Похожие цитаты

Детство — даже самое невеселое — со временем кажется нам уголком наших грез, куда мы случайно забрели однажды, а теперь и хотели бы, да не можем вернуться.
Мнение толпы — это зачастую зло, и, как сказал Софокл: «Всякое зло — бессмертно».
Настоящая книга — это старая книга, со своим особым запахом тронутых цвелью растений. А новых я не люблю.
К тому же любой язык — язык убийц. И чем больше смертей, тем возвышеннее поэзия.
Девичьи дневники всегда увлекали меня. Они — точь-в-точь кукольные домики: заглянешь внутрь, и весь остальной мир покажется таким далеким — почти несуществующим! Обладай мы волшебной возможностью «выпрыгивать из себя» в тяжелые минуты, и ни боль, ни страхи нас бы не потревожили.
Меня не интересуют символы. Меня занимает реальное, каким бы иллюзорным оно не казалось.
Наверное, только искусство может нас спасти. Оно доказывает, что существует нечто совершенно непохожее на наши уродливые жизни.
Жизнь вовсе не бессмысленна. Вокруг нас столько прекрасного. И в наших силах это увидеть и обрести смысл для своего существования.
Мои самые любимые церкви — те, что лежат в руинах: трава и мусор служат им полом, а небо — вместо потолка.
На самом деле быть живым — это совсем другое, это наслаждаться, не теряя своей личности.