Цитаты про жизни после смерти

Почему мы верим в привидения? Потехи ради?! Нет, это перспектива загробной жизни.
Не угаснет желанье, что движет нами —Смерть мечтой одолеть, задуть вихрем пламя,

В грёзах ищем мы мёртвых, найти не в силах,

Быстро грёзы летят — всё же пламя быстрее,

В небесах опустевших, недоступное, реет,

Напрягаем мы зренье — очи тьма ослепила,

Да и слух уставший слабеет.
Моё сердце — не хоспис. В нём есть место только для самых близких и любимых, которых забрали небеса. Бывшие и иже с ними — уходите «умирать» в другое место!
Людям нужно во что-то верить. Жизнь настолько короткая и опасная, что приходится верить в то, что будет после неё.
Любое явление в жизни имеет свой аналог в загробной жизни. Это относится как к самым прекрасным, так и к самым отвратительным вещам.
Все, кого мы потеряли, кого не стало,

Стали ангелами и следят за нами,

За своими семьями, родными и близкими,

Помогая им в трудные минуты жизни.
Молодым и глупым я думал, что люди помирятся, когда умрут. Чего им делить? Но нет. Смерть — лишь повод бить друг другу морду вечно!
— Мне нужны ответы!

— Ответов нет, Чейз. Никто не знает, что будет после нашей смерти. Поэтому у людей есть вера.
— Ты веришь в призраков?

— Почему ты меня спрашиваешь?

— Не знаю. Не всему же быть дерьмом, правда? Должно быть лучшее место, где-то. По крайней мере, для таких, как ты.

— Но не для тебя?

— С тех пор, как ты сюда переехала, это и есть лучшее место.
Моя мать считает, что все мы только души, что мы уже пережили другие жизни. В бесконечном танце. Как это было бы ужасно. Не в силах никогда отдохнуть, без успокоения. Вынужденные жить вечно. Это был бы ад.
— Ты веришь в жизнь после смерти?

— Я не уверена, что верю в жизнь перед смертью.
Это как... вечное движение. Вечное «я есть». Представь меня, отбивающего чечетку в звездном небе.
После танцев в звездном небе ты жаждешь услышать мое мнение о том, что там ничего нет? Что мы тупо сгинем и все?
— Ух ты. Какие-то старинные орнаменты.

— Так и есть. Однажды ты поймешь, Вайолет, что слово «старинный» теряет свой смысл, когда все твое существование — одно бесконечное «сегодня».
— Всегда кто-нибудь умирает первым. Так всегда бывает в жизни. Но нам еще до этого далеко.

— Нужно, чтобы умирали только одинокие. Или когда ненавидят друг друга. Но не тогда, когда любят. <...>

— Если бы мы с тобой создавали этот мир, он выглядел бы лучше, не правда ли? <...>

— Жизнь так плохо устроена, что она не может на этом закончиться...
Я завидую атеистам. Если предположить, что они ошибаются, то после смерти у них будет шанс убедиться в своей неправоте. Если предположить, что ошибаются верующие, то они о своей неправоте не узнают никогда.
... Слушай! Не навечно привязаны мы к кругам мира, и за ними больше, чем память.
В лесах их песни птицы допевают,

В полях для них цветы венки совьют,

Они уходят вдаль, но никогда не умирают,

И в песнях, и в стихах своих живут.
Я верю, есть другой мир, ждущий нас, Сиксмит. Лучший мир. Я буду ждать тебя там.

I believe there is a another world waiting for us, Sixsmith. A better world. And I'll be waiting for you there.
О, тоска! Через тысячу лет

Мы не сможем измерить души:

Мы услышим полет всех планет,

Громовые раскаты в тиши...
Я не хочу попасть в рай после своей смерти — ад гораздо лучше. Только подумайте о тех интереснейших людях, которых вы сможете там встретить, и вы тоже захотите туда попасть.
Интересно было бы поглядеть на то, что от меня останется, когда меня не останется.
И после странствия земного

В лучах вечернего огня

Душе легко вернуться снова

К молитве завтрашнего дня.
Now I know that there’s a different way to die:

My body breathes, heart still beats, but I am not alive...

Теперь я знаю, что есть другой способ умереть:

Моё тело дышит, моё сердце всё ещё бьется, но я больше не жива...
— Позавчера я видел умирающего ребёнка, его родители погибли в автокатастрофе, и он сам тоже был при смерти. И он спросил меня — существует ли рай? И я ответил: «Да, существует, там твои мама и папа». Через час-полтора он умер... с улыбкой на устах. Что бы ты сказал на моём месте? «Прости, друг, нет доказательств»?

