Цитаты про землю

Всё возможно построить на основе того, что у нас есть сейчас. Чтобы изменить поверхность земли потребуется десять лет, чтобы мир превратился в райский сад. Выбор за вами!
Люби землю. Она не унаследована тобой у твоих родителей, она одолжена тобой у твоих детей.

(Мы не получили землю в наследство от предков, мы одолжили её у наших детей).
Невысокий и коренастый, с некрасивым лицом, он казался порядочным парнем. Рассудительный, благоразумный, исполненный сознанием долга… но не из тех, что заставляют девичье сердце биться чаще. А Дейенерис Таргариен, кем бы ещё она ни являлась, всё же была юной девушкой, как она и сама себя называла, когда ей хотелось разыграть невинность. Как и полагается доброй королеве, Дени в первую очередь думала о народе – иначе никогда бы не вступила в брак с Хиздаром зо Лораком – но в глубине души до сих пор жаждала поэзии, страстей и смеха. «Ей хочется огня, а Дорн послал ей землю».

Можно делать припарки из лечебной грязи при лихорадке для снятия жара. Можно посадить семена в почву и вырастить урожай для того, чтобы кормить детей. Земля будет питать вас, тогда как пламя только охватит, но глупцы, дети и юные девушки всегда выбирают пламя.
Я завещаю себя грязной земле, пусть я вырасту моей любимой травой.

Если снова захочешь увидеть меня, ищи меня у себя под ногами.
... ты не боишься летать, ты боишься, что тебе не дано будет оторваться от земли.
— Слушай, не знаю, как там у вас в Израиле, а в Америке нельзя просто так прийти и отобрать у нас землю!

— Ну вообще-то именно так ваша страна и была основана.
На этой серой земле у нас нет имён. Мы скелеты, отражающие в жёлтом глазу.

Наши кости иссушены и выбелены прямо под кожей, наши пустые глазницы разглядывают голодных ворон.

В этом царстве теней наши оловянные голоса скребутся как крыло мухи по неподвижному воздуху.

Наш язык — это язык слабоумных, тарабарщина идиотов. Корень и лоза могли бы сказать больше, чем мы.
— Я не понимаю, как можно продавать то, что тебе не принадлежит. Как Луна может кому-то принадлежать?

— Земля тоже никому не принадлежит, а участки продаются. Я, знаешь, что тебе скажу — то, что никому не принадлежит, можно забрать себе.
Все говорят: нет счастья на земле… Но счастья нет и выше.
Чистый ветер ели колышет,

Чистый снег заметает поля.

Больше вражьего шага не слышит,

Отдыхает моя земля.
Ты будь землей, будь водой, будь солнцем, будь деревом, пусть тот, что не хочет пользоваться этим, не пользуется.
Боги создали землю для всех людей, но потом пришли короли с коронами и стальными мечами и потребовали её себе. Мои деревья, говорили они, — не ешьте с них яблок. Мой ручей — не ловите в нём рыбу. Моя земля, мой замок, моя дочь, уберите руки, не то я отрублю их, но если вы поклонитесь мне, я, может, и дам вам понюхать. Вы обзываете нас ворами, но вор хотя бы должен быть храбрым, умным и ловким, а поклонщик только и умеет, что кланяться.
Кто сказал: «Все сгорело дотла,

Больше в землю не бросите семя!»?

Кто сказал, что Земля умерла?Нет, она затаилась на время!

Материнства не взять у Земли,

Не отнять, как не вычерпать моря.

Кто поверил, что Землю сожгли?

Нет, она почернела от горя.
Нет! Звенит она, стоны глуша,

Изо всех своих ран, из отдушин,

Ведь Земля — это наша душа, -

Сапогами не вытоптать душу!
Как разрезы, траншеи легли,

И воронки — как раны зияют.

Обнаженные нервы Земли

Неземное страдание знают.

Она вынесет все, переждет, -

Не записывай Землю в калеки!

Кто сказал, что Земля не поет,

Что она замолчала навеки?!
Благословенна эта земля, ибо в ней погребен мой народ. Благословен этот дождь, ибо он омывает их лица. Благословен этот ветер, ибо он доносит их имена...
— Он сломал печать, то есть кольцо дока, и заставил землю рыдать!

