Цитаты про Париж

— Какой красивый вид Парижа! [Рассматривает картину]

— Спасибо. Вы там бывали?

— Да... Стараюсь бывать... Раз в год...

— А я всегда мечтала побывать в Париже. Но это лишь мечта.

— Приятный город. Очень французский. Дымоходы узковаты.
Современность этого города основана на конфликте между старым и новым...
— Почему здесь? Почему сейчас?

— А почему не здесь и не сейчас? Где же нам поддаваться мечтам, как не в Париже?
Вот, что нужно сделать в первый день в Париже: должен идти дождь, не дождичек, а самый настоящий сильный дождь. Найди себе милую спутницу и прокати её на такси по Булонскому лесу. Дождь очень важен. Во время дождя Париж пахнет лучше всего. Это запах влажных каштанов.
Париж — это не место, где меняют самолет, — это город, где меняют жизнь!
— Я обожаю Париж!

— Ты никогда не был в Париже.

— Но я знаю, что полюблю его, когда окажусь там.
Разрежьте сердце мне — найдёте в нём Париж!
— Есть поговорка, что хорошие американцы после смерти отправляются в Париж. А дурные?

— В Америку.
Когда Богу на небе скучно, он открывает окно и смотрит на парижские бульвары.
Нигде в мире нет подобного города… И никогда не было!
Ты властно всех берешь в зубчатые колеса,

И мелешь души всех, и веешь легкий прах.

А слезы вечности кропят его, как росы…

И ты стоишь, Париж, как мельница, в веках!

В тебе возможности, в тебе есть дух движенья,

Ты вольно окрылен, и вольных крыльев тень

Ложится и теперь на наши поколенья,

И стать великим днем здесь может каждый день.

Плотины баррикад вонзал ты смело в стены,

И замыкал поток мятущихся времен,

И раздроблял его в красивых брызгах пены.

Он дальше убегал, разбит, преображен.

Вторгались варвары в твой сжатый круг, крушили

Заветные углы твоих святых дворцов,

Но был не властен меч над тайной вечной были:

Как феникс, ты взлетал из дыма, жив и нов.

Париж не весь в домах, и в том иль в этом лике:

Он часть истории, идея, сказка, бред.

Свое бессмертие ты понял, о великий,

И бреду твоему исчезновеньянет!
— Если мы соскучимся по Парижу, мы просто вернёмся из пригорода.

— Я тебя не понимаю. Как ты можешь отказаться от этого города? От толпы, от кафе, от грязного воздуха...
— Ты был в Париже?

— Около месяца.

— Что ты там делал?

— В основном напивался перед Нотр-Дамом.
... толпы торопливых парижан устремились к метро, точно к глубокой пропасти, куда бросаешься, чтобы принести себя в жертву некоему сумрачному божеству.
Парижанки являются на свет со всеми пороками, но чудная фея придает всякому пороку прелесть и чары. Эта фея — грация.
Вы, наверное, читали в туристических каталогах, что Париж — это город, который никогда не спит. Никогда не верьте этому. В районе пяти утра здесь нечего делать, конечно, если вы только не занимаетесь уборкой улиц. Если же вам хочется пропустить стаканчик перед сном в ресторане «Maxim's», то для этого уже слишком поздно. Он уже несколько часов как закрыт. Если вам хочется спрыгнуть с Эйфелевой башни, то ещё слишком рано, она откроется только через несколько часов. Итак, если вам нужно хоть какое-нибудь действие, то забудьте про фешенебельные районы.
Ужасно быть нищей в манящем Париже. Ужасно, как нигде. Париж — красивый лицемерный город, который улыбается тебе, если ты богат, и брезгливо отворачивается, если беден.
Тот не знает Парижа, кто не видал, каков он ранним утром.
Париж для влюбленных. Может, поэтому я и провел там всего 35 минут.
— Все эти фотографии твои?

— Да, нравится?!

— Да, очень красивые.

— Я всегда мечтала жить в Париже...

— И что мешает?

— Оу, реальность, она всегда стоит на пути мечты!

— Я не соглашусь.

— Брось, Макс, неужели ты не мечтал?

— Наверное, мне... все, что мне нужно, это быть полезным, и хоть что-то однажды изменить к лучшему.

— Еще будет шанс!

...

— Я там не бывал.

— О, это зря! Париж стоит увидеть, хоть раз...

— Что в нем особенного?

— Это очень трудно объяснить.

— Объясни.

— Это... и то как выглядят улицы, и как светятся вечером окна, и дождь, и туман, запутавшийся в ресницах — все вокруг живопись... это просто Париж!..
Когда мы въехали в Париж, Марк свернул на Ледрю-Роллен.

— А может, через «золотого мальчика» поедем? Так быстрее будет.

— Какого ещё «мальчика»? — не понял он.

