Цитаты про сытость

Какая между нами связь? Каких бы высот ни достигал мой дух, готовясь к Деянию, вечно заброшенный и одинокий желудок все равно потребует своего. Собственные внутренности казались мне облезлым, прожорливым псом, не желающим слушаться хозяина. О, как отчетливо я осознавал: душа может сколько угодно стремиться к возвышенному, но эти тупые и скучные органы, которыми набито мое тело, будут стоять на своем и мечтать о пошлом и обыденном.

... Душа могла грезить о неземной красоте алмазов, но брюхо упрямо требовало теста.
Белые в клетках — сытые взгляды,Братья по крови, но не по духу.

Спят и едят, отупели и рады,

Жирные туши с испорченным нюхом.

Я принимаю изменчивость мира:

Главное — выжить, мне не до жира.
Я всегда презирал людей, которые слишком заботятся о том, чтобы быть сытыми.
— А ты чего жаждешь, Дин?

— Что?

— Ну, медленно, но верно все в этом городе становятся жертвой Голода, только на тебя он до сих пор не подействовал.

— Когда я хочу пить, я пью. Если хочу секса, я иду и беру. Захочу — получу бутерброд или драку.

— Значит... ты просто уравновешенный?

— Боже, нет. Я просто сыт.
Сытость в острой форме внезапно овладевает даже достойными людьми. Человек честным путем заработал много денег. И вдруг у него появляется зловещий симптом: особый, беспокойный, голодный взгляд обеспеченного человека. Тут ему и конец. Отныне он бесплоден, слеп и жесток.
Для сытого и жирное жаркое

На пиршестве равно листку порея.

Не ждет голодный курицы, — хоть репу

Вареную подай ему скорее.
Будущее может быть счастливым не потому, что оно станет сытым, а потому, что будет без страха.
После обильного ужина стало клонить в сон. Как говорит одна моя знакомая: покушал, животик увеличился, кожа натянулась, вот веки и опускаются. Всё ж логично!
Если бы мне дали задачу определить в двух словах, что такое культура, не та культура, которая высшее образование и аспирантура, ибо и образованный человек может оказаться хамом, а та культура, которой бывает наделён и неграмотный человек, я бы определил её как способность к уважению. Способность уважения к другому, способность уважения к тому, чего не знаешь, способность уважения к хлебу, земле, природе, истории и культуре — следовательно, способность к самоуважению, к достоинству. И поскольку я не был бы удовлетворён этой формулировкой, мне бы показалось, что она неполна, я бы ещё добавил: способность не нажираться. Обжирается и пресыщается всегда нищий, всегда раб, независимо от внешнего своего достояния. Обжирается пируя, обжирается любя, обжирается дружа… Выбрасывает хлеб, прогоняет женщину, отталкивает друга… Грязь. Пачкотня. Короткое дыхание, одышка… Такому положено ничего не иметь — голодать, только голодный он ещё сохраняет человеческий облик и способен к сочувствию и пониманию.
О делах Божиих не должно рассуждать по насыщении чрева: ибо в наполненном чреве нет видения таин Божиих.
Молись — пока не устанешь, ешь — пока не насытишься, спи — пока утро не наступит.
Считает сытый наглецом голодного, что хлеба просит, -

Здоровый, он чужой недуг легко, как видно переносит!
Голод можно вылечить куском хлеба, а кусок хлеба, слава богу, с нашим здоровьем выработаем. Болезни от сытости не так скоро лечатся.
Тем не менее, как ни приятна сытость, но и она имеет свои существенные неудобства. Она отяжеляет человека, сообщает его действиям сонливость, его мышлению — вялость. Чересчур сытый человек требует от жизни только одного: чтоб она как можно меньше затрудняла его, как можно меньше ставила на его пути преград и поводов для пытливости и борьбы. Самые наслаждения в глазах сытого человека приобретают ценность лишь в том случае, когда они достигаются легко, приплывают к нему, так сказать, сами собой. Мы, русские сытые люди, круглый год питающиеся блинами, пирогами и калачами, кое-что знаем о том духовном остолбенении, при котором единственную лучезарную точку в жизни человека представляет сон, с целою свитой свистов, носовых заверток, утробных сновидений и кошмаров. Оттого-то, быть может, у нас и нет тех форм обеспеченности, которые представляет общественно-политический строй на Западе. Но зато есть блины.
— ... и перца поменьше.

— Ты же помирать собрался.

— Поем и умру, не помирать же голодным.
... Настоящий творец должен быть голодным, тогда он может создать шедевр. Сытые шедевров не создают. Для того чтобы хорошо думать, нужно быть несчастливым, а счастливые не думают, они просто живут.
Как хорошо себя чувствуешь, когда желудок полон. Какое при этом ощущаешь довольство самим собой и всем на свете! Чистая совесть – по крайней мере так рассказывали мне те, кому случалось испытать, что это такое, – дает ощущение удовлетворенности и счастья. Но полный желудок позволяет достичь той же цели с большей легкостью и меньшими издержками. После обильного принятия сытной и удобоваримой пищи чувствуешь в себе столько благородства и доброты, столько всепрощения и любви к ближнему!
Богатыми все быть не могут, да и ни к чему это, но сыты должны быть все.
Как известно, сытые мужчины совсем не то, что голодные. Практически другие существа. Добрее – наверняка.
Всё дело в том, что голодному нечего терять, а у сытого слишком много дел на этом свете, и он вовсе не торопится на тот.
Музыканта портит сытость. Это не когда ты много зарабатываешь, а когда просыпаешься и кажется, что все, что хотел, ты уже сделал. По моему мнению, The Beatles сломали стереотипное представление будто художник должен быть голодным. Свои главные шедевры они записали начиная с альбома «Ruber Soul», когда уже были везде востребованы и обеспечены.