Цитаты про самопожертвования

Мы делаем все, чтобы понравиться другому человеку. Красим волосы, тренируем тела, приобретаем одежду известнейших брендов. Работаем, чтобы у нас были деньги, которые мы вправе спустить на шлюх. Мы в состоянии хвастать нашими доходами, с целью заполучить самую сексапильную самку мира. Те женщины, которые способны выдавить из нас три заветных слова, во время дикого сношения, становятся нашими женами. Ничего не меняется. Только способы получения желаемого.
Высокие чувства, благородные порывы, бесшабашная смелость, отчаянная жертвенность — это всё прекрасно. Но должна быть причина. Настоящая. Иначе все твои светлые устремления — не больше чем глупость.
Я за тебя умру. Посмотри в глаза мне — я не лгу.
— Ты должна жить. Я пожертвую собой ради тебя.

— Нет! Ты же знаешь, я не дам тебе умереть, Алистер!

— Ты так говоришь, как будто можешь сделать выбор за меня.
Дело ясное: для себя, для комфорта своего, даже для спасения себя от смерти, себя не продаст, а для другого вот и продает! Для милого, для обожаемого человека продаст! Вот в чем вся штука-то и состоит: за брата, за мать продаст! Все продаст! О, тут мы, при случае, и нравственное чувство наше придавим; свободу, спокойствие, даже совесть, все, все на толкучий рынок снесем. Пропадай жизнь! Только бы эти возлюбленные существа наши были счастливы. Мало того, свою собственную казуистику выдумаем, у иезуитов научимся и на время, пожалуй, и себя самих успокоим, убедим себя, что так надо, действительно надо для доброй цели.
— Я могу быть забавным, задумчивым, умным, суеверным, смелым, сплясать могу... всё, что тебе угодно... я буду таким, какого ты захочешь.

— Дурачок...

— Я буду таким.
Удивительные вы существа, люди. Иногда готовы перегрызть друг другу глотку за медяк или другую чушь, а иногда решаете прикрыть собой спины товарищей, понимая, что живым выбраться не удастся.
Ради Родины Шуренберг был готов пойти на все. Ключевыми здесь были слова «пойти» и «на». Слова «лечь» и «под» были исключены из лексикона разведчика.
Ты счастье моё, всё тебе отдам,

Ни с чем останусь сам.

Брошу всё к твоим ногам.
— Если бы этот мир был одной нескончаемой тьмой, а этот костёр – единственным светом

— Что тогда?

— Даже если моё тело сгорит в пламени ада, я бы всё равно без оглядки бросился в огонь, как они. А потом, мои крылья сгорели бы, и я упал бы на землю и валялся бы в грязи. И как бы трудно это ни было, наверное, я бы всё ещё мог добраться до огня.

— Брат…

— Ты для меня, как этот костёр для мотыля, Майа.
— Прежде, чем ты совершишь самую большую ошибку в своей жизни, подумай: стоит ли умирать из-за трупа какой-то проститутки?!

— Стоит. И умирать... И убивать... И даже отправиться в ад!..
Прежде чем один из учеников Будды стал монахом, он встретил прекрасную девушку и просто потерял голову от любви к ней. Будда спросил — «Как сильно ты ее любишь?». А он ответил, что превратился бы в каменный мост, и вытерпел бы пятьсот лет под ветром, пятьсот лет жары, пятьсот лет проливных дождей, и лишь просил, чтобы девушка порой ходила по этому мосту.
Свобода? Зачем свобода? Счастие только в том, чтобы любить и желать, думать ее желаниями, ее мыслями, то есть никакой свободы, — вот это счастье!
— Я бы отдал жизнь...

— Ты не просто отдал свою жизнь, ты отдал свой шанс на нормальную жизнь, на любовь.
— Мы здесь для того, чтобы защитить Скотта. Мы стараемся сражаться за него.

— Я уверен, так и есть. Я уверен, вы убьёте за него. Но вы готовы умереть за него?
Хоть она и пуста, твоя жизнь, но ее не выбросишь, как стреляную гильзу! Она еще сгодится для борьбы, когда настанет час, она еще понадобится. Не ради себя самого, и даже не во имя мести – как бы слепо ты ни жаждал ее, – не из эгоизма и даже не из альтруизма – так или иначе, но все равно надо вытаскивать этот мир из крови и грязи, и пусть ты вытащишь его хоть на вершок – все равно важно, что ты непрестанно боролся, просто боролся. И пока ты дышишь, не упускай случая возобновить борьбу.
— Идем со мной, спасайся сам. Ты больше ничего не должен этим людям. Ты и так отдал им все, что мог.

— Нет, не все. Еще нет.
Хватит с меня! Достало смотреть как гибнут люди! Если без смертей не обойтись, пусть это будет не чья-то еще смерть, а моя!
Жертвоприношение — это то, что каждое поколение должно совершить по отношению к своим детям: принести себя в жертву.
Героизм — это добрая воля к абсолютной самопогибели.

