Цитаты про возраст

Возраст — это просто дурацкие цифры.
Сорок лет – это такой рубеж, на котором вдруг начинаешь остро чувствовать свои ограничения. И как будто соизмерять себя именно с ними. Появляется огромное количество различных «я уже никогда не…» Но, удивительная штука, каждое такое ограничение (и глобальное, и самое крошечное) формирует тебя и задает направление дальнейшей твоей жизни. Главное – не уходить с головой в горевание по поводу каждого пункта, а искать в каждом из них возможность.
– Я, в общем, на жизнь не жалуюсь. Страшно сидеть и ничего не делать, а время проходит. А сейчас оно у меня и вовсе летит! Хотя я и борюсь с паспортом.

– Как?

– Я его просто спрятала, и всё. Ну и плаваю! Каждый день – в бассейн, даю стометровочку!
— Это неудивительно, они решили ввести в бой свежие силы.

— Дедуля, ты, что ли, свежий?

— Дарья, это ты – свежая, а я – проверенный.
— Между прочим, я моложе его на полгода.

— Ой, а по вам не скажешь. Что делает с человеком стресс большого города..
— Сколько же вам лет?

— К науке, которую я в данный момент представляю, это не имеет никакого отношения...

— Ну а все таки, 30?

— О-го-го-го-го.

— 40?

— А-ха-ха-ха-ха.

— 50?

— Хо-хо-хо-хо-хо. Почти. 38.
В десять тебя называют гением, в пятнадцать — талантом, а как стукнет двадцать — уже обычный человек.
Всегда хочется сбежать от родительской опеки, от дурацкой одежды. Лет в 12-13 тебя выпускают в мир, выгоняют даже: «Иди погуляй!» Развивай интересы, ищи свою музыку. <...> Ты становишься жадный до всего нового и интересного. Две недели пробуешь быть вегетарианцем, решаешь за кого голосовать, идёшь на митинг, находишь новую пластинку, новую книгу.

Но темп замедляется. Тебе за двадцать. На полпути к тридцати всё замедляется, ты начинаешь определяться. Это уже финальный ты. Теперь по радио слушаешь музыку десятилетней давности. ... А потом тебе сорок сорок пять, ты сидишь перед монитором, потому что у тебя Фейсбук и ты не знаешь, как из этой сволочи выйти.
Возраст помогает забыть то, что так хочется забыть.
— Скажите, пожалуйста, а сколько же лет вашему сыну Виктору?

— 25!

— Боже мой! 25... и отец троих детей! Моему под сорок, а он как дитя!

— А выглядит совсем как взрослый!
Когда друзья напоминают, что мне уже больше шестидесяти лет, Я сама не могу в это поверить. Кажется, что мне всё еще двенадцать лет. Я, наверно, осталась в том детском возрасте и смотрю на мир широко раскрытыми глазами. Мне всё ещё интересно жить. Я благодарна судьбе за каждый прожитый день, за возможность постоянно открывать для себя что-то новое... Если вам посчастливилось сохранить в себе душу ребёнка, тогда самое лучшее в вашей жизни ещё впереди...
— … В двадцать лет думаешь о всякой ерунде. В тридцать начинаешь слегка разбираться, что почем. А вот когда тебе исполняется сорок, начинаешь по-настоящему наслаждаться жизнью.

— М-да, интересная точка зрения. Ну а в пятьдесят?

— А в пятьдесят начинаешь исправлять то, что отчебучил в сорок.
— Что вы считали нормальным поведением в 9 лет?

— Ну, помогал мыть посуду, стриг газон, улыбался и не говорил, что на самом деле думаю. Они не видели кошку, вылетающую из окна, или как я поджигаю гараж, картинки с ножами и так далее.
Всякому известно, что, когда тебе за тридцать, ты уже не такая счастливая, веселая и легкомысленная, какой была в двадцать два, и что честный ответ, скорее всего, будет такой: «На самом деле, прошлой ночью мой женатый любовник, который, как оказалось, носит подтяжки и милый свитерок с горлышком из ангорской шерсти, сообщил мне, что он голубой (или сексуальный маньяк, наркоман, моральный импотент) и отлупил меня фаллоимитатором». И реакция: «Здорово, спасибо».
Если бы тебе было 25, это было бы очаровательно, но тебе 32 и это уже глупо.
Возраст определяется личным ростом, а не прожитыми годами.
— Я уже не ребёнок.

