Цитаты про охоту

— Ты нашёл тело?

— Нет. И в следующий раз пусть твои шафки не путаются у меня под ногами.

— У тебя был шанс, Дефстроук. А ведь ты не единственный наёмник в этом городе. И ночь только начинается.
— Я не хочу стрелять в оленя.

— Глупости, Робин-младший. Охота на оленя — это благородное занятие.

— Но они такие милашки.

— То же самое ты говорила о кроликах. Но помнишь, какие вкусные они были?
Тост на охоте должен быть краткий, как команда, как выстрел, иначе времени на отдых не останется.
Охота — это прообраз войны: на охоте также есть свои военные хитрости, засады и ловушки, дабы можно было без риска для себя одолеть противника. На охоте мы терпим и дикий холод, и палящий зной, презираем и сон и негу, укрепляем свои силы, упражняем наше тело, чтобы оно сделалось более гибким, — одним словом, это занятие вреда никому не причиняет, а удовольствие доставляет многим.
— А где Винс?

— Он не охотится. Он любит всех тварей — больших, маленьких... Обычно с картошкой.
Охота стала обязательным атрибутом власти. Идеальный способ для того, чтобы решать вопросы и обо всем договариваться, пока тебя никто не видит. Чиновничий эскапизм.
Сколько себя не уговаривай, но в сердце мужчина всегда остается охотником. Он может строить города и возводить монументы во славу своего величия, но от своей природы ему не убежать. Лук и стрела, прекрасные в свое простоте. Разве может быть совпадением тот факт, что все народы изобрели его независимо друг от друга? Или это что-то другое? Что-то в нашей крови? Что-то первобытное, стремящееся наружу? Разумеется, самое сложное в охоте это быть ОХОТНИКОМ, а не ДОБЫЧЕЙ.
Так вот, когда он отправлялся на охоту, то всегда говорил: плохой охотник преследует, а хороший — ждёт.
Если хочешь поймать дичь, лучше не спеши. Молчи и жди, ей наверняка станет любопытно, и она высунет нос.
Это не любовь,

Это Дикая Охота на тебя,

Стынет красный сок,

Где-то вдалеке призывный клич трубят,

Это — марш бросок,

Подпороговые чувства правят бал,

Это не любовь,Ты ведь ночью не Святую Деву звал!…
Мы все, за неимением лучшего слова, монстрологи. Наша дичь разнится в зависимости от нашего возраста, пола, интересов и сил. Кто-то охотится на самые простые и глупые вещиновейшее электронное устройство, продвижение по службе, первого красавца или красавицу школы. Другие падки на славу, власть, богатство. Некоторые, более благородные души ищут божественных откровений, знаний или же блага для всего человечества.
Если я не найду еду, я не выживу. К сожалению, единственный источник еды думает, что еда — это я.
Послание на пороге… Когда я подумал об этом, меня пробрала дрожь. Мистер Кроули получил от меня целую серию посланий: я пытался напугать его, чтобы он утратил бдительность. Выманить, дать понять, что на него объявлена охота. Тот же самый случай с этими телами. Первое говорило: «Вот и я». Второе, найденное на месте другого преступления, подтверждало: «Я — часть того, что здесь случилось». А третье, оставленное там, где я наверняка должен был его найти, заявляло: «Я знаю, кто ты».
— Охота мало чем отличается от прогулки по лесу.

— Сходство есть, только охота всегда кончается кровью.
Если запастись терпением, если умеешь ждать, рано или поздно повезет и тебе. Лучшие хищники – самые терпеливые.
— Вы же охотник!

