Цитаты про возраст

Я не говорю, что я старый, но просто природа берёт своё. Имеется в виду именно природа. Внутри. Внешне ещё можно как-то сопротивляться, как-то молодиться, круто одеться, сходить в солярий, заструячить на какую-то выставку. Стоять там перед картиной и умничать: «А-а, как глубоко... Интересно! Вау! План эвакуации при пожаре. Типа всегда есть выход».
Удивительно, но я себя 39-летнего никогда и ни за что не променял бы на себя 23-летнего, к примеру. Мне офигенно нравится быть здесь и сейчас. Что бы я изменил в 23, «если бы»? Да все. Но не понимаю иногда этих соплей «эх, вот мне бы...» Нет вчера, нет завтра, живи сегодня.
Женщины становятся радикальнее с возрастом. Однажды армия седовласых женщин тихо завоюет планету.
Некоторых раздражает наша разница в возрасте. Они думают — «что эта 96-летняя делает рядом с парнем, который в 4 раза старше ее?» А вы знаете, мне наплевать. Даже говорят, что меня потянуло на молоденьких... Да какая разница! Я решил укусить ее, и теперь мы будем вместе навсегда.
А это, конечно, пани Моника. Недавно пан Профессор ей сказал, что она женщина бальзаковского возраста. И теперь она срочно пытается выяснить, сколько же лет этому Бальзаку.
А что, если я пережил бы всех кого знаю, кого так люблю?

И меня бы держала Земля на себе, нестареющим попросту?

В человеческом сроке увидел бы самый надежный уют

И молил бы, чтоб мне подарили эту волшебную магию возраста.
Черт, мне двадцать. И это больше не смешно.
А факт безжалостен и жуток, как наведенный арбалет: приплыли, через трое суток мне стукнет ровно двадцать лет.

И это нехреновый возраст – такой, что Господи прости. Вы извините за нервозность – но я в истерике почти. Сейчас пойдут плясать вприсядку и петь, бокалами звеня: но жизнь у третьего десятка отнюдь не радует меня.
Настоящий мужчина — это мужчина, который точно помнит день рождения женщины и никогда не знает, сколько ей лет. Мужчина, который не помнит дня рождения женщины, но точно знает, сколько ей лет, — это её муж.
Когда тебе тринадцать, ты хочешь свободно пить пиво. А когда тебе тридцать, ты мечтаешь, чтобы бармен спросил у тебя паспорт.
Жизнь – игра в одни ворота. Но тебе же всего двадцать семь, может, еще повезет как-то.
Известность очень опасна, потому что незаметно извращает твои мечты. Она меняет всех, но в тридцать пять сопротивляться этим переменам все же проще, чем в семнадцать.
Мне только исполнилось 18. И мне кажется, я понял... что люди значат друг для друга.
Мы не становимся мудрее с возрастом, Эбигейл. Но учимся избегать или, наоборот, сеять вокруг себя хаос — в зависимости от того, что желаем.
Мне было уже лет девять или что-то в этом роде, а в таком возрасте все люди уже думают — кроме, наверное, счастливых.
Вероятно, я старею, — подумал он, — или мамочка все же права: я так одинок, что секс перестал доставлять мне удовольствие.
—  Не знаю. Ты иногда кажешься совсем мальчишкой, чуть не моложе меня, а иногда — в самом деле серьёзный взрослый мужчина,  — честно призналась она.

—  Знаю за собой такое.  — Я засмеялся в ответ.  — Это результат конфликта характера и жизненного опыта. Первый категорически против серьёзности, второй не даёт совершать желаемое количество глупостей.
— Тебе сорок? Тебя не берут на работу? Говори, что тебе двадцать шесть!

— Ты рехнулась? Никто не поверит!

— Люди верят тому, что им говорят. Что «Отчаянные домохозяйки» — настоящие, что от лосьона из рекламы их задница станет меньше, поверят и в это.
... самые интересные лица бывают у женщин средних лет. Ещё можно разглядеть вчерашнюю девочку, и уже видно завтрашнюю старуху.
— Я заметил, что в этой машине спинки не откидываются. Тебе не трудно здесь... целоваться?

— Гектор! Сколько тебе лет?

— Мне... ну-у... двенадцать.

— Нет, тебе восемь. Но ты станешь мерзким стариком.

— Ладно-ладно, не буду.
— Посмотри на себя — у тебя отличная фигура, шикарные волосы, ноги, и люди видят это, когда смотрят на тебя, а не цифру.

— В баре было темно, он был пьян.

— Ты всегда молодо выглядела, у тебя просили документы до тридцати.