— Ну я так колонну на площади Бастилии называю.

Марк чуть руль не выпустил от смеха.

— Чего непонятного? — рассердилась я. — Там же наверху мальчик золотой стоит!

— Во-первых, мальчик — бронзовый, а во-вторых, это Люцифер с факелом.
Просто у меня слишком много свободного времени для разных глупостей! Обещай не использовать это против меня, когда снова все изменится и будет хорошо?

У меня не выходит из головы мужчина моей мечты, я все время представляю нас вместе, здесь в Париже! И эти мысли лезут мне в голову каждый раз, когда у меня новый роман, я всех сравниваю с ним!
Большие ли глаза у парижанок? Кто знает? Мы не измеряем калибра пушки, которая убивает нас. Велик ли их рот? Кто знает, где у них кончается рот и где начинается улыбка?
Париж. Вот где стоит обедать. Обед не обед, если ты не в Париже и не проторчал в ресторане так долго, что официанты уже принялись многозначительно стучать по табличке «Мы закрыты» у входа. И вежливо покашливать. Ах, никто не кашляет так вежливо, как парижские официанты.
Париж.... это страсть. Париж — это праздник, это песня, это чувство. Но Париж — это и работа, метро. Париж — это блеск и нищета, трущобы. Париж — город с тысячей лиц.
Сейчас многие говорят, что из-за наплыва мигрантов Париж уже не тот. Как это ни странно, парижане так не думают. Так говорят иностранцы.
Умереть, не побывав в Париже,

Не такая уж беда.

Можно выбрать что-нибудь поближе.

Есть другие города.
Париж, открытый город,

Твоя душа живая,

Томясь, исходит кровью,

Как рана ножевая.

И стук чужих шагов

Тревожит наши стены,

И на мерцанье Сены

Глядят глаза врагов.

Как будто в яме черной,

Под окрики штыка,

Струится удрученно

Французская река.

Века французской славы,

Отлитые в гранит,

Ваш облик величавый

Великий гнев таит.
— Я еду в Париж, стану там художником, может, тогда что-то изменится.

— Но в Париже тебе будет одиноко.

— Мне везде будет одиноко.
Париж оказался столицей легкомыслия и карнавалом необдуманности. Человек там жить не должен, если только он не принцесса.
О эти парижские этажи! О эти знаменитые крыши! Что там говорить, если даже простая, можно сказать – для кого-то каждодневная поездка на обычном автобусе разворачивает перед внимательным и зорким зрителем никогда не повторяющуюся киноленту первого этажа.
В Лондоне одеваются лучше, чем в Лос-Анджелесе, а в Париже – лучше, чем в Лондоне. Но веселятся лучше всех все-таки русские.
— Прости, я так нервничаю, я никогда ничего подобного не делала.

— Не о чем волноваться, смотри, ты в Париже, в Тюильри, у тебя в руках шары, моросит летний дождь — ты просто должна быть счастлива.

— А почему я должна быть счастлива?

— Потому что я так сказал!
— И давно вы в Париже?

— Прибыл утром.

— А много успели.

— Терпение, к сожалению, мне несвойственно.
Париж никогда не кончается, и воспоминания каждого человека, который жил в нем, отличается от воспоминаний любого другого. Мы всегда возвращались туда, кем бы мы ни были, как бы он ни изменился, независимо от того, насколько трудно или легко было до него добраться. Он всегда того стоит и всегда воздал нам за то, что мы ему приносили.
Париж — это единственный в мире город, где не обязательно быть счастливым.
Он не осыпает меня лепестками роз, не возит в Париж на выходные, но, когда я делаю стрижку, он это замечает. Когда я наряжаюсь на выход, делает мне комплименты. Когда я плачу, вытирает мне слезы. Когда мне одиноко, он дает мне понять, что я любима. И кому нужен Париж, когда тебя обнимают?
Ты неподражаема. Люди приезжают в Париж, чтобы влюбиться, ты же приехала, чтобы получить пощёчину.
Вот говорят : «Увидеть Париж и умереть!» . Зачем переплачивать?! Смоленск реально ближе!
В Париже в первый же день привыкаешь к мысли, что все цивилизованное человечество объясняется исключительно по-французски, к вечеру смиряешься с тем, что лично ты больше не являешься его неотъемлемой частью, а уже на следующее утро начинаешь этим наслаждаться, в очередной раз обнаружив, что возможность не разбирать звучащую вокруг человеческую речь — ни с чем не сравнимое удовольствие.
Прожив неделю в Париже, я как нельзя лучше понял Францию; прожив в ней три года — совершенно не понимаю ее.
Где бы мы ни завтракали и где бы ни гуляли, но, вернувшись домой, были всегда слишком разбиты, чтобы сразу заснуть. Мы ставили кофе и иногда пили его с коньяком, сидели на кровати, разговаривали и курили.