Цитаты про предательство

Пока кругом сияет листопад,

колышет ветер золотую реку.

На эти листья страшно наступать,

а больше некуда.

Ещё успеем перезимовать

и в грязь втоптать невинность бела снега.

А страшно как — любимых предавать,

а больше некого.Весна прозрачна. Шёлк — её наряд.

Клянись, что расстаемся не навечно.

Страшнее нет — надежду потерять,

а больше нечего.

Созрело лето, как запретный плод,

и алый свет слепит глаза под веками.

Молиться страшно. Богу — не поймёт.

А больше некому.
«Мело, мело по всей земле, во все пределы.

Свеча горела на столе, свеча горела...»Нет, никакая не свеча -

Горела люстра!

Очки на морде палача

Сверкали шустро!

А зал зевал, а зал скучал -

Мели, Емеля!

Ведь не в тюрьму и не в Сучан,

Не к высшей мере!

И не к терновому венцу

Колесованьем,

А как поленом по лицу -

Голосованьем!

И кто-то, спьяну, вопрошал:

— За что? Кого там?

И кто-то жрал, и кто-то ржал

Над анекдотом...

Мы не забудем этот смех

И эту скуку!

Мы — поименно! — вспомним всех,

Кто поднял руку!..
Тридцать монет –

Для дипломатии священного нет,

Для дипломатии священного нет,

Одно предательство не более чем пустяк!
Быть преданным друзьям или быть преданным друзьями,Паранойя шепчет: «Доверять нельзя им».
Обманешь меня раз — позор тебе, обманешь меня дважды — смотри у меня! Я большой!
Когда вожди предают свой народ, а народ не свергает их — не стоит винить одних лишь вождей.
Черны душой Адама сыновья,

Для них предательство и ложь – друзья.

О грешники, когда пробьет ваш час,

Аллах по черноте узнает вас.
Много ли в мире найдется людей, которым не нравятся красные розы? Лальен они жутко не нравились. Она их почти ненавидела. Эти цветы стали для нее не символом любви, нет, они ассоциировались у нее только с предательством и обманом.
Мои соратники! Я предал братство. Я предал наши идеалы. Я предал память о Кейне. Г. С. Б. сбили меня с истинного пути — пути самого пророка... Один путь — одна цель.
Предав, повесился Иуда.

Не забывай о том, зануда.

Запомни, как солдат устав,

Чтоб не повеситься, предав.
— Кейн?!

— Да, брат мой. Я всё ещё жив.

— Но...

— В чём дело, брат мой? Ты не рад меня видеть?

— Если бы я знал... Я думал...

— ... ты не предал бы меня... Дитя моё, ты добился поразительных успехов. Ты доказал, что путь, которым шли Чёрные Братья, ложен, как и путь брата Маркиона. Разве не так, брат мой?

— Да...

— Чёрные Братья вновь стали частью нашей армии. Увы, прочие всё ещё далеки от истинной веры. Многие перешли бы на нашу сторону, но ими владеет страх — они боятся Г. С. Б... Мы должны доказать им, что наш враг не всемогущ! Нам нужен великолепный жест. Идём, брат мой, и ты узришь лик будущего!
Раз уж заговор вызрел в сердце моей собственной армии, пришла пора бросить этих отвратительных животных, именующих себя «людьми», и покинуть эту проклятую планету... Но настал миг торжества! Ловушки расставлены: наши враги из Г. С. Б. сами роют себе могилу, и скоро мы перейдём к «третьему этапу». Нас ждёт новый храм, в который войдут лишь избранные. Не пройдёт и 7 дней, как весь Внутренний Круг, включая тебя, сын мой, начнёт восхождение к вершине. Но у нас ещё есть дела на Земле, а ты отправляйся в Австралию. Собери всё, что осталось от армии Киллиан — её войска пригодятся нам в последний день. Ступай же, сын мой, и помни — веру надо хранить в сердце своём!
Быстро же вы меня похоронили, дети мои. И как только вы могли подумать, что я не предвидел случившегося в Главном Храме, что я спланировал всё это? Конечно, я не мог предположить измены, и предали меня собственные войска! Из всех ошибок Киллиан, именно самая страшная в том, что она считает «гостей» большим врагом, нежели Г. С. Б. — это противоречит всем планам Братства! И она должна быть наказана! Возьмите своих лучших бойцов и отправляйтесь на штурм Австралийской базы — Киллиан сейчас там. Если возможно, захвати её живой, а всех остальных можете не щадить.
Мэйсон, друг мой, скажи, во что остаётся верить, когда тебя предают свои же? Когда весь ты, всё то, что ты сделал, оказывается погребено под слоем лжи и коррупции? Я умру в этом проклятом месте... Единственное, что не дает отпустить мне руки — это жажда мести.
Сигнал с тонущего корабля, мои стихи.

Или я впитал в себя весь яд.

Зависаю глядя в монитор уже неделю,

Никому не рад, в душе-то дождь, то град.

Ложь — враг. И я устал врать где ты сейчас,Измена ставит печать на лицах, или печаль.

Как разговор начать, как сказать,

Что ты ничья!

Как сдержаться, как не закричать.

Мы упадем с обрыва вместе, или взлетим,

Нас будет двое, там где я один, и не один.

Так было раньше, а что теперь?

Метель за окнами, и пролитое на скатерть,

Остывшее кофе...

Хватит с меня-гаснут мои маяки..

И пусть тонут корабли, обрастая кораллами.

Я старался.. честно, не превращать узы в узлы.

Но превратила ты, развязала..
(We run)

We run for first

Off the road and off the record

(We run)

We run for first

But the first come in second

When we spit out

The names

Of those

We betrayed

(Мы бежим),

Мы бежим первыми.

