Цитаты про мазохизм

The less you notice them the more they chase after you. There's something perverse about women... they're all masochists at heart.

Чем меньше ты их замечаешь, тем сильнее они тебя преследуют. В женщинах есть что-то извращенное... В глубине души они все – мазохистки.
Первоначальный душевный надрыв рискует, таким образом, стать комфортабельным. Рана, растравляемая с таким усердием, в конце концов может стать источником наслаждений.
Конечно, существует желание доминировать, подавлять, и существует желание быть подавляемым, и это доставляет удовольствие! Я думаю, что в каждом человеке есть элемент садомазохизма, и это нормально, это игра. Это существовало всегда. Маркиз де Сад и Захер-Мазох считались интеллектуалами. Я думаю, S&M — явление более или менее нормальное. Люди все время играют эти роли и меняются ролями тоже. Вопрос в том, делают ли они это неосознанно, без понимания того, что именно они делают, и становятся одержимыми или, может быть, жестокими, или они делают это сознательно, и в этом случае это становится их стилем, а не какой-то слепой одержимостью. Они понимают, что это — всего лишь игра. Некоторые приверженцы S&M верят, что существует бог и дьявол, и вечный ад, и они становятся дьяволом и относятся к этому на полном серьезе, не понимая, что они всего лишь... заблуждаются, «попались на удочку»!..
Любовь — это всего лишь самовнушение. Вот сидит себе человек и понимает, что мало проблем, надо бы влюбиться. А что поделать, скучно жить некоторым из нас. Вот идет он, ищет себе жертву, обхаживает, ухаживает, и тут жертва решает из милосердия внушить себе, что тоже любит этого человека. И все было бы хорошо, если бы не следующее: любовь — это не что иное, как проявление мазохистских наклонностей. Признайтесь, глубоко в душе все мы любим пострадать. И месяца не пройдет после начала отношений, как появится ревность, и не важно к кому, хоть к коту. А потом закрадываются мысли: «Он меня не любит, другу, маме, собаке уделяет больше внимания». От этих мыслей появляется ненависть, а потом крах отношений. И это в лучшем случае, ведь те, кто особенно подвержены мазохизму, будут кидаться из крайности в крайность — любить, ненавидеть, терпеть и снова любить.
Сколько же безумных поступков совершают из-за любви: отрекаются от друзей, увольняются с хорошей работы, заводят дурные привычки, убивают, умирают. Все это потому, что сердце попадает в руки человеку, который не согревать его собрался, а властвовать. Сразу говорю, что те, кто хочет, чтобы человек им полностью принадлежал, на самом деле не любят, а лишь хотят доминировать над своим «рабом». А ведь сами они не желают, чтобы ими кто-то управлял, поэтому свое сердце закопали в сундуке на необитаемом острове, так что если вы хотите от этого существа любви, то у меня для вас плохие новости. Может показаться, что доминанты — вселенское зло, но они жизненно необходимы тем, кто хочет подчиняться, терпеть унижения и боль. Я сейчас говорю про душу, а не про тело.
Я знала, что навешивание ярлыка мазохистки на женщин, чьи партнерские отношения плохи, долго было стандартной практикой в моей специальности и нашей культуре. Такое объяснение самоотрицающего, покорного поведения женщин было удобным, но очень опасным. На самом деле женщины научаются таким моделям поведения очень рано, их постоянно хвалят и вознаграждают за него. Кроющийся здесь парадокс состоит в том, что поведение, которое делает женщин подверженными жестокому обращению, считается женственным и милым. Концепция мазохизма опасна, поскольку она служит оправданию направленной на женщин агрессии и подтверждает, что «женщинам нужно именно это».
Садомазохизм научил меня кое-чему. Возможно, полный контроль не всегда нужен, иногда можно немного уступать.
Мне очень хочется уйти, но что-то заставляет меня остаться. Если человеку представляется случай помучить себя, он не так легко и откажется от этой возможности.
Настоящий мазохист всегда поставит щеку там, где у него есть перспектива получить удар.
Мне кажется, что эти несчастные любови помнятся лучше, чем счастливые. Быть может, это объясняет человеческую склонность бросаться с головой в самые трудные и болезненные связи с известной долей мазохизма. Если бы мы не страдали, то, вероятно, не чувствовали бы, что любим.
Трансвентизм является «застреванием» на стадии осматривания. Человек, страдающий трансвестизмом, выполняет свою роль перед обществом; в сфере сексуальности у него нет партнёрских связей. Эксбиционист представляет собой мужчину, сконцентрированного на гениталиях; при этом нарушается требования сексуального объединения двух людей, т. е. телесное единение с другим человеком. При фетишизме нарушения партнёрства проявляются тем, что человек с этой девиацией не переносит присутствия второго лица, а фетиш возносится им выше партнёра и его половых органов. Садизм является попыткой устранить силой барьер, отделяющий от другого человека, поскольку садист не способен к партнёрству как равноправный партнёр. В садизме заключается неспособность к партнёрству с другим человеком, проявляющим такие же сексуальные склонности. Мазохизм представляет собой попытку преувеличенной отдачи себя и покорности, соответствующей неспособности к открытой готовности. Мазохист также неспособен к партнёрству с человеком, имеющим такие же сексуальные наклонности.
Кто позволяет себя хлестать — тот заслуживает того, чтобы его хлестали.
— Попробуйте садомазохизм.

