Цитаты про смерть

Noi che sappiamo dove siamo nati

Ma non sapremo mai dove si muore.

Мы, которые знаем, где родились,

Но не узнаем никогда, где умрем.
Взявшись за руки, мы бы с тобой бросились вниз с Эйфелевой башни. Тогда мы были хороши. Теперь слишком поздно. Нас даже не пустили бы наверх.
— Тереза! — вырвался из груди Томаса дикий крик, заглушивший весь остальной шум.

Он пополз к ней. Лицо девушки было залито кровью, торчащая из-под камня рука, по-видимому, была сломана.

Он снова позвал её по имени. Мысленно он видел окровавленного, падающего замертво Чака и безумные глаза Ньюта. А теперь вот Тереза. Все трое были его близкими друзьями. И всех троих ПОРОК забрал у него.

— Прости меня! — прошептал он, зная, что она всё равно его не слышит. — Прости меня...

Губы девушки шевельнулись, и он склонился поближе, чтобы разобрать её слова.

— И ты меня... — выдохнула она. — Я всегда... тебя...

И в этот момент кто-то рванул Томаса прочь, попытался поднять на ноги. У него не было сил сопротивляться. Тереза погибла.
Смерть сродни сексу в старших классах – если б вы знали, сколько раз она вас миновала, то обалдели бы.
Всё живое непременно погибнет. Поэтому люди так стремятся что-то оставить после себя.
Выбирать, как умереть — неотъемлемое право каждого.
— Все думают о том, что будет после смерти.

— Я слишком занят, чтобы думать, кто загонит мою машину в гараж, когда я умру.

— Я думаю, что мы перевоплощаемся.

— Хороший вариант. И в кого же перевоплотишься ты?

— В кого-то более умного. Я говорю серьёзно. Ты веришь в рай?

— Да.

— Правда? И на что же он по-твоему похож?

— Огромная кровать и надпись «Заходи»!
People fear death even more than pain. It's strange that they fear death. Life hurts a lot more than death. At the point of death, the pain is over.

Люди боятся смерти намного больше, чем боли. Это странно, что они боятся смерти. Жизнь приносит намного больше боли, чем смерть. После смерти же уже не больно.
Жизнь неразрывно связана со смертью. Со временем приходит конец всем материальным вещам, и конец этого в свою очередь становится началом нового.
Если душа существует, неверно было бы думать, что она дается нам уже сотворённой. Она творится на земле, в течение всей жизни. Сама жизнь — не что иное, как эти долгие и мучительные роды. Когда сотворение души, которым человек обязан себе и страданию, завершается, приходит смерть.
— Ты не боишься?

— Нет. Жить страшней, чем умирать.
Если ты произносишь здесь слово «смерть», никто этого не слышит. Можешь быть уверен, оно улетает в какую-то дыру, потому что они сразу начинают говорить о другом.
Обо мне никто не беспокоится — ничего не изменится, если меня не станет.
— Сколько мне осталось? Год? Два?

— Точно сказать нельзя, но не годы... Это может случиться в любой момент. Но не позже, чем через пару недель.

— Мне придётся ждать так долго?
Сейчас в моей голове лишь: «Любовь. Она убьёт меня, она убьёт меня, она убьёт меня. Ну и пусть».
Но у меня есть тайна. Вы можете построить стены до небес — я найду способ перелететь их. Вы можете пригвоздить меня к земле сотнями тысяч рук — я найду способ высвободиться. И нас там, на воле, много — больше, чем вы думаете. Людей, которые продолжают верить. Людей, которые отказываются спуститься на землю. Людей, которые живут и любят в мире, где нет стен. Людей, которые любят, даже если нет надежды, любят до ненависти, до смерти — и без страха.
— Знаешь что, Перри... — Голос Джули дрожит от боли. — Рано или поздно все умирает. Люди, города, цивилизации. Это же не секрет. Ничто не вечно. Ну и что, по-твоему? Живое или мертвое, здесь или нет — это весь наш выбор? Тогда в чем вообще смысл? — Она поднимает глаза на летящие сверху листья и ловит один — огненный, кленовый. — Мама говорила, для того нам и нужна память. И ее противоположностьнадежда. Чтобы смысл имело и то, что мы потеряли. Чтобы взять прошлое и построить из него будущее. — Она вертит лист перед лицом. — Мама говорила, у жизни есть смысл, только если воспринимать время так же, как Бог. Прошлое, настоящее и будущее одновременно.
Смерть перестаёт быть чем-то страшным, когда становится нормой жизни.
— Ты никогда не мечтал увидеть место авиакатастрофы?