— О! Мы слышали! Будто Годзилла наступило на Лего.
Любая местность может сменять хозяев по многу раз. Земля может оказаться залитой кровью, усыпанной костями, изрытой могилами или же покрытой грудами ржавеющего оружия и доспехов. Но все это стирается и исчезает за одно поколение. Я это видел собственными глазами. Однако сама земля не меняется.
Ты спрашивал, маршал, сохраняет ли человек верность своей родной земле или вождям. Думаю, что каждый сам должен сделать свой выбор.
Всегда почитайте Мать-землю. Чем больше проявите уважения, тем больше получите взамен.

Always respect Mother Earth. The more you respect it the more respect you will get in return.
Вот вам мои стихи к Вяземскому:

Так море, древний душегубец,

Воспламеняет гений твой;Ты славишь лирой золотой

Нептуна грозного трезубец.

Не славь его: в наш гнусный век

Седой Нептун Земли союзник.

На всех стихиях человек

Тиран, предатель или узник.
Земля похожа на человека. Не может быть плодородной, если не дышит. Мы копаем землю не для того, чтобы сделать ей больно, а для того, чтобы она дышала.
Что же я буду делать без тебя?Земля, полная горсть земли.

Разве на свете не много земли? Но ведь ты... Ты называл горстку земли Родиной.

Неужели ты тоже стал землей, Джевдет?

Неужели эти земли стали твоей могилой?

Я осталась без Родины. Она исчезла.

Ты был моей Родиной, моей землей.

Ты был моей жизнью.
— В детстве я ходила босиком. Матушка говорила: пройдись босиком и вся тоска и беды уйдут. Земля дарует человеку добро и радость. Мне кажется, она была права.

— Она была права. Только земля даёт нам настоящий покой. Но вот только, где этот покой искать: на земле или под землёй?
Любая нация, обитающая на земле, которую она считает своей, на самом деле является просто последним захватчиком.
Но и все ж, теснимый и гонимый,

Я, смотря с улыбкой на зарю,

На земле, мне близкой и любимой,

Эту жизнь за все благодарю.
Это лишь кажется, что земля у нас под ногами твердая и крепкая. Оглянуться не успеешь, а ты уже в трещину провалилась. Один раз провалишься — обратно уже не выбраться. Так и живи под землей в одиночку, пока не помрешь...
Земля — единственное, что имеет ценность. Единственное, что вечно. Ради неё стоит бороться. Ради неё стоит даже умереть.
На моей Земле видно так повелось,

Всё не слава Богу, всё не так как у всех,

То ночами маемся, то засветло пьём,

Стороной взглянуть, и смех, и грех.
Любая мебель отрывает нас от земли — неважно, табуретка это или трон. Ковер — это слиянность с землей, полное и непосредственное соприкосновение с ней. И, наверное, ни одна из форм искусства так не связана с почвой, с природой, как ковер.
А что, если бедняга Пизанская башня, в сущности, правильно стояла, а это наша земля со всеми нашими земными делами под ней скособочилась?
Кто-то сказал, что астрономия прививает смирение и воспитывает характер. Наверное, нет лучшего доказательства глупости человеческого тщеславия, чем этот далёкий образ нашего крошечного мира. Для меня, он подчёркивает нашу обязанность быть добрее друг с другом, беречь и лелеять бледно-голубую точку — единственный дом, который мы когда-либо знали.
Вьется пыльная дорога

По равнинам, по холмам, —

Там, где день объят тревогой,

Там, где вечер предан снам...

То змеится темным лесом,

В гулкой, дремлющей тиши, —

То под каменным навесом

В горной сумрачной тиши...

То, на волю вырываясь,

Где безбрежна ширь земли,

Убегает, извиваясь,

Всюду серая, в пыли...
Философия природы не должна быть слишком земной, для нее Земля – лишь одна из малых планет, вращающаяся вокруг одной из малых звезд Млечного Пути. Нелепо понуждать философию природы к выводам, которые ублажали бы крошечных паразитов, населяющих эту незначительную планету.
Эта жестокая земля, дающая рождение всему живому, большому и малому. Какие плоды приносит она? Эта горькая земля.Часы жизни настраивают свои стрелки. Нужно успеть и поторопиться, пока еще есть силы, пока не угасло желание запускать вновь и вновь этот уставший часовой механизм.Жизнь неумолимо быстротечна. Что, если моя жизнь – одуванчик, дрожащий и тонкий. Коснись такого легким дыханием – и нет его больше. И единственным воспоминанием обо мне останется осиротевший стебель, покорно отдавший свои нахохлившиеся цветки ветреному сопернику.

