старость — цитаты, высказывания и афоризмы

So please, please, let me grow old with you,

After everything we've been through, what's left to prove?

So please, please, please, oh please let me grow old with you.

Прошу же, прошу, позволь мне встретить старость рядом с тобой,

После всего, через что мы прошли, что еще нужно доказывать?

Прошу же, о, прошу, позволь мне встретить старость рядом с тобой.
Как стыдно стариться -

Не знаю почему,

Ведь я зарока не давала

Не уходить в ночную тьму,

Не ускользать во мрак подвала,

Себе сединами светя,

Я и себе не обещала,

Что буду вечное дитя.

Но всё ж неловко мне невольно,

Всем увяданье очевидно.

Я знаю — почему так больно,

Но почему так стыдно, стыдно?
Унитаз — один из опаснейших врагов пенсионеров. Старики чувствуют, что им необходимо справить нужду, резко встают с кресла или дивана и направляются в уборную, где их и поджидает сюрприз. Головокружение сбивает с ног, и ослабленный организм теряет равновесие, пытаясь напоследок пробить височной долей такой крепкий и белоснежный унитаз.
Ах, друг мой, молодость тебе нужна,

Когда ты падаешь в бою, слабея;

Когда спасти не может седина

И вешаются девочки на шею;

Когда на состязанье беговом

Ты должен первым добежать до цели;

Когда на шумном пире молодом

Ты ночь проводишь в танцах и веселье

Но руку в струны лиры запустить,

С которой неразлучен ты все время,

И не утратить изложенья нить

В тобой самим свободно взятой теме,

Как раз тут в пользу зрелые лета,

А изреченье, будто старец хилый

К концу впадает в детство, – клевета,

Но все мы дети до самой могилы.
Старость помогает забыть человеку то, о чем ему лучше не вспоминать.
Он просидел в тюрьме почти двадцать лет. Капоне уже старик. Если он вышел, то максимум, что он сделает, это предложит мне бег наперегонки до ближайшей скамейки в парке.
... Старикам позволено быть бестактными. Иначе откуда бы взяться веселью в старости?
Чтобы старость не стала нелепой пародией на нашу жизнь, существует только одно средство — преследовать цели, которые придают смысл нашему существованию.
Я предпочитаю погибнуть в битве за Нарнию, чем вырасти и стать старой и глупой, и чтоб меня возили в кресле на колесиках, и чтоб потом я все равно умерла...
— Знаешь, мальчик, я действительно долгое время полагал, будто вижу людей насквозь. Мне очень нравилось думать, что так оно и есть... Старость-отвратительная штука, но одно несомненное преимущество у неё всё-таки имеется. Она избавляет от иллюзий. От любых иллюзий, в том числе и насчет собственной исключительности. Не такой уж я мудрец, как принято полагать. Я действительно всегда был довольно прозорлив и весьма хитер, но это не значит, что я способен видеть людей насквозь. На это никто не способен. Можно прочитать чужие мысли-невелика наука! Можно с уверенностью предсказать действия любого живого человека, порой мне кажется, что нет ничего проще. Но узнать, что на самом деле стоит перед тобой, — невозможно! Ты понимаешь, о чем я?

— Не знаю,-честно сказал я. — Скорее всё-таки нет.

— Что ж, значит, у тебя есть шанс понять,-оптимистически заявил Нуфлин. — Видишь ли, мальчик, каждый из нас живет в окружении загадочных существ-других людей.
Болезнь — понятие относительное, для меня, во всяком случае. Я её воспринимаю как следствие общего процесса увядания.
— Я уже не ребёнок.

— Нет, ребёнок! Сколько тебе лет, кстати?

— Восемнадцать. Через месяц будет девятнадцать.

— Девятнадцать? Да как тебе не стыдно? — возмутилась бабушка.

— А что я такого сказала?

— Если уж ты не ребёнок, что тогда про меня говорить?
Мне всегда интересно, как выглядели старые люди в молодости и мне становится грустно. Потому что всё исчезло, это очень жестоко. Но, если хорошенько сосредоточиться, можно представить знакомых стариков молодыми. Правда это очень тяжело. Потому что я вижу только то, что они старые, больные и уродливые, и их жизнь окончена.
Похоже, что у старых людей впереди больше времени, чем у детей, перед которыми лежит вся жизнь.
Пятьдесят лет ещё совсем не старость.
В течение всей своей жизни мы коллекционируем людей, чтобы в старости вспоминать о них и рушить, нет, просто громить миф о том, что слёзы когда-нибудь заканчиваются!
— Они с Жане и твоим дедом поехали на берег.

— Им туда не добраться, если за рулем дед.

— Не надо так говорить, Хави.

— Он же совсем дряхлый.

— Конечно, он же старый. Это естественно.

— Лезет в чужие дела, торчит дома целыми днями, кому он нужен?

— Когда-нибудь, быть может через много лет, но настанет день и ты так пожалеешь о том, что сейчас сказал, что возненавидишь себя.
— О! Так ты до старости дожить хочешь? — Шурик ткнул пальцем в едва переставлявшего ноги старика, который тащил почти пустую авоську с продуктами. — Хочешь таким стать? Да не отворачивайся ты, смотри…

— Я просто жить хочу. Просто жить. Не выживать.
Конечно, папа сделал в жизни много хорошего, но теперь он состарился, а старые люди абсолютно бесполезны.
Стареть — значит переходить от чувств к сочувствию.
Все хотят дожить до старости, а когда доживут, её же винят.
Нельзя, чтобы в старости человек оставался один. Однако это неизбежно.
Старики — народ опасный, им все равно, что будет дальше.
Возраст не защищает вас от любви, но любовь защищает вас от возраста.
Ибо только молодые видят жизнь впереди, и только совсем старые видят жизнь позади; остальные, те, что между ними, так заняты жизнью, что не видят ничего.
Вот моё главное желание: старые должны жить в покое, друзья должны быть правдивыми, младшие должны проявлять заботу о старших.
Старость не высмеивай — ведь ты идёшь к ней.