужели ты думал, что каждая битва в истории была частью какого-то большого заговора? Чушь собачья! Война — это часть нас самих. Так зачем сопротивляться? В любом случае, всё это будет неважно через три часа. Потребность в Ч. В. К. будет стремительно расти. Прямо как в старые добрые времена после 11 сентября.

— О чём ты говоришь?

— Не здесь. Просто следуй за мной.
— Да когда же ты сдохнешь?!

— Наномашины, сынок. Они затвердевают в момент физического повреждения. Ты не сможешь навредить мне, Джек!

— Кем ты себя возомнил?!

— Что я только что тебе сказал?
— Это «Волк», Грифф?

— Энергетическое. Только что получил схему — и сразу распечатал. Серьёзная пушка... Так в чём цель?

— Подкрепление в Лунный порт.

— Тогда берите что-нибудь энергетическое, чтобы легко справиться с ботами S.D.F.. Ещё есть разные модули к нему. Осталось выбрать снаряжение. Есть и добрые осколочные гранаты, и штучки покруче: «ищейки» и всё для взлома. Что-то интересует?
— Если вы правы насчет вашей технологии, как вы думаете отреагирует мистер Эдисон?

— Принимая во внимание то, что он не инвестирует в мою компанию, держу пари, он будет разочарован. <...>

— Мистер Грейсон, говорят, что ваша технология лишит работы тысячи людей из нефтяной отрасли. Что вы им скажите?

— Я их найму.
Для конструктора главное чутьё. Чутьё — вот ключ от будущего. А за чутьём и технологии потянутся.
Банковский специалист по основной специальности, Данн настаивала, что угадывать направление развития технологий в будущем — вне компетенции совета директоров HP. Она считала, что функции совета должны быть примерно теми же, что у ночного сторожа: он должен следить, все ли в порядке в бухгалтерии и все ли правила соблюдают сотрудники фирмы.
— Я так плохо вру, что моя прическа всего лишь на третьем месте после обмана и манер. Похоже, мода и технологии несовместимы.

— Вовсе нет, в моде социальные технологии это всё. Наши профили, посты, фотографии и лайки с комментариями дают наш бренд. Сайты знакомств, направляющие нашу современную любовь. Кто-то находит любовь через технологии, а более продвинутые, — технологии через любовь.
Политика и политики должны опережать технический прогресс и находить своевременные решения прежде, чем технологии породят новую реальность.
«Первая жертва войны — правда», но не в век Интернет-технологий и современных скоростей передачи информации — теперь не нужно выжидать 50-70 лет, чтобы узнать правду о войне. Нужно быть самоубийцей, чтобы воевать сегодня.
У электронных книг нет будущего. Они пахнут подожженным бензином.
Если вы действительно хотите что-то испытать, оставляйте в специальных шкафчиках свои телефоны, часы, компьютеры.
Роботы и искусственный интеллект все больше и больше входят в нашу жизнь, и с этим трудно бороться. Единственный здоровый подход к этому — менять сознание и сражаться с идеей, что однажды обществом станут править роботы. Я не хотела бы жить в таком мире. Мне дороги человеческие эмоции. С другой стороны, я видела сюжет про американского солдата, который сильно пострадал в Афганистане от химических веществ, у него был страшный ожог внутренних органов и ужасные боли. И для него создали виртуальное пространство, входя в которое он ощущал, что тело его наполнено льдом, — только так он избавлялся от боли. Вот это здорово! Нельзя делить все на черное и белое. Нужно во всем разбираться самим, осознавать проблемы и понимать, какие границы не следует переходить.
— Тридцать лет прошло, Вольфганг. Всего три десятилетия. И во что превратилась ваша наука? Техника? Во что превратились достижения вашей гребаной цивилизации? А во что превратились те, кого вы отучили жить своими силами? Те, кого вы подсадили на гаджеты?

— Это тут при чем? — вступилась за немца Яна.

— При том. При том, что они же со своей наукой объяснили миллионам, что жить без микроволновки, мобильника, холодильника и компьютера нельзя. Им же поверили. Сколько поколений выросло с пониманием, что они боги в сети? Что они имеют охренительные навыки общения и жизни в компьютере? Но эти боги — ничто в реальной жизни, хотя, конечно, об этом не догадываются. Или просто болт на реальность клали. А потом случилась жопка. Ее эти же умники и устроили. И всё. Боги низвергнуты. Что теперь представляет собой тот, кто умел стрелять в каком-нибудь квейке и выживать в каком-нибудь сталкере? Кто теперь те мастера язвительного слова в социальных сетях? Никто. Если они еще живы, то бегают у Фары в рабах. Потому что в настоящей жизни умение делать сто кликов в минуту мышкой, шустро нажимать на кнопочки и анонимно выеживаться во вконтактике, жежешечке или фейсбуке не стоит ни черта.
A machine shouldn't speak for men.

Машина не должна говорить за людей.
Если научная фантастика — это мифология современной технологии, то этот миф очень трагичен.
Попытка выявить предприятия, зависящие от высоких технологий, столь же глупая затея, как попытка выявить предприятия, зависящие от телефона.
Любая достаточно развитая технология неотличима от волшебства.

(Технология, значительно превосходящая по уровню известные нам, неотличима от магии.)