— Нет, ребёнок! Сколько тебе лет, кстати?

— Восемнадцать. Через месяц будет девятнадцать.

— Девятнадцать? Да как тебе не стыдно? — возмутилась бабушка.

— А что я такого сказала?

— Если уж ты не ребёнок, что тогда про меня говорить?
Юность моя закончилась, хотя всего двадцать один раз зимние холода успели проморозить моё бренное тело.
— Не важно, что ты красивая. Я люблю тебя и такой.

— Не волнуйся, это все обвиснет с возрастом. А пока мы здесь стоим, я набираю вес.

— Это успокаивает.
И слишком стар, чтоб знать одни забавы,

И слишком юн, чтоб вовсе не желать.
— Что Вы, что Вы! Я старею! Мне уже тридцать семь лет!

— Сколько, сколько?

— Тридцать семь!

— Интересно... В прежние времена я был младше Вас на два-три года. А сейчас, если мне не изменяет память, мне стукнуло сорок!

— Что Вы говорите! Возможно. Вы всегда были сильней меня в математике.
Когда тебе будет 20, мне будет 40. Когда тебе будет 30, мне будет 40. Ну а когда тебе будет 40, ты наконец поймешь, почему мне до сих пор 40...
Тогда было так, если друг, то навсегда до последнего,

К своим годам мы прибавляли ещё чьи-то года.

Чтобы казаться взрослее мы обгоняли тебя время.

Да, мы посмели.
Одно точно — сердце никогда не уходит на пенсию <...> Никто не может перестать любить по собственной воле ни в каком возрасте.
Доктор Рид, вы четыре года учились в колледже, потом ещё четыре на медицинском. Значит, вам уже как минимум восемь лет…
Пятьдесят лет ещё совсем не старость.
Иногда любовь дает нам пощечину. И даже если это не впервые, каждый раз это одинаково больно. Любовь никому не делает скидок. Это дело, в котором опыт ничего не значит. Хорошая пощечина в 20 лет ранит также, как и пощечина в 60.
Возраст женщины, которая всех критикует, называется критическим возрастом.
Можно быть счастливым в 8 и в 28, но если кто-то говорит вам, что он был счастлив в 16, значит, он либо лжец, либо идиот.
— Было время...

— 4:35.

— Ты меня не понял. Я не спрашивал, сколько времени, я сказал «было время».

— Было время?

— Возьми, к примеру, вон ту шоколадку. Весьма аппетитно, правда?

— Ей лет 70.

— Сегодня — да... Но было время....
Почему девушки красятся как старухи, а старухи как девушки?
Как говорила моя двоюродная тётя Роза – девочка, если мужчина жмакает тебя за талию ладонями, радуйся! Плакать ты успеешь после сорока, когда на твою талию ему не хватит полного размаха рук
По какому такому праву человек считает, что может делать все, что захочет, под тем лишь предлогом, что ему 2 года?
— 30 это не так много. Знаешь сколько лет Земле?

— Под 40?
Никогда число прожитых лет не заставит признать нас, что мы прожили достаточно.
— Тебе не кажется, что я слишком стар для тебя?

— Нет, я люблю антиквариат.

( — Я слишком стар для тебя.

— Нет, я люблю антиквариат. Или стремлюсь к этому.)
Больше всего я жалею о том, что из моей жизни исчезла спонтанность. Это же так круто: в жопу всё, поехали в Вегас. Но я так больше не могу.
Мне двадцать восемь. Знакомые называют мой возраст «под тридцать» и считают, что я обязана думать о чем-то важном: о детях, общественном положении, пенсионном фонде, даче, машине, занятиях спортом... Потому что сейчас мне «под», а когда станет «за», будет поздно — на мне никто не женится, ребенок родится эпилептиком, а все приличные должности достанутся молодым и дерзким.
Стас младше меня лет на десять. Или на пятнадцать? Я старше его не целую жизнь.