— Я видел. На военной службе. Двое ребят. То, что от них осталось, можно было намазывать на хлеб. Мне этого достаточно, это ты здесь новичок.
Я чувствовал себя как вампир с крестом на шее.
В забавах света вам смешны

Тревоги дикие войны;

Свой ум вы не привыкли мучить

Тяжелой думой о конце;

На вашем молодом лице

Следов заботы и печали

Не отыскать, и вы едва ли

Вблизи когда-нибудь видали,

Как умирают. Дай вам Бог

И не видать: иных тревог

Довольно есть.
А смерть писала мне кровавые валентинки.
Ученики были подавлены. Они узнали, что Мастер скоро умрет.

Но Мастер произнес с улыбкой:

— Разве вы не знаете, что смерть придает жизни особую прелесть?

— Нет. Мы бы хотели, чтобы ты никогда не умирал.

— Все истинно живое должно умереть. Посмотрите на цветы: никогда не умирают только искусственные.
Итак, все мы стояли и смотрели, как бедный Дмитрий истекает кровью. Тягостное зрелище, зато тест оказался превосходным.
Увольнение людей вызывает приятные чувства, но это не идет ни в какое сравнение с убийством.
Мы приходим в этот мир ни с чем и ни с чем из него уходим. Но это не значит, что мы не оставляем кучу проблем, когда умираем.
— Всегда кто-нибудь умирает первым. Так всегда бывает в жизни. Но нам еще до этого далеко.

— Нужно, чтобы умирали только одинокие. Или когда ненавидят друг друга. Но не тогда, когда любят. <...>

— Если бы мы с тобой создавали этот мир, он выглядел бы лучше, не правда ли? <...>

— Жизнь так плохо устроена, что она не может на этом закончиться...
Death is fleeting... Love lasts forever.

Смерть мимолетна... Любовь длится вечно.
— Эти все эмоции выматывают, сахар придаст энергии.

— Моя мама мертва!

— Шоколад и горе — хорошая комбинация. Тебе стоит попробовать. Вкус станет... Глубже. Крепче. Это будет со всеми твоими чувствами некоторое время. Ты почувствуешь себя более живой. Наверное, стоит придерживаться этого чувства так долго как сможешь. Это дар.
Жизнь — дерьмо, и все мы сдохнем.

Да, и я именно один из таких счастливчиков.
То, что является причиной для жизни, может являться также отличной причиной для смерти.
Смерть — это сюрприз, если, конечно, ты уже не мертв внутри.
Что хуже смерти можешь ты пожелать тому, на кого гневаешься? Так успокойся: он умрет, даже если ты палец о палец не ударишь.
Когда долго лежишь в постели вот так, как я, то поневоле думаешь о том о сём. И многое, на что я раньше не обращала внимания, теперь кажется мне странным. И знаешь, чего мне уж никак не понять? Того, что можно любить друг друга, как мы с тобой, и всё-таки один умирает.
Один мудрец сказал однажды, что на самом деле ничто не умирает по-настоящему, а просто возвращается в другом обличии, затем он умер. Поэтому, когда в следующий раз вам попадется безобидная саламандра, подумайте дважды, прежде чем затоптать её, она может быть вами.
Жизнь и смерть. Энергия и покой. Если я остановилась сегодня, это все же того стоило, и даже ошибки, которые я сделала и которые я бы исправила, если бы могла, боль, что сжигала меня и оставила шрамы в моей душе — это все стоило того, чтобы мне позволили идти туда, куда я шла: к этому аду на земле, к этому раю на земле и обратно, внутрь, под, между, сквозь них, в них и над ними...
Ты никогда не задумывался о том, как унизительна сама по себе смерть? Совершенно посторонние, чужие люди сняли бы с нее одежду, обмыли ее и снова одели – они увидели бы, как истощена и измучена она жизнью, стали бы свидетелями ее полнейшей беззащитности в этом последнем сне. А столпившиеся в коридоре посетители стали бы шептаться между собой о том, какое у них хорошее здоровье, стали бы говорить, что в их семьях никто никогда не болел и они понятия не имеют, что такое чахотка. «Ах, бедняжка маркиза!» – восклицали бы они, а потом принялись бы интересоваться друг у друга, были ли у нее свои деньги, а если были, оставила ли она их своим сыновьям. А старуха, пришедшая, чтобы забрать в стирку испачканное белье, непременно стащила бы одно из колец с руки покойницы.
Он устал и умер. Мог бы и дальше жить, усталый. Предпочёл умереть.
— Я уничтожил любовь всей моей жизни. Как теперь жить с этим?

— Просто дыши, милый. Просто дыши.
Мы курим, вдыхая с этой смертью

Те горькие минуты, те жалкие причины нашей лжи,

Но мы курим, хотим, чтоб было круто,

Умирая по минутам,

Ведь вместе с этим дымом мы не вдыхаем жизнь.