Цитаты про церковь

Истории народов пронизаны иллюзиями, которые активно поддерживают господствующие религии: злые люди никогда не процветают; только храбрые заслуживают награды; честностьлучшая политика; действия весомее слов; добродетель всегда побеждает; доброе деяние заключает награду в себе самом; плохого человека можно исправить; религиозные талисманы защищают от одержимости демонами; только мужчины понимают значение древних таинств; богатые обречены на несчастье…
Когда религия и политика идут в одной упряжке, те, кто ею правит, верят в то, что никто не может стать на их пути. Их скачка становится все более безрассудной: быстрее, быстрее и быстрее! Они отбрасывают все мысли о возможных препятствиях и забывают о том, что человек, ослепленный скоростью, видит обрыв лишь тогда, когда уже поздно что-либо сделать.
Когда людей этой религии (ислама) спрашивают о доказательствах правильности их религии, они вспыхивают, сердятся и проливают кровь тех, кто задает эти вопросы. Они запрещают рациональное исследование и стремятся убить своих противников. Поэтому истина у них тщательно замалчивается и скрывается.
Imagine there's no heaven

It's easy if you try

No hell below us

Above us only sky.

Представьте, что нет рая.

Это просто, попробуйте!

Под нами нет ада,

Над нами только небо.
— Ты какой веры?

— Меня крестили, когда я был маленьким, но сейчас моя библия — это гражданский кодекс.
Вы когда-нибудь врали, чтобы выйти из неловкой ситуации? Ситуации выходят из-под контроля очень быстро. Я слышал о девушке, которая соврала мужу о том, как забеременела. И теперь это целая религия.
Да, истинно верующего не свернешь с дороги. Никакой силой, куда бы он не шел, на каком бы языке не говорил, и какую бы религию не исповедовал. В сердце он будет хранить свою истину, с ней будет жить, с ней и умрет.
— Я служу мессу каждый четверг в семь часов.

— Спасибо. Но... нет.

— Вы не верите?

— В религию? Нет. Я верю в Бога, в науку, в ужин в воскресенье вечером... Но я не верю в правила, которые говорят мне, как надо жить.

— Даже если правила эти дарованы Господом?

— Сколько крестовых походов было совершено во имя Господне? Сколько людей погибло из-за чьих-то религий?

— Из-за фанатизма, а не из-за религий.

— Это слова. Главное, что эти люди мертвы.
Которая из мировых религий ближе к божественной истине? Истина не в зданиях и не в книгах. Сердце тот храм, где обитает вся истина.
В Священном Писании говорится: «Не судите да не судимы будете», и еще: «Ибо каким судом судите, таким будете судимы». Вы бы, бабушка, не спешили бы судить, а то как бы Христос, несмотря на свое милосердие, не исполнил бы обещанное, и придется вам самой жариться после суда на сковородке, приготовленной для других, – рассмеялась девушка.
Вы сколачиваете две деревяшки и целуете их. А что же было с этими деревяшками до того, как вы начали их сколачивать?
Я воспитан на Торе, моя жена на Коране, мой старший сын атеист, младший саентолог, а дочь изучает индуизм. У меня в гостиной могут разворачиваться священные войны! Но мы следуем правилу, живи и дай жить другим.
А я и не говорил, что деньги — это плохо. Я с уважением отношусь к любой религии, какой бы рабской она не была.
... Склонив голову набок, Дьявол молча рассматривал черные брови, слегка припудренные щеки и новую, пышно взбитую прическу.

— Ну, и как вообще я выгляжу? — с сомнением спросил он.

— Офигительно, — захлебнулся пиар-директор.

Дьявол еще раз бросил любопытный взгляд в зеркало.

— У меня странное ощущение, что я похож на Сергея Зверева, — вынес вердикт князь тьмы. — Мои сторонники ожидают увидеть именно его?

— Для многих Зверев, собственно и есть Сатана. — Главу адского «паблик рилейшнз» было трудно застать врасплох. — Да вы хотя бы церковь спросите. Они подтвердят.

— Они что хочешь подтвердят, — поморщился Дьявол. — У них после зевка рот не перекрестил — уже воплощение Ада. В принципе я рассчитывал на нечто другое — такое стильное, мрачное, готичное зло в стиле вокалиста «Лакримозы». Ну ладно... на крайняк уж и так сойдет...
— Жак, как вы относитесь к христианству?

— Это замечательная идея! Когда они собираются воплотить ее в жизнь?
Когда кто-то болеет и при смерти, некоторые говорят: «Это гнев Господень! Их болезнь — это их кара!» или же «это их карма». Но исследователь или учёный скажет: «Карма — туфта! Вероятно, рядом болото с малярийными комарами, крысы, или ещё что-то!» Или же из-за непрерывного земледелия почва истощилась и в ней мало железа и марганца, и мозг этих людей повредился из-за нарушений в питании, а не из-за кармы, которая есть абсолютный фашистский бред. Причина в том, что люди не ставят перед собой задачу: «Давайте сделаем мир лучше!», а вместо этого падают на колени и вопрошают: «Господи, дай нам больше не знать войн. Позволь всем людям стать братьями, а нашим соседям миролюбивыми и дружественными».

Что ж, это ВЫ должны стать миролюбивыми и дружественными, и препятствовать военным настроениям. Вот этим должна заниматься религия.
Священник никогда не давал нам точных ответов на наши конкретные вопросы, но всё равно он казался отличным мужиком, у него была приятная улыбка.
— Доктор, а мне будет больно?

