Цитаты про роды

Вот увидите, у меня родился сын!

(после объявления о рождении дочери) Как?! Еще одна дочь?! Восемь девок! Кто их замуж выдавать будет?! Вернусь в Рим, отбивную сделаю! Научится рожать!
— Что ты делаешь?

— Пытаюсь вытащить из тебя ребенка.

— Стой-стой, кажется, у меня воды отошли!

— Я — хорош!
— Чё нужно делать первым делом, когда жена рожает?

— Ну, я не знаю, отнеси апельсинов.

— Апельсины уже отнёс.

— Тогда всё...
— Кто-нибудь знает что-нибудь про роды?

— Горячие полотенца! Да! Но... у нас их нет.

— Ох, ***ь, ну и помощничек из тебя!
— Но я не умею принимать роды!

— А чего уметь. Просто встань там и лови.
— Да что вы меня выгнали?! Я хотел при родах присутствовать!

— Да Вы радуйтесь, что хоть при зачатии присутствовали.
— Я сильнее тебя, я никогда не жалуюсь.

— Жалуешься, когда рожаешь... А рожаешь ты постоянно!
— Ты как, милая?

— Будто мне ***у на части разрывают!

— Я, конечно, не эксперт, но вроде так и должно быть...
— Кажется, у меня второй лезет! У меня близнецы!

— Ооо, Иисус, Мария, Иосиф!

— Что там?

— У тебя там инопланетянин!

— Вытащи его оттуда!

— Умри! Умри! Умри!

*затаптывает ногами, обрызгивая всех кровью*

— ***анько ты недоделанный! Это ж плацента!

*пауза*

— Ну, с Рождеством всех!
— Когда она выйдет, зажмите ей нос, а я дуну ей в рот, ребенок сам из нее выскочит.
— Туц-туц-туц! Я на месте не сижу. Сейчас пойду и попляшу.

— Эй, танцор-диско, я вообще-то тут рожаю.
— Ананас! Гранат, виноград, нектарин... как же там?

— Она хочет фруктовый коктейль?

— Персик!

— Персик? Роды начались!
Товарищ Спиридонов, тут и Кутузова, и Ленина, и геройскую звезду дают за то, чтоб побольше набить народу. Сколько наколотили и наших, и ихних. Какую же звезду — наверное, кило на два — надо вашей дочке дать, что она в такой каторге жизнь новую принесла.
— А можно при родах присутствовать?

— Конечно, шесть лет в мед. институте, потом интернатура — и вы акушер!
— У неё принимают ребенка, и она попросила меня присутствовать при родах.

— Буэ. Будет много напряжения, крови и стонов...

— Да нет, я просто напьюсь. Вообще, она будет на препаратах, я буду пьяна... Всё будет прямо как в старые добрые времена.
— Питер, почему мы остановились?

— Да, дайте мне три чизбургера…

— Матерь Божья, Питер, она рожает ребенка!

— А, точно… и детский, пожалуйста… и, пожалуй, еще дайте картошки фри… Будет еще кто-нибудь картошку фри? Ну давайте, я не хочу есть ее один… потому что когда я ем один, я чувствую себя толстым.
— Этот старый доктор сказал мне, что во время родов он может определить национальность любой женщины... [Пауза]... Понимаешь, женщины-то кричат во время родов...

— Я думала, что они поют песни.

— Понимаешь, малыш, они ведь кричат на родном языке, на диалекте той местности, где родились. Значит, ты будешь кричать «Мамочка» по-рязански.
— Ой, мама!

— А может, рассосётся всё?

— Мама, ну чего он смешит меня?
Вызвали «Скорую помощь». Она не приехала. И тогда я родился сам.
Моя жена совсем недавно родила и она уже сейчас ходит в какие-то фитнесы, шмитнесы... Соблюдает какие-то диеты. Постоянно спрашивает: «Как я выгляжу? Нормально?» А я думаю: «Мать, успокойся! Из тебя вышел человек! Ты нормально выглядишь для человека, из которого вышел человек». И я в шоке, понимаете, потому что если бы из меня вышел человек, я бы никогда ничего больше не делал. Это было бы моей отговоркой до конца моих дней на любые её претензии.

— Витя, почему не убрано?

— Вышел человек... Пускай он и убирает. Нахрена он тогда выходил?
Я не уверена, что вам стоит быть здесь, когда всё начнётся. Как сказал мой бывший муж: «Это словно смотреть, как горит твой любимый паб». Подумайте!
Я не понимаю, зачем тащить нас, мужчин, на роды. <...> Не надо нас тащить! Я смотрел фильм «Чужой», он мне не нравится, я не хочу! Женщины обычно говорят: «Просто был бы рядом, держал меня за руку...»

Слушайте, ну мы же не тащим вас на свои процедуры почему-то, да? Мы не говорим: «Слушай, ну мне надо будет к проктологу... и пока я буду стоять на локтях с чужим пальцем в жопе, я хочу, чтобы ты была рядом».
— С тобой всё будет хорошо. Женщины тоже нервничают перед родами.

— Я не женщина!