Не по дороге и неофициально.

(Мы бежим),

Мы бежим первыми,

Но первые прибыли вторыми.

Когда мы выкрикиваем

Имена

Тех,

Кого предавали.
Как много песен и стихов про дружбу,

Так много слов в них притарно сладких и таких ненужных,

К тому же, сколько их? Скажи! Да в лучшем случае дюжина,

Скажи, уверен в каждом? Тебе же хуже!
Я на стенку лез, выл, влезал в долги,

Землю грыз, скулил, звонил: «Помоги!»,

А все такие чёткие по телефону,

А при встрече взгляд уводят в сторону,

Типа не знакомы мы...
— По-моему, предательство страшно, но еще страшнее равнодушное и пассивное наблюдение за тем, как происходит и предательство и убийство.

— В таком случае, может быть только одно участие в это: прекращение убийства.

— Сие от вас не зависит.

— Не зависит. А что вы называете предательством?

— Предательство — это пассивность.

— Нет, пассивность — это еще не предательство.

— Это страшнее предательства...
Слушай, мне тоже в свое время пришлось не сладко. Я все понимаю, но у тебя нет права вести себя, как последний засранец!
Нет ничего ужасного в том, чтобы ждать, когда тебя предадут. Весь ужас в том, когда предательства не ожидаешь.
— Лагерь пуст.

— Пуст? Я погиб...

— Нет, Ваше величество, Вас всего-лишь предали.
— Твоя любимая... речь шла о ней... а потом ты ее предал.

— Она притворялась, что любит меня! Она предала, а не я!

— Интересно, после которого из предательств ты вырезал сердце из груди?
Если поставить на весы твои глупости,

А на другую чашу лишь сухое «прости»,

То вряд ли перевесит это второе первое.

Тебе предан, и тобою тоже предан.
Дружба и любовь — это вопросы верыТы можешь верить, но ни в чем не можешь быть уверен

Если ты предал друга, называясь «другом»

Будь уверен: ты получишь по заслугам.
Ах! что изгнанье, заточенье!

Захочет — выручит судьба!

Что враг! — возможно примиренье,

Возможна равная борьба;

Как гнев его ни беспределен,

Он промахнется в добрый час...

Но той руки удар смертелен,

Которая ласкала нас!..
Не правы те, кто доброту принимает за жалость

Друзей виднее не в горе, а в сытой радости

Страшнее страха, лишь позор, который видели

И часто причина предательства в совместной прибыли.
Я не предатель. Нельзя предать то, чего не любил.
Может, люди и предают друг друга, но только не родственную душу, встреченную однажды.
— Будь ты проклят! Убийца!

— Разве я не твой король?

— Ты предал само право быть королем. Ты предал Господа!

— Я Господа предал?! Моя корона перешла ко мне от моего брата, а к моему брату от моего отца. Я был рожден, чтобы стать королем, это мое право, дарованное мне Господом! Ты вступаешься за простого человека и в то же время проклинаешь королевкую власть, его оберегающую. Мое право на трон. И ставишь под сомнение права всех, кто правил до меня. Великих правителей, оборонявших эту страну от варварских орд, кто возвеличил ее, давал порядок, смысл и даже веру всем своим поданным в течение многих веков. И ты все это подвергаешь сомнению. Ты! И нам пришлось принять вашу заветную великую Хартию, навязанную тобой, торговцем шерстью! Я королевских кровей! Я правая рука Бога! И тебе не позволено указывать каким мне быть королем!
— Дилан, что случилось? Где Нокс?

— За Нокса не волнуйтесь — он злодей!

— С чего ты взяла?

— Он сам мне сказал об этом, перед тем, как выстрелить в меня!
Даже не знаю, как описать её лицо. Красивое. Но бывает красота, которая очевидна, общепринята и вызывает скорее рыночные, чем личные чувства. А это лицо было другим. Про такие лица думаешь, что способен распознать их очарование только сам, а все остальные ничего не поймут и не заметят — и на основании этого сразу записываешь увиденное в личную собственность. Потом, когда выясняется, что эта односторонняя сделка не имеет силы, и остальные тоже отлично все поняли, чувствуешь себя преданным...
— Как ты мог, Красти, назвать своим именем этот концлагерь?!

— Они подкатили целый самосвал с деньгами к моему дому, ну я же не каменный!
Предателем человек может стать по слабости или от безвыходности. Шпионы выбирают свою профессию добровольно.
Предательство нельзя прощать хотя бы потому, что сами предатели никогда себе не простят собственного предательства, а значит, будут всегда опасны – и предадут ещё.
— ... все меня предали — подруга и даже пёс! Не везет мне!

— Сочувствую, если бы мы знали — пошли бы в другой луна-парк.
Поступок всегда важнее слов. Человек способен орать два часа — и помочь. Или два года сюсюкать — и предать.
Главное в этой жизни не предать себя, ибо тот, кто предаёт себя, вместе с собой предаёт и всё остальное.
Посылать людей на войну необученными — значит предавать их.
Давным-давно... люди были окутаны тьмой. Поэтому мы, создания тьмы, всегда жили бок о бок с людьми... Но люди не способны жить красиво. Рано или поздно их истинная уродливая сущность берет верх в их жалких душонках. Сотни и сотни лет, раз за разом они предавали тех, кто доверял им и любил их.
Единственное, чего женщины не прощают, это предательство. Если сразу установить правила игры, какими бы они ни были, женщины обычно их принимают. Но не терпят, когда правила меняются по ходу игры. В таких случаях они становятся безжалостными.