— Нет. Я бы, наверное, точно так же соврал, как и ты. А хочешь знать, чего бы я ему ни за что не сказал? Вот чего: «Прости друг, но ты попадёшь в ад, потому что ты не баптист».
Кто знает, может быть, жить — это значит умереть, а умереть — жить.
Мы перестали бояться того, что может произойти с нами в мире ином, потому что мы слишком заняты поиском наслаждений в этом.
— Знаешь, чем занимаются мертвые большую часть времени? Они наблюдают за живыми. Особенно, когда те принимают душ.

— Класс, скорей бы сдохнуть!
Вся мировая культура очень подробно описывает то, что будет происходить с человеком, если он попадет в ад, все круги описываются. Это и Данте, но Данте был одним из многих, просто наиболее удачливым. Были рисунки на ту же тему. Но ничего конкретного о рае культура нам не говорит, кроме того что там ходят люди с нимбами.
Блаженство рая я оставлю для нищих,

У нищих духом должен быть Царь и Бог.

Я — тварь земная, и на небе я лишний,

И к чёрту вечность, какой в ней прок?
Ты будешь жить на свете десять раз,

Десятикратно в детях повторенный,

И вправе будешь в свой последний час

Торжествовать над смертью покоренной.
— Он не успокоится, пока мы все не сдохнем.

— Зато ты попадешь к своим девственницам. Сколько их будет?

— Кто-то говорит девяносто девять, кто-то двадцать. Ну а у вас?

— Ни одной.

— Ни одной? Тогда какой толк в рае?

— Мы увидим Бога.
After life there is more. The end is just the beginning.

После смерти жизнь не заканчивается. Конец — это всего лишь начало.
…Мы не увидим ни ада, ни рая. Мы живём только этой жизнью, а после нас ждёт лишь мрак и забвение.
Я верю, что есть место между раем и адом, между живыми и мёртвыми. Прекрасное место вечного перерождения, быть может, даже спасение. Верите ли вы в такое место? Вот только, чтобы попасть туда, придётся заплатить. Всё имеет свою цену.
— Поэты пишут о смерти как о чём-то безмятежном. Интересно, так ли это на самом деле? Ведь смерть — это же конец всему.

— Но разве это конец? <...> Может, это лишь переход, движение к чему-то иному.

— К небесам?

— Кто знает. Некоторые вещи нам не дано познать, по крайней мере до самой смерти.
Наложить на себя руки можно всего по двух причинам. Первая — стремление убежать от чего-то или к чему-то. В этом есть рациональное зерно: если человек мучается от невыносимой боли, отчаяния или духовных метаний и нет ни малейшей надежды на излечение, то, возможно, есть смысл избрать уход в небытие. Но не очень-то разумно убить себя в надежде на лучшую жизнь или на обогащение гаммы своих чувств опытом смерти. Испытать смерть нельзя. Я не уверена даже, что можно испытать процесс умирания. Испытать можно лишь приготовление к смерти, но даже это лишено смысла, ибо впоследствии такой опыт не пригодится. Если после смерти нас ждет какая-то иная жизнь, мы все скоро в этом убедимся. Если же нет, то нам уже не представится возможности пожаловаться, что нас надули. Люди, верящие в загробную жизнь, вполне в ладу с разумом. Лишь им не суждено испытать последнее разочарование.
Когда придут забирать на небо

Или отправить в ад,

Я остался ещё на земле бы

Показать всему миру фак.
Все хотят, чтобы их кто-нибудь помнил. В доказательство того, что они жили. Доказательство твоего существования — в чьих-то воспоминаниях.
Сказано: «Для благородного мужа непреодолимых преград не бывает».Правда, у этой максимы есть и концовка, менее известная: «И если он не сможет вскарабкаться на кручу в нынешней жизни, то разобьется насмерть и одолеет преграду в жизни следующей».
Я верю не в такой рай, в котором ты катаешься на единороге, живешь в замке из облаков, но... Да, я верю во что-то подобное. А иначе какой смысл?
Пора! Звери начинают войну,

Дышит ядом ад, мир зовет сатану.

Иуда в аду, а Фауст в раю,

А мы на краю. Пока на краю.
Понятие жизни после смерти — это предупреждение, направленное на то, чтобы сделать счастливее тех людей, существование которых на земле ограничено, но жизнь — это то, что происходит сейчас, вот почему мы должны захватить все яркие моменты и прожить ее, пока у нас есть шанс.