Цитаты про критиков

Критика – самая здоровая часть человеческого мышления. И чем выше критика, тем сохраннее личность.
Критика — это опасная искра, которая может вызвать взрыв в пороховом погребе гордости.
— Это представление должно немедленно закончиться!

— Ох, все любят критиковать.
Возраст женщины, которая всех критикует, называется критическим возрастом.
Критиковать — значит объяснять автору, как сделал бы я, если бы умел.
Прежде чем осуждать кого-либо из игроков, возьми его обувь и пройди его путь, попробуй его слезы, почувствуй его боли. Наткнись на каждый камень, о который он споткнулся, справься с критикой, с недовольством болельщиков. И только после этого говори, что ты знаешь — как играть в футбол.
Критик должен быть готов и способен в любой момент и по первому требованию занять место критикуемого им и выполнять его дело продуктивно и компетентно; в противном случае критика превращается в наглую самодовлеющую силу и становится тормозом на пути культурного прогресса. Если вам нравится сентенция, получите и автора — доктор Йозеф Геббельс.
Прикосновения критики боится только то, что гнило <...> Живая идея, как свежий цветок от дождя, крепнет и разрастается, выдерживая пробу скептицизма.
Конечно, критика нужна и обязательна, но при одном условии: если она не бесплодна.
Плохой я человек. И не надо меня разубеждать, я знаю себе цену. Стерва я. Стерва, света которого ещё не видывал, но хочу отметить, что горжусь этим. Это у моих подруг проблемы с альтруизмом, гуманизмом, какой-то там филантропией, хотя никто не знает что это такое, но я имею полное право делать вид, будто я тоже не знаю. Я никогда не даю чаевых, если мне не нравится обслуживание. И меня совершенно не жалобит голодные взгляды подрабатывающих студентов, потому что это чистой воды манипуляция. И Вообще: никогда не делать того, что я не хочу. Так что приятель, чаевых ты не получишь.
Умный не критикует сильных.
Человек всегда должен уметь отличать конструктивную критику умных от злобливого какашкометательства слабых.
— Правило первое: никакой критики!

— Даже конструктивной?

— Никакой! Мы не поддаёмся переделке и улучшению. Прогресс кончается приучением к горшку.
Времена философских систем прошли, теперь время критики. Разрушение систем уже стало большой и величественной системой, хотя оно подобно разрушенным системам и не имеет глав, параграфов и категорий. Улучшать человеческую жизнь — вот в чем философия; развивайся она каким хочет путем, лишь бы это составляло ее смысл и цель.
Как лекарство не достигает своей цели, если доза слишком велика, так и порицание и критика — когда они переходят меру справедливости.
Самосовершенствование уже потому свойственно человеку, что он никогда, если он правдив, не может быть доволен собой.
Литературные критики — это кактусы, у них одни колючки, а писатели — птицы, у них только перья.
Автор, работающий над своей рукописью, — по преимуществу критик, ибо просеивание, комбинирование, конструирование, вычёркивание, исправление, опробование — весь этот каторжный труд в большей мере удел критика, чем художника.
Больше же всего я сожалею о том, что в Оксфорде до сих пор так много молодых людей, которые готовы считать свое собственное невежество мерилом, а свое собственное самомнение критерием любого произведения, порожденного творческим воображением и чувством прекрасного.
Если вас критикуют, то значит вы всё делаете правильно. Потому что люди нападают на всякого, у кого есть мозги.
Эмблемой критики должна быть кукушка; она подбрасывает свои яйца в чужие гнезда, потому что иначе не сможет их высидеть.
Дилемма критика: либо обидеть автора, сказав ему правду, либо, солгав, унизить себя самого.
Критиканы — это обычно те люди, которые были бы поэтами, историками, биографами, если бы могли, но испробовав свои таланты в этих или иных областях и потерпев неудачу, решили заняться критикой.
Мне иногда говорят: «Знаете, о Вас такую гадость написали!» Зачем мне это читать? Во-первых, половина написанного – вранье. Во-вторых, все написано неграмотно.
Чтобы изобразить человека, надо полюбить его — узнать. Грибоедов любил Фамусова, уверен, что временами — больше, чем Чацкого. Гоголь любил Хлестакова и Чичикова, Чичикова — особенно. Пришли Белинские и сказали, что Грибоедов и Гоголь «осмеяли». — Отсюда — начало порчи русского сознания, понятия об искусстве — вплоть до мелочи — полного убийства вкуса.
Критик — на то и критик, чтобы читать книги быстро, высокомерно и не особо вчитываясь.
Не критикуй мою мудрость, раз ты живое её подтверждение.
Мы провели очень приятный вечер, хотя я допустил небольшую бестактность, пригласив Пуаро на детектив. Хочу дать совет всем моим читателям. Никогда не водите солдата на пьесу о войне, моряка – на пьесу о море, шотландца – о Шотландии, сыщика – на детектив, а актера и подавно незачем вести в театр. Поток самой беспощадной критики будет обрушиваться на вас весь спектакль. Пуаро неустанно клеймил психологическую примитивность, а отсутствие у героя-сыщика метода просто выводило его из себя. На обратном пути Пуаро все еще не мог успокоиться и бубнил, что весь спектакль можно было бы закончить еще в первой половине первого акта.

— Но в таком случае, Пуаро, не было бы и спектакля, – заметил я.

Пуаро был вынужден с этим согласиться. На том мы и расстались.
Когда в Москву привезли «Сикстинскую мадонну», все ходили на неё смотреть. Фаина Георгиевна услышала разговор двух чиновников из Министерства культуры. Один утверждал, что картина не произвела на него впечатления. Раневская заметила:

— Эта дама в течение стольких веков на таких людей производила впечатление, что теперь она сама вправе выбирать, на кого ей производить впечатление, а на кого нет!
На протяжении моей жизни я извлекал больше пользы от моих друзей-критиков, чем от поклонников, особенно если критика выражалась вежливым и дружеским языком.
Во многих смыслах работа критика проста: мы ничем не рискуем, но ставим себя над теми, кто приносит свой труд и самих себя на наш суд. Сокрушительные разносы приятно писать и читать, но мы, критики, должны бы признать, что в общей картине мироздания любая гадость, вероятно, важнее, чем вся наша критика в её адрес.
Никогда не следует критиковать шефов. У правящих классов всякий раз находятся кое-какие срочные дела.