Цитаты про голод

— Н-ну, когда единственный кусок хлеба отшвыривается прочь только потому, что его дает несимпатичный человек...
— Значит тот, кто швыряется хлебом, недостаточно голоден...
По-настоящему голодные люди в рестораны не ходят.
Нет ничего страшнее голодного мужчины.
Голодному тигру что собака, что монах — всё едино.
Ну чем ещё могут занять себя четыре незамужние женщины, как не разговором о моделях?
— У них такой сексуальный взгляд...
— Это не секс, это — голод!
Мало – это когда все съел и еще хочется. А много — это когда уже ничего не хочется.
Бог свидетель: я солгу, украду, убью, но никогда больше я не буду голодать, никогда!
— Боже, как хочется есть!
— Здесь нет еды – только выпивка.
— Тогда мне мартини и шесть оливок!
Я тебя не понимаю, кругом люди голодают, а ты постишься.
Хреновое же у вас будущее, люди. Каждое разумное творение на этом свете, попав в беду, нужду и несчастье, присоединяется к собратьям, потому что вместе легче переждать худое время. Один другому помогает. А у вас, людей, каждый только и знает, как бы на чужой беде нажиться. В голод пищей не поделится, пожирает тех, кто послабее. Такое поведение объяснимо у волков, ибо дает выжить самым здоровым и сильным. Но у разумных рас такая селекция обычно позволяет выжить и командовать другими самым большим подлецам. Выводы и прогнозы сделайте сами.
Однажды крестьянин отправился в лес за дровами. За ним увязалась и его собака. Вместе они вошли в лес. Вдруг появился волк. Он набросился на собаку, отволок ее в лес, чтобы съесть, но собака со слезами на глазах сказала ему:
— Что сделала я тебе плохого, что ты хочешь меня съесть? Если ты сейчас съешь меня, все равно завтра опять будешь голодным. Давай пойдем к нам домой, там каждый день мне дают хлеб и другую пищу, будем жить вместе.
Волк видит, что собака говорит дело, и согласился. Шли они, шли, и, когда подошли к селу, волк заметил, что шея у собаки плешивая, вся в нагноившихся ранах.
— Это хорошо, очень хорошо, братец, что ты так прекрасно живешь, но почему у тебя такая израненная шея?
— Знаешь что, братец, у моего хозяина дурной характер: перед тем как положить передо мной хлеб, он надевает мне на шею цепь, а затем говорит: «Ешь».
— Нет, братец, пойду-ка я обратно, а ты иди, живи сам с сытым желудком и с цепью на шее.
Сытый повар верно оценивает еду, голодному всё кажется вкуснее.
Человек должен быть сыт. В особенности философ. Голодные философы все злые.
Какая между нами связь? Каких бы высот ни достигал мой дух, готовясь к Деянию, вечно заброшенный и одинокий желудок все равно потребует своего. Собственные внутренности казались мне облезлым, прожорливым псом, не желающим слушаться хозяина. О, как отчетливо я осознавал: душа может сколько угодно стремиться к возвышенному, но эти тупые и скучные органы, которыми набито мое тело, будут стоять на своем и мечтать о пошлом и обыденном.
... Душа могла грезить о неземной красоте алмазов, но брюхо упрямо требовало теста.
— Есть че поесть?
— Нет.
— Я же умру здесь!
— Гробика тоже нет.