— Что ты орёшь? Что я тебе сделал? Охотник... Охота – это когда охота. А когда неохота, то кому это надо?
В охоте на ведьм дело вовсе не в ведьмах. В такой охоте главное — найти козла отпущения.
— Меня удивляет, что моя несложная выдумка могла обмануть такого опытного охотника, — продолжал Холмс. — Для вас она не должна быть новинкой. Разве вам не приходилось привязывать под деревом козленка и, притаившись в ветвях с карабином, ждать, пока тигр не придет на приманку? Этот пустой дом — мое дерево, а вы — мой тигр. Думаю, что иногда вам случалось иметь в резерве других стрелков на случай, если бы вдруг явилось несколько тигров, или же на тот маловероятный случай, если бы вы промахнулись. Эти господа, — он показал на нас, — мои запасные стрелки. Мое сравнение точно, не так ли?
Они используют все силы, чтобы нас остановить. Так или иначе, всё скоро переменится. Я выслеживал своих же людей и отправлял их на тот свет, применяя необходимую силу. Теперь они хотят мести. Пусть приходят — они повторят незавидную судьбу Аякса, как Элиас. Правда, его младший — Логан — он не такой, как прочие. Боссу он нужен живым: говорит, ради «Призрака» можно положить сотню бойцов. Хех, теперь даже мне есть чем заняться.
А иногда отец мне говорил,

что видит про утиную охоту

сны с продолженьем: лодка и двустволка.

И озеро, где каждый островок

ему знаком. Он говорил: не видел

я озера такого наяву

прозрачного, какая там охота! -

представь себе... А впрочем, что ты знаешь

про наши про охотничьи дела!

Скучая, я вставал из-за стола

и шёл читать какого-нибудь Кафку,

жалеть себя и сочинять стихи

под Бродского, о том, что человек,

конечно, одиночество в квадрате,нет, в кубе. Или нехотя звонил

замужней дуре, любящей стихи

под Бродского, а заодно меня -

какой-то экзотической любовью.
— Ноутбук Рамоса был сильно повреждён, но Росс всё же нашёл там кое-что интересное.

— Рорк?

— Он перемещается дважды в сутки. Пока мы точно знаем, где он — плавучий комбинат в Мексиканском заливе, занятый Федерацией. Они называют его «Фрипорт». Росс всё нашёл. Теперь он нужен нам живым. Для охоты вам предоставят пару восстановленных «птичек». Я со «Спектра» буду всё координировать.

— Это будет адская охота.

— Крупная дичь. Вы знаете, что делать.
— Здесь сила исходит из Джунглей, от Острова. Ты должен узнать землю. Надо знать, где стоишь. Чтобы спасти друзей, нужно познать джунгли. Иди. Вернёшься ко мне, когда преуспеешь в джунглях.

— Что это значит? Что мне делать?

— Слушай инстинкты... Воин охотится. Так издавна заведено. Общество научило проигрывать, не природа. Доверяй инстинктам.
— Я полагаю, вы объявите охоту на это свирепое чудовище?

— Ну разумеется, меня осенила та же мысль, только... у меня есть идея получше.

— Какая?

— Я сделаю тебе превосходную деревянную ногу.

— А как же медведь?

— Будь уверен, Бидуэлл, лет через двадцать, старость расправится с медведем с большей жестокостью, чем это сделали бы мы.

— Возмездие согревает, сэр.
Разумеется, самое сложное в охоте — это быть охотником, а не добычей.
— Не слишком ли ты самоуверен?

— Отнюдь! Но если победишь, останешься без работы!

— Я не остановлюсь, пока не истреблю последнего из вас!

— Я и есть последний!

— Пытаешься спасти свою подлую шкуру отговорками?

— Ты не заметил, что заработок твой изрядно сократился?

— Только вчера укокошил одного!

— Так это ты убил Отмеченную Шрамами? Мы с ней были последними. Что ж, можешь гордиться, воин. Сколько золота дали за старушку?

— Не твое дело!

— Вряд ли очень много. А меня ты убьешь ради развлечения? Что же ты будешь делать, когда не останется драконов, а, рыцарь?
Гор нехорошо прищурился.

— Ты опасаешься, что он может начать на тебя охоту?