Эта холодная земля, выстилающая твои шаги палыми листьями, отвергнутыми и почерневшими. Ты шагнул в декабрь, будто в бездну.

Рано темнеет небо. Рана темнеет в душе. Кто проведет меня к свету? Или к побережью, чтоб с морем наедине…

Эта бессердечная земля многому учит. Я не знаю, какие испытания ждут меня впереди. Неизвестность не пугает, я научилась укрощать тревоги и страх. Больше всего я боюсь, что однажды рассказать о своем бесстрашии будет некому...

Но я верю, что эта жестокая земля, в конце концов, не может быть настолько чужой и равнодушной. Она не может быть похожей на тебя…
Когда мы сравниваем жизнь человека на земле с той, о которой мы ничего не знаем, она представляется мне стремительным полетом воробья через пиршественный зал в зимний день. После нескольких мгновений тепла он исчезает из виду в том зимнем мире, из которого и прилетел. Так и человек — он задерживается немного на земле, но о том, что было прежде его жизни и что будет после, мы не знаем ничего...
Если Ингвар, по большому счету, видел в подвластных ему землях больших и малых племен нечто вроде огромной чащи, где можно охотиться, то Эльге они казались будущим полем, которое надо расчистить, засеять и ждать урожая.
Очень давно, так давно, что даже трудно себе представить, умерла звезда. Она распалась на мелкие осколки, они рассеялись по Вселенной и через миллиарды лет стали частью деревьев, травы, моря, рыб, птиц. Посмотри на свою руку, в ней тоже частица этой звезды. А в твоих глазах поселились искорки пламени, которое озаряло нашу Галактику, пока не появилось Солнце. А в твоих волосах осели частицы самого Солнца. А твоё сердце... Когда Земля отделилась от Солнца и, остывая, вздохнула, этот вздох не потерялся в пространстве, он стал папоротником, папоротник превратился в угорь, угорь стал алмазом, а теперь этот вздох – в твоём сердце.
Мы постоянно мучаем ее [землю] железом и деревом, огнем и камнем. Мы вкапываемся в нее и сваливаем ее в море. Мы долбим в ней шахты и выволакиваем оттуда ее внутренности, и все ради того, чтобы надеть на чей-то красивый пальчик кольцо с драгоценным камнем.
Земля на редкость провинциальна. Восемьсот городов с восемью миллиардами жителей, все интересы которых касаются только восьмисот городов с восемью миллиардами жителей.
Поля изрытые лежат,

Осиротело, смотрят в небо,

Уже который год подряд,

Дома хозяин не был.

А где-то ждёт его весна,

Птичьи разговоры,

Да увела его война,

За леса, за горы.

Зачем ты сделала, война,

Ржаное поле полем брани?Земля огнём обожжена,

Каждый клочок изранен.

Землю пахали много дней

Танки да снаряды,

И лишь полынь взошла на ней,

С лебедою рядом.

Пропахла порохом земля,

Она забыла запах хлеба,

А ей бы тёплого дождя

И голубого неба.

Да чтобы с дальней стороны

Под свои закаты,

Домой вернулись бы с войны,Русские солдаты.
Невозможно было вообразить, что земля так велика и что ее противоположные концы, несмотря на отдаленность, все же могут как-то сообщаться. Голова кружилась от ощущения исполинских пространств, и почему-то просыпалось чувство гордости за неугомонного человека, который так мал и слаб перед огромностью белого света, но как-то умудряется его пересекать из конца в конец. А главное, зачем-то стремится к этому.
Зробити щось, лишити по собі,

а ми, нічого, – пройдемо, як тіні,

щоб тільки неба очі голубі

цю землю завжди бачили в цвітінні.

Щоб ці ліси не вимерли, як тур,

щоб ці слова не вичахли, як руди.

Чтоб след оставить, без него нельзя,

Мы ж ничего — проходим, словно тени.

Чтоб только неба синие глаза

Всегда бы землю видели в цветеньи.

Чтобы леса не вымерли, как тур,

Слова не оскудели, словно руды.