Цитаты про раны

Любовь так жестока... она ранит сердце и душу.
Мои раны заживут, а как насчёт твоих?
— Как ты себя чувствуешь без уха?

— Как слизняк.

— В мире есть столько шуток про раны, а ты выбрал слизняка. Ты безнадежен.
Мои раны время уже вряд ли сможет залечить,

Я бы вернулся, но, увы, потерял ключи...
Есть раны, которые куда сложнее вылечить. Шрамы, которые не исчезают. Быть вынужденным помнить события прошлого... Разве может быть пытка хуже?...
Холод и раны не скроешь, возможно, шмотьём.
Раны заживут самостоятельно, пока мы живы, хотя они иногда оставляют шрамы.
— Вам надели их [наручники] на свежую рану?

— Р-разумеется, ваше преосвященство. Свежие раны для того и существуют. От старых мало проку: они будут только ныть, а не жечь вас, как огнем.
How could you, how could you, how could you hate me?

When all I ever wanted to be was you?

How could you, how could you, how could you love me?

When all you ever gave me were open wounds?

Как ты можешь, как ты можешь, как ты можешь ненавидеть меня?

Когда всё, что я хотел – это была ты?

Как ты можешь, как ты можешь, как ты можешь любить меня?

Когда всё, что ты давала мне – это были открытые раны?
Нельзя просто закрасить собственные ошибки и раны. От этого они не исчезнут.
Мы постоянно ходим вокруг до около.

Собираем раны, не дав старым зажить.
– Ничто не затмит в моих очах красоты эльфийской Владычицы, – сказал он Леголасу, сидевшему с ним в одной лодке. – Отныне я смогу называть прекрасным только то, что исходит от нее. – Он приложил ладонь к груди и воскликнул: – Зачем я только пустился в этот Поход? Скажи, Леголас! Что мог я знать о главной опасности, подстерегавшей меня на пути? Прав был Элронд: нам не дано было предугадать, что нам повстречается. Я боялся тьмы, боялся пытки, и этот страх не остановил меня – а оказалось, что опаснее всего свет и радость. Если бы я о том ведал, я никогда не отважился бы покинуть Ривенделл. Прощание с нею нанесло мне такую рану, что куда там Черному Властелину, даже если бы я прямо сегодня попал к нему в руки!
Мне и невдомек было, что можно нанести человеку такую глубокую рану, после которой уже ничего не вернешь, не поправишь. Иногда для этого достаточно одного своего существования.
— А что это за раны, как ты думаешь?

Он посмотрел на меня и тут же отвернулся.

— Разные бывают раны. Когда ты вдруг оказываешься ненужным. Когда никому нет до тебя дела.
Сталкиваясь с ошибками и ранами, оставшимися от них, даже если мы признаём их, они не исчезают.
Течение времени очищает прошлое и лечит раны в сердцах людей. Но есть раны, о которых не говорят.
Если существует кто-то, кто может ранить тебя, то существует и тот, кто сможет залечить рану.
Раны жгут и горят. А от холода руки и ноги немеют, поэтому когда мне холодно — это помогает. Ведь лучше, когда болит снаружи, а не внутри.
— Есть настолько глубокие раны, что, боюсь, они уже никогда не затянутся. Ты же не можешь отрастить оторванную руку, верно? Подобные раны не из тех, что можно залечить.

— Кончай тут умничать! К тому же, если тебе оторвало руку, ты можешь сделать операцию и заменить ее протезом, разве нет?!

— Может кто-то и способен сделать для этого человека что-то подобное. Хоть это и заметно облегчит боль, но не залечит раны.
— Сердце, которое меняется. Это называется «душа», да?

— Видимо, так. Если бы мы смогли извлечь сердце и рассмотреть его, думаю, именно так оно бы и выглядело. Оно, конечно, со временем покрывается царапинами и зазубринами, но время поможет залечить их. И любой с одного взгляда всегда сможет отличить свое сердце от других.
Не стоит принимать решение в состоянии душевного разлада. Время лечит самые страшные раны.
Говорят, что обычный человек извиняется двенадцать раз в день. Обычно, это искупление прошлой ошибки, попытка исцелить старую рану. Но некоторые раны исцелить невозможно, слишком уж они глубоки.
Никогда не перестану удивляться бесконечной изобретательности представителей рода человеческого в том, что касается нанесения ближним смертельных ран.
Даже когда залечиваешь раны, уже никогда не будешь таким, как прежде.
Прошло пять лет, — и залечила раны,

Жестокой нанесенные войной,Страна моя,

и русские поляны

Опять полны студеной тишиной.

И маяки сквозь мрак приморской ночи,Путь указуя моряку, горят.

На их огонь, как в дружеские очи,

Далеко с моря моряки глядят.

Где танк гремел — там ныне мирный трактор,

Где выл пожар — благоухает сад,

И по изрытому когда-то трактуАвтомобили легкие летят.
Они не понимали, что исцеление — дело всей оставшейся жизни, что некоторые раны никогда не заживут полностью. Терапия может помочь затянуться открытым ранам, но шрамы останутся все равно. Организм может вести себя так, как если бы с ним все было в порядке; но кожа натянута и чувствительна к прикосновениям, как у человека, который получил серьезные ожоги по всему телу. Огонь может опалить человека до самой души. То же и с сексуальным насилием. Это огонь, который испепеляет. У кого-то серьезные ожоги затрагивают только часть тела. Я была покрыта ожогами вся, целиком.
Роскошь продолжительного общения двух людей состоит в возможности уже после того, как зарубцевались раны, бесконечно долго выяснять некоторые обстоятельства прошлого, имеющие первостепенное значение, но не до конца понятные.
У каждого из нас есть свои шрамы. От сильной любви к кому-то, от желания кого-то защитить. Он ради меня себя не пожалел, ему наверное очень больно. Но мне до слёз приятно касаться забинтованной руки. Надеюсь, я никогда не забуду это чувство и перестану бояться душевных ран.
As the seasons change — remember how I used to be?

Now I can't go on — I can't even start,

I've got nothing left — just an empty heart...

I'm a soldier — wounded so I must give up the fight,

There's nothing more for me — lead me away...

Помнишь, каким я был раньше?

Теперь я не могу двигаться дальше, я не в силах даже начать,

Ничего не осталось, только пустое сердце...

Я солдат, раненый так, что мне придётся покинуть поле битвы,

Для меня больше ничего не осталось, проведите меня...
Дай бог быть тертым калачом,

не сожранным ничьею шайкой,

ни жертвой быть, ни палачом,

ни барином, ни попрошайкой.

Дай бог поменьше рваных ран,

когда идет большая драка.

Дай бог побольше разных стран,

не потеряв своей, однако.

Дай бог, чтобы твоя страна

тебя не пнула сапожищем.

Дай бог, чтобы твоя жена

тебя любила даже нищим.
Беда, конечно, в том, что слова наносят раны, а раны оставляют рубцы.
Я не буду убивать вас. С вашей-то силой трудно поверить, чтобы кто-нибудь из вас умер, даже из-за таких ран, даже из-за таких, как эти. Вы будете смотреть, беспомощно лежа на земле. Вы будете наблюдать за исходом этой битвы.
В душе моей

только борозды ран остались,

эти экваторы в диких зарослях.

Вижу все тот же сон:

влажный густой туман

над болотами, где со всех сторон

мглой обступает бред:

мой любимый, о, если бы нам

никогда не родиться на свет.