— Он уже начал, брат, — прошептала я. — Просто пока охотники еще далеко, пока они только ищут следы, шлют вперед собак и искусно прячутся за камышами. Но ланям лучше покинуть ставшее опасным болото пораньше. И лучше, чтобы охотники так и не поняли, что вместо лани там на самом деле притаилась золотая антилопа.
И невиданных зверей, дичи всякой нету ей,

Понаехало за ей егерей,

Так что значит не секрет — Лукоморья больше нет,

И все, о чем писал поэт — это бред.

Ты уймись, уймись, тоска, душу мне не рань,

Раз уж это — присказка, значит, дело дрянь.
И по сути, кто такой охотник? Это чудовище, одолевшее другое чудовище, не более.
Был чудесный день, прозрачная даль поля, где по стерне нам предстояла охота на перепелок. Они прилетали на сжатое поле и питались зерном перед перелетом на юг. При этой классической охоте, стрелки идут по полю, а перед ними челноком бегает собака, вспугивая дичь, которую стреляют влет. Я шел позади академиков, которым еще предстояло получить Нобелевские премии. Вдруг все переменилось. Впереди появился заяц. Той бросился за ним. Следом побежали охотники, на ходу перезаряжая ружья с бекасинника на четвертый номер дроби, я же был замыкающим. Собака уже нагоняла зайца, когда он вдруг устремился к телефонному столбу, стоящему посреди поля. Тут заяц обратился в кошку и ловко забрался на самую вершину столба. По-видимому, кошка мышковала на поле, куда мыши были привлечены тем же зерном, что и перепелки.
— Ты кто будешь-то? Китаец? Кореец?

— Моя гольд.

— Охотник?

— Моя всё время на охота ходи. Другой работы нету.

— А живешь где?

— Моя дома нету. Сопка живи. Балаган делай — спи. Как дома живи.

— А сегодня, видать, ничего не добыл?

— Сегодня изюбря стреляй. Рана мала, олень убегай. Моя догоняй. Люди след видал. Моя тихонько ходи, думай, какой люди далеко сопках ходи? Хорошо посмотри. Капитан есть, солдаты есть. Тогда моя прямо приходи.

— Какой же ты охотник, коль изюбря смазал?

— А твоя всегда попадай?

— Мы люди военные, нам мазать не положено.

— Твоя — великий охотник! Все зверь постреляй — нам кушать нечего.
Охота — это спорт! Особенно — когда патроны закончились, а медведь ещё жив.
Солнце безжалостно изгоняет из города безликие тени, живущие своей, одним им известной жизнью, заставляет этих ночных охотников затаиться в щелях и подвалах, а ночью они вновь выйдут на охоту.
До тех пор, пока лев не расскажет свою версию, рассказ об охоте всегда будет прославлять охотника.
Ходила на охоту, ковала серебро,

Сажала тонкий месяц в хрустальное ведро.

Деревьям шубы шила, торила санный путь,

А после в лес спешила, чтоб в избушке отдохнуть.
Как это не печально, но после стольких лет охоты на нечисть понимаешь, что это — не миссия спасения, а зачистка.
Мой отец говорил: «Бог охотится за грешниками, как дьявол охотится за святыми».
Медведь на мгновение потерял его из виду, и этого мгновения хватило, чтобы Серега успел вынуть из чехла нож. А зверь уже снова шёл на него, прорываясь сквозь мягкий белый снег, обильно пачкая его кровью, но не проявляя ровно никаких признаков слабости. Духарев отступал, сжимая в руке нож, но сама мысль о том, что эдакую махину можно остановить двадцатисантиметровым ножиком, казалась столь же забавной, как попытка детской лопаткой остановить самосвал.
Я не говорю, что мне не жалко убитого льва, просто бесит, когда видишь фотографии с огромными толстыми американскими туристами на фоне убитого жирафа. И они одеты в камуфляжную форму, будто жирафы могут стрелять в ответ.