— И все равно муж ушел от меня к той, что помоложе, разве не забавно?
…все, что мы умеем, это играть в карты, сквернословить и воевать. Не очень много для двадцати — слишком много для двадцати лет.
— Нет ничего настоящего, если все основано на лжи. Ничего.

— Джош, я — это я. Просто чуть старше, чем ты думал.

— Дело не в возрасте, а в том, что это ложь. Не понимаю, как ты могла лгать мне так долго?
— Мне нельзя отвлекаться, сегодня работа. Для меня это хорошая возможность.

— Правда? А что за книга?

— Называется «Новые трюки» — о сексуальном пробуждении женщины после сорока.

— Значит, тебе сорок, ты притворяешься, что тебе двадцать шесть и ты пишешь от имени сорокалетней?
— Вы и так самый пожилой президент в истории страны. Некоторые ваши сотрудники рассказывали, что после встречи с мистером Мондейлом вы очень устали. <...> Вы можете с полной уверенностью заявить, что сможете работать в таких условиях?

— Я отказываюсь считать вопрос возраста центральным для этой кампании. Поэтому я обязуюсь никогда в политических целях не акцентировать внимание на молодости и неопытности моего соперника.

— You already are the oldest President in history. And some of your staff say you were tired after your most recent encounter with Mr. Mondale… <...> Is there any doubt in your mind that you would be able to function in such circumstances?

— I want you to know that also I will not make age an issue of this campaign. I am not going to exploit, for political purposes, my opponent's youth and inexperience.
Человек молод или стар в зависимости от того, каким он себя ощущает.
— Просто тетя Сара пьёт.

— Майкл тоже выпивал.

— Майклу было 21 год. В этом возрасте пьянство кажется чем-то новым... и все так делают. А тетя Сара пьет потому, что хочет, чтоб ей было 21 год.

— Тебе 21.
Мужчинам, которые уже полысели, не следовало бы драться. Им следовало бы философствовать.
Я не женщина, но при упоминании о летах грущу. Когда-то мой сын на похоронах моего отца сказал: «Я теперь понял, что такое смерть. Вот яблоко упало, сгнило, а потом на этом месте новое яблоко прорастет». Так неужели я не прорасту где-нибудь когда-нибудь?
Паспорт человека — это его несчастье, ибо человеку всегда должно быть восемнадцать, а паспорт лишь напоминает, что ты можешь жить, как восемнадцатилетняя.
Возраст не приносит мудрости. Часто он просто преобразует простую глупость в напыщенный самообман.
... Мой возраст зависит от того, какой сегодня день, и от людей, с которыми я говорю.
В двадцать лет женщина холодна, в тридцать – тепла, а в сорок – горяча.
Женщина на семь лет моложе, чем утверждают её подруги, и на пять лет старше, чем дают ей мужчины.
Годам к пяти все уже сформировано: умение любить и ненавидеть, любопытство и стремление познавать окружающий мир. Темперамент, характер — все заложено изначально.
Ты выходишь на сцену в надежде выдвинуться, наступая на всех, кто станет на твоем пути! Когда вокруг никого не останется — тебя сделают примой! Я тоже стала примой не сразу. Но кто-то помоложе и понастырнее всегда оказывается у тебя за спиной.
— Cколько тебе лет?

— Уже можно.

— Что можно?

— Приставать к тебе!
— Сколько тебе лет?

— 25.

— А мне сколько?

— А Вам всегда будет 18!
Мы недостаточно взрослые, чтобы купить себе пиво – чему мы можем научить мир?
— Джеймс, насколько старой я выгляжу?

— Я не знаю.

— Это неправильный ответ.

— Тогда, какой ответ правильный?

— Понимаешь, есть правило. Ты должен усвоить его и тогда найдешь достойную женщину. Когда женщина задает вопрос насколько старой она выглядит — подумай о том, что она хочет услышать в ответ, и потом назови этот возраст. Это и будет правильный ответ.

— Ты выглядишь на двадцать пять.

— Ты правда так считаешь?

— Ага.
В 20 лет ваше лицо дает вам природа, в 30 его лепит жизнь, но в 50 вы должны заслужить его сами… Ничто так не старит, как стремление молодиться. После 50 никто уже не молод. Но я знаю 50-летних, которые более привлекательны, чем три четверти плохо ухоженных молодых женщин.
— Сколько тебе лет?

— Сорок.

— По тебе не скажешь…

— Я знаю.

— А мне двадцать пять.

— По тебе тоже не скажешь.

— Конечно.

— Я думал, двадцать шесть.
Если мужчине за 30 и он холост, то тут уже что-то не так. По Дарвину это естественный отбор: чтобы они не размножались.