— Ну, беременные люди... нервничают. Все нервничают перед родами!
Единственный период, когда женщины естественным образом сильны физически — это роды. Это прекрасная и сверхчеловеческая сила, которую по несправедливости женщины получают только во время родов. Ты получаешь эту сверхчеловеческую силу только раз. <...> И только тогда ты можешь её использоваться. Это непропорциональное количество силы. Мать-природа сыграла с нами злую шутку. Вы знаете, сколько фунтов на квадратный дюйм шмоньки требуется, чтобы родить ребёнка? Мы даже не используем руки! Ты как будто питон, переваривающий козу. С помощью упорства, злости и материнской любви. Мы можем сделать такое своим телом, но в оставшуюся часть года нам сложно отжиматься не с колен. Это нечестно.
Ребенка нужно привести к тому — даруя ему огромную любовь, нежность и заботу, — чтобы он простил родителей за то, что они произвели его на свет (без его ведома), иначе немедленно заявит о себе его потребность в разрушении.
Да я не переживаю. Я сам отвёз её в роддом, девять месяцев читал книжки про беременность. Посмотрел домашние роды по сети, чужие, зачем-то... Я не переживаю. Я не переживаю... Я в панике.
— Сколько вам лет? 26-27?

— Примерно.

— Большинство моих читательниц старше сорока, так что все меняется, поверьте. Вы не представляете каково это, когда родишь.

— Могу представить.

— Да? Можете представить себе что?

— Что когда рожаешь, нет ощущения чуда, скорее как побывала в автокатастрофе. Потом несколько недель болит все тело, потом начинаешь кормить грудью и чувствуешь себя как животное, даешь молоко, особенно, если сцеживаешь. Устаешь, на руках появляются бугорки, все блузки в пятнах и муж смотрит на тебя: «О Боже, что случилось?», и даже в мыслях нет заняться любовью, как будто никогда больше не найдешь это в себе.
— Мадам, да вы рожаете.

— Да? А я думала, крестиком вышиваю.
Выплюнуть человека на свет — не значит стать его матерью.
Доктор, вы должны что-то сделать! Дайте какое-нибудь лекарство или разведите костер, чтобы выкурить ее оттуда!
Если женщина действительно помнила бы, как было больно при родах первого ребенка, сказала однажды моя мать, она никогда не родила бы второго.
А как тебе перспектива рожать каждые полминуты в течение всей жизни?
Я недалеко ушёл от места, где меня вагинально выкакали на белый свет.
Знаете, что забавно? То, как мужчины оказываются вовлечены в роды. Делают вид, что они тоже принимали участие. Они ходят на занятия по методу Ламаза. Знаете такие занятия? Занятия, где учат правильно дышать. Это очень западная штука, современная. Это придумал какой-то мужчина. И мы, мужчины, такие: «Ну ок. Будем их «тренерами по дыханию» на время беременности. И во время родов будем напоминать им дышать. И тогда получится, что ребёнок родился у нас».
Мысль, что я абсолютно один, сводит меня с ума. Это как роды. Все обрезано. Все отделено, вымыто, зачищено; одиночество и нагота. Благословение и агония. Масса пустого времени. Каждая секунда наваливается на вас, как гора. Вы тонете в ней. Пустыни, моря, озера, океаны. Время бьет, как топор мясника. Ничто. Мир. Я и не я.
Вот что ваша природа говорит: «Дорогой человек, женщина! Мне очень стыдно, но я не знаю, как предложить тебе ребёнка другим способом! Я уж и так думала, прикидывала, и эдак, а потом махнула рукой и указала на первый попавшийся выход на теле. Вот отсюда будет появляться новая жизнь, ура...» Как? Как через это отверстие может пройти трёхкилограммовый ребёнок? Это же ненормально!
Pete had looked out first and seen all the delivery-room machinery waiting for him and somehow realized what he was being born into, and had grabbed on to everything handy in there to try to stave off being born.

Пит сперва выглянул, увидел, какая аппаратура дожидается его в родильном отделении, как-то понял, куда он рождается, и стал хвататься за что попало, чтобы не родиться.
— Я хочу быть женщиной.

— Что?

— Это мое право мужчины. Я хочу рожать детей.

— Ты хочешь рожать детей?

— Право любого мужчины рожать детей, если он того пожелает.

— Но ты не можешь родить!

— Не притесняй меня.

— Я не притесняю тебя, Стэн. У тебя же нет матки! В чем ты собираешься вынашивать плод? В ящике с собой носить?

— Мы можем утверждать, что хотя он не может фактически рожать детей, не имея матки, он, тем не менее, может ИМЕТЬ ПРАВО родить!

— Мы будем бороться с угнетателями за твое право рожать детей, брат.

— А в чем смысл?

— Что?

— В чем смысл борьбы... за его право родить, если он не в состоянии рожать?

— Это будет символом нашей борьбы с угнетателями!

— Символом его борьбы с реальностью...
Убийство — как роды. Я — отец и мать. Я открываю людям дверь в другой мир. Дарю новую жизнь.
Роды — это нормально! Как вождение. Ты едешь-едешь. Нормально себе едешь. А потом — опа! из-за поворота «КамАЗ». Водила «КамАЗА» пьяный. Резина «КамАЗА» лысая. А дорога обледенела.
Если не считать неизбежного разрыва промежности, рождение меня прошло гладко. Я без всякого труда вышел головкой вперед положение, столь высоко ценимое роженицами, эмбрионами и акушерками.