— Только если Бог тебя ненавидит.
— Я не католик, но все равно люблю приходить сюда помедитировать. Ну или помолиться, как вам угодно.

— Если вы не католик, то кому вы молитесь?

— Вселенной. Балансу. Камешку на полу и воздуху, окружающему нас. Вам и себе.

— Что это — буддизм?

— Это жизнь, сеньорита, как она есть.
— Почему мы не ходим в церковь?

— Пойдем, если хочешь. Но это ничего не изменит.
Христианство появилось в Палестине как опыт. В Греции оно превратилось в философию. В Италии стало институтом. В Европе трансформировалось в культуру, а в Америке – в бизнес. Мы оставили опыт далеко позади.
— Мы, атеисты, — горячо продолжал он, — считаем, что человек должен нести своё бремя, как бы тяжко оно ни было! Если же он упадёт, тем хуже для него. Но христианин сулит и взывает к своему богу, к своим святым, а если они непомогают, то даже к врагам, лишь бы найти спину, на которую можно взвалить свою ношу.
Я слышал, что где-то есть священники, которые не идут в бой вместе со всеми, и не мог понять, как такие священники могут работать в войсках. Как может священник благословлять кого-нибудь на то, чего он сам не хочет и не может делать?
В какую же церковь нужно идти молиться, чтобы перестали страдать дети, потому что если умирают они, то кто же тогда невинен на этой безумной планете?!
Я за прекращение любой атеистической пропаганды — если прекратится религиозная.
Есть фундаментальная разница между религией, основанной на догмах, и наукой, основанной на наблюдениях и логике. Наука победит, потому что она работает.
— У вас несчастный вид.

— Я несчастен. Мне надоели люди, которые прикрывают религией мерзости, которые они совершают.
Кого с кем религия может объединить? Она может только расколоть и так уже истерзанное общество. В стране живут много миллионов атеистов. Всякая религия разъединяет. Пусть верят во все, что угодно, хоть в совокупляющиеся светофоры, но они ведь хотят, чтобы мы их содержали! Представьте – уклонение от уплаты налогов по причине близости к сверхъестественному существу. Они не хотят платить налоги с прибыли, с недвижимости, со своих торговых точек, где производится продажа религиозно-магических услуг.
Есть люди, у которых есть устойчивое хобби или не очень устойчивое, я имею в виду верующих. Православие – это тот же вид хобби. Но ничем принципиально от любого другого хобби это не отличается. Могут быть какие-то кактусоводы, фелинологи, люди, которые умеют вышивать бисером. Но чем отличается религия от кактусоводов и фелинологов? Религия стремится всех, кто не разделяет ее взглядов на реальность, всех этих людей объявить неполноценными, неправильными, больными, заблуждающимися, убогими и так далее, так далее.
Римский папа разбил все иконы

И сам взорвал Ватикан.

Мучая зрение, ищет знамение

И проклинает Ислам.
Пилат:

— Кого вы хотите чтоб отпустил: убийцу Варраву или Иисуса, называющего себя Мессией?

Первосвященник:

Он не Мессия! Он самозванец! Отпусти Варраву!
– Он есть, Он вернется и накажет живущих Злом и творящих его и наградит ходящих в незлобии.

— И более всех будет награжден морской огурец.

– Морской огурец? – Его Преосвященство был явно озадачен.

– Да, это такая штука, живет в южных морях, – Рокэ отхлебнул «Черной крови». – Она и впрямь похожа на пупырчатый огурец. Лежит себе на дне и растет. Растет и лежит, никого не трогает, ни на что не покушается.

– Вы говорите о животном, лишенном души!

– А вам не кажется, что требовать от людей с этой самой душой, чтобы они вели себя как животные, противно воле Создателя? Иначе бы он заселил все миры морскими огурцами и на этом успокоился.
— Я отпускаю грехи только католикам.

— Ясно. А как к вам поступить? Поколотить протестанта?
Так низость голую я прикрываю лохмотьями священных ветхих текстов и, сердцем дьявол, выгляжу святым.
Подобно тому как ведьм приводят в ужас первые признаки рассвета, священники различных сект страшатся достижений науки, злобно косясь на роковую обличительницу, сулящую крах кормивших их хитроумных уловок.
— Вельхеор, останови его!

— Нет!

— Почему?!

— По религиозным убеждениям я никогда не стану предотвращать массовую бойню!
— И в минуту слабости я прошу Деву Марию дать Чарли покой и его страданиям.

— Но зверю, ты знаешь, отказано в бессмертии.

— Я знаю, мой отец.

— И всё же нарушаешь закон.

— Я слаб и грешен.

— Что ещё?

— Имею грех. Женщину, которая открыла шоколадную лавку…

— Джульетт Бинош?

— Сказала купить шоколадные ракушки для женщины, которая мне нравится... и потом я стал думать о ней…

— В ваши годы?! Думать?!

— Да... да...

— И что ты делал в шоколадной лавке в великий пост?!

— Это было.. было.. было для Чарли...

— Опять ты нарушил закон!

— Но ведь если у Чарли нет души, значит, он может и не поститься? Разве не так, мой отец?

— Десять Аве Мария, десять Отче Наш.
И благодать господня снизойдет на тех, кто поставит в своих бюллетенях крестик... или любой другой знак напротив фамилии нашего кандидата.