Цитаты про вопросы

Раньше я не понимал, почему не получаю ответа на свой вопрос, сегодня не понимаю, как мог я думать, что можно спрашивать. Но я ведь и не думал, я только спрашивал.
По утверждению римского историка Иосифа Флавия Александр Македонский, захвативший в 332 году до н. э. Иерусалим, крайне снисходительно отнёсся к жителям покорённого им города, хотя они и были союзниками его заклятого врага персидского царя Дария. Причину этого средневековые еврейские комментаторы усматривали в том, что Александр Македонский был поражён мудростью старцев Второго Иерусалимского Храма, давших ответы на главные жизненные вопросы, интересовавшие величайшего полководца всех времён и народов.

Первым вопросом, с которым обратился Македонский к мудрецам, был: «Кто же Мудрый на свете?»

И ответили мудрецы: «Мудрый тот, кто умеет правильно задавать вопросы и учиться на примере каждого, с кем сводит его судьба».

Вторым вопросом был: «Кто же Сильный на свете?»

И ответили мудрецы Александру Македонскому: «Силён тот, кто может побороть собственные слабости [буквально – собственные инстинкты].»

Третьим вопросом был: «Кто же тогда Герой на свете?»

И ответили мудрецы: «Герой тот, кто может превратить своего врага в своего друга [буквально – ненавидящего его в любящего его]».

Следующим вопросом был: «Кто же Уважаем на свете?»

И ответили мудрецы: «Уважаем тот, кто уважает самого себя».

Пятым вопросом был: «Кто же тогда Богат на свете?»

И ответили мудрецы Второго Храма: «Богат тот, кто умеет радоваться всему тому, что он имеет».

Последним вопросом Македонского был: «Кто же тогда Счастлив на свете?»

И ответили мудрецы: «Счастлив муж, нашедший красивую жену, прекрасную в своих поступках».

Поражённый мудростью иерусалимских старцев, Александр Македонский не только не отдал Иерусалим на разграбление своим воинам, но и сам поднялся на Храмовую гору, где вознёс молитвы вместе с мудрецами Второго Храма.
— Есть три вопроса, при которых сомнение — уже ответ: «Можно тебя поцеловать?», «Ты выйдешь за меня замуж?», «Мы заведем ребенка?».

— То есть в этих трех случаях сомнение означает «Нет»?

— Всегда.
— Где я?

— Вы хотите знать это?

— Не хотел бы — не спрашивал.
— Это не ответ.

— Нет, это ответ. Просто это не то, что вы хотите услышать.
Do you really want?

Do you really want me?

Do you really want me dead or alive to live a lie?

Ты на самом деле хочешь?

Тебе на самом деле нужен я?

Тебе на самом деле нужен я живым или мёртвым, чтоб жить обманом?
Райко всего лишь человек. Если ты хочешь у него что-то узнать, просто спроси.
Рауль, друг мой, никогда не задавайте лишних вопросов. И никогда не отвечайте на них. Поверьте аббату, который больше мушкетер, и мушкетеру, который больше аббат.
— Is that rhetorical?

— No, it just seems that way because you can’t think of an answer.

— Вопрос риторический?

— Нет, но он таким кажется, потому что у тебя нет ответа.
Правильно поставленный вопрос включает в себя половину ответа.
Я такой человек, что если задать мне вопрос, на который я не знаю ответа, я отвечу, что не знаю. Но, поверьте, я знаю, как его найти, этот ответ, и я его найду. Разве это не главное?
Скажи, а что такое любовь?

Когда ты готов отдать за нее жизнь — вот это вот любовь?

Когда, чтобы увидеть ее улыбку, ты покупаешь огромный букет и приезжаешь к ней всего на 5 минут, чтобы она улыбнулась — вот это вот любовь?

Когда ты просто забиваешь на прошлое — пусть там было много не сладкого — живешь завтрашним днем, живешь для нее... в один день удаляешь номера всех телок и на каждый звонок отвечаешь, что у тебя девушка — пусть обижаются — ты становишься равнодушным ко всем, ко всем, кроме нее... — вот это вот любовь?
Жизнь состоит из одних вопросов. А так хочется, чтобы она состояла из одних ответов.
— Для чего нужно детство?

— Почему ты спрашиваешь?

— А почему взрослые вечно отвечают вопросом на вопрос, когда не знают, что ответить?
Да не о том думай, что спросили, а о том — для чего? Догадаешься — для чего, тогда и поймёшь, как надо ответить.
Вы можете спросить меня: «Откуда мне знать, что прекрасно, а что уродливо, и каким образом действовать?», и я скажу: на этот вопрос вы должны ответить сами.
Ну, скажи, у кого из честных граждан может быть миллион долларов, если это не мы с тобой?
Когда встречаются два инженера, один говорит другому: «Я могу осветить площадь 50 квадратных футов с помощью этой крошечной светящейся точки». Другой не воскликнет: «Это невозможно!». Так они не разговаривают. Он спросит: «Какой тут источник энергии? Какое потребуется напряжение? За счёт чего точка светится?». Они задают вопросы. Обычный человек скажет «Чего!? В жизни такому не бывать!». Такой подход бытует ещё с давних пор. Это язык войн, ненависти, слепой веры, предрассудков – неспособность задавать вопросы.
Ask me no questions, and I'll tell you no lies.

Не задавай мне вопросов, и я ни в чем не солгу тебе.
Хочется задать им всем там, наверху, один вопрос:

— Жить-то когда будете, а?
Когда ты уйдёшь, сохраняя усталость,

Вопросов любви для себя не решив,

Я всё же пойму, почему мы расстались,

Ведь трудно принять, никого не забыв.
Получив в Олимпии нужный оракул от Зевса, он [Агесилай] по приказу эфоров должен был обратиться с тем же вопросом и к пифийскому оракулу; и он послал в Дельфы спросить так: «Подтверждает ли Феб [т. е. Аполлон] слова отца своего?»
Спрашивать, когда ты уже знаешь, — это вежливость. Спрашивать, когда ты не знаешь, — это правило.
— Cпроси у меня: какой глубины океан?

— Зачем?

— Затем, что я знаю ответ.

— И какой он глубины?

— Я тебе не скажу.

— Все, моя жизнь сломана.
– Можно спросить? – вмешался Ричард.

– Нет, конечно, – отозвался маркиз. – Значит так. Никаких вопросов, ответов ты все равно не получишь. Не отставай от меня ни на шаг. И даже не пытайся понять, что происходит. Ясно?

– Но…

– И самое главное: никаких «но». А теперь в путь. Прекрасная дама в опасности, – заявил Карабас. – Нельзя терять ни минуты. Вперед!
— Отопительный прибор?

— Радиатор!

— Тут 5 букв!

— Радтр...
Чтобы возникли вопросы, нужно хоть что-нибудь знать.
Юноша с девушкой сидят на лавочке. Юноша очень стеснительный. Девушке хочется, чтобы он её поцеловал, и она говорит:

— Ой, у меня щёчка болит.

Юноша целует её в щёчку:

— Ну как, теперь болит?

— Нет, не болит.

Через некоторое время:

— Ой, у меня шейка болит.

Он её чмок в шейку:

— Ну как, болит?

— Нет, не болит.

Рядом сидит Раневская и спрашивает:

— Молодой человек, вы от геморроя не лечите?!
— Что мне делать?

— Если мужчина задаёт такой вопрос, он вообще не мужчина...
— Ты хочешь меня спросить о чем-то?

— Пока нет... Но когда я задам тебе свои вопросы, мне нужны будут ответы. Настоящие, честные ответы.