Героизм — таково настроение человека, стремящегося к цели, помимо которой он вообще уже не идет в счёт. Героизм — это добрая воля к абсолютной самопогибели.
Лишь те, кто сражаются во имя других, обладают внутренней силой, чтобы преодолеть все невзгоды этого мира.
Люди не всегда могут жить так, как хочется. Приходится жертвовать чем-то ради защиты чего-то более важного.
Тому, кто посвящает свою жизнь другому человеку, неизбежно придётся пролить свою кровь. Тому, кто жертвует собой ради безнадежной любви, придётся лить слёзы.
Ответы на грядущие проблемы человечества можно найти в настоящем при условии, что найдутся желающие пожертвовать собой.
Я с радостью приму на себя любое проклятье, лишь бы спасти свой народ.
Женщина всегда пожертвует собой, если предоставить ей для этого подходящий случай. Это ее любимый способ доставить себе удовольствие.
— Почему?.. Почему твоя сила не уступает моей? У того, кто не способен пожертвовать самим собой, у того, кто даже не может разорвать связи. Я пожертвовал всем: пожертвовал собой, домом, даже товарищами — все ради добычи, все ради тебя. Так почему же? Почему?

— Ты до сих пор не понял этого? Те вещи, которыми ты пожертвовал, были слишком важны. Ты предал своих товарищей? Нет. Ты испугался потери своих товарищей. Ты сражался в одиночку? Нет. Ты не должен был чувствовать одиночество, если ты был с самого начала один. Ты предал самого себя? Нет! Ты просто бежал от боли, которую сам себе причинил, как последний трус.
Есть нечто большее в том, чтобы любить кого-то. Любовь не сводится к тому, чтобы сделать себя счастливым. Ты должна хотеть, чтобы он был счастливее тебя.
Когда люди грешат и распадаются в бесов, единственные, кто способен превращать людей в людей не демоны, селящиеся в головах людей, не Шинигами, забирающие их души, а люди, разрывающие свои души, чтобы спасти их.
Позволь мне выбрать, чтоб спасти тебя. Если это будет последняя вещь, которую я сделаю в своей жизни, позволь мне спасти тебя! Пожалуйста, Крис!
Отдельные особи еще могут жертвовать собой, но целая раса никогда не решится взять и прекратить свое существование.
— Я говорил о Сионе. Он отправился в Исправительное Учреждение, рискуя жизнью, чтобы спасти друга. Он подвергает себя опасности ради других.

— Мы тут называем таких людей «полный идиот».
— Мистраль, докладывай! Твои жизненные показатели падают!

— Я проиграла... Так вот, что они чувствовали...

— Что? Подожди! Нет! Держись!

— Смерть за правое дело... Прости... Он был слишком...

— Мне не нужны извинения! Мне нужна ты — живая!

— Но я знаю... ты никогда не падёшь...

— Что? О чём ты говоришь?

— Je t`aime... de tout mon coeur.

— «Je t`aime»? Мистраль, ты никогда...

— Она не с тобой разговаривает, идиот!

— Ты! Ты убил её! *** твою мать! Убийца!

— Кто бы говорил. Всё кончено, Долзаев. Сдавайся.

— Ха-ха-ха! Ах ты, тупой сукин сын!

— И что это значит?

— Зачем мне сдаваться? Мы именно там, где мне было нужно.

— Дерьмо... Чёрт!

— Построенный на деньги России, чтобы приносить деньги России. Это завод не для абхазцев — это их тюрьма! Но теперь они будут свободны!

— Райден, что происходит?!

— Безумный ублюдок подорвал себя...

— Я вижу. Пора вытаскивать тебя оттуда. Мы посылаем вертолёт. Обезопась место приземления.
Кто-то любит, кто-то плачет. Кто-то, жертвуя собой, страдает. Если уж такова любовь... То лучше её никогда не знать!
Быть пингвином значит жертвовать собой ради других.
Мне хотелось иметь цель, за которую не жалко отдать жизнь...
Я думаю, это часть любви — любящий должен уметь жертвовать ради любимых. Иногда он даже должен отказаться от того, кого любит.
То, что ты отвергаешь того, кого любишь не — великое самопожертвование, ты просто хочешь быть несчастным. Но то, что ты несчастен, не делает тебя лучше других, это просто делает тебя несчастным.
Да пошли вы все. Не позволю называть это самопожертвованием. Да какой дурак стал бы жертвовать собой ради таких, как вы. У меня было твердое убеждение, хоть я и не мог выразить его словами. Убеждение, которое исчезло — стоило разделить его, с кем-то еще.
— Упрямая… Ты что, бросишься спасать человека, если не умеешь плавать?..

— Брошусь… Я палку протяну, ветку нагну, веревку брошу… всегда можно чем-нибудь помочь, всегда!