— Пробовал. Так она меня связала и давай ныть о том, как тяжело быть главврачом.
Видишь? Тебе приходилось, наверное, смотреть передачи, где люди обсуждают свои личные проблемы на виду у всего мира? Ты видела газетные заголовки и обложки журналов? Мир получает наслаждение от страдания и боли. На первый взглядсадизм, а на самом деле, если сообразить, что нам для счастья вовсе не нужно знать всего этого, а мы не отрываемся от зрелища чужой трагедии и порой страдаем из-за нее, — мазохизм.
Чем больше боли причиняет себе мазохист, тем меньше он боится жизни. Ведь он знает, что другие не смогут причинить ему столько боли, сколько он причиняет сам себе. Ему больше нечего бояться, потому что он сам свой худший враг.
Пока мы, русские, не избавимся от пристрастия к мазохизму, так и будем в дерьме сидеть.
Сапогом по губам. И плётка.

Поцелуй – словно жгучий перец.

Кокаин, героин и водка.Ты – мой самый любимый немец...
Это напоминало мазохистское чувство, как наслаждение при изнасиловании.
Мазохизм – это способность растворять ненависть в любви.
Разница между мазохистом и садистом – это разница между фитилем и воском. Один ищет безопасности в поглощении другим, другой – поглощая кого-то. Вот почему мазохизм и садизм внутри индивида часто чередуются – они являются разными решениями одной и той же проблемы.
По данным статистики, пары садистов с мазохистками, и наоборот, наиболее устойчивы, ибо каждый партнёр находит в другом то, что ищет.
Мазохизм — извращение, которое заключается в причинении боли себе, хотя для этого гораздо лучше подходят другие.
Где всегда добровольно берут на себя страдания, там вольны также доставлять себе этим удовольствие.
Блажен человек, направляющий своего сына на путь истинный, в коем он будет восхищен бичеванием.
Какой восторг — умереть на электрическом стуле! Это будет высшее наслаждение — единственное, которого я еще не испытывал!
Мне всегда хотелось причинять боль другим, и заставлять других причинять боль мне.
При мазохизме индивид побуждается к действию невыносимым чувством одиночества и ничтожности. Он пытается преодолеть это чувство, отказываясь от своего «я» (в психологическом смысле); для этого он принижает себя, страдает, доводит себя до крайнего ничтожества. Но боль и страдание — это вовсе не то, к чему он стремится; боль и страдание — это цена, он платит ее в неосознанной надежде достичь неосознанную цель. Это высокая цена; ему, как поденщику, влезающему в кабалу, приходится платить все больше и больше; и он никогда не получает того, за что заплатил, — внутреннего мира и покоя.
Иным мазохистам недостаточно того, что они сами несчастны, им надо отравить жизнь другим.
Как ты мог поранить свою собственную руку? Руку, которая играет на гитаре? Руку, которая играет в баскетбол? Руку, которая делает модели? Руку, которая обнимала меня? Как ты можешь снова причинять себе боль?
Самокалечение — целенаправленный перенос психической боли на более терпимую физическую.
Так было и будет всегда, говорит мистер Уиттиер. По той же самой причине дети детей детей наших детей всегда будут воевать друг с другом. Болезни и голод, они никуда не исчезнут. Потому что мы любим боль, нашу боль. Мы любим, когда все плохо. Но мы никогда не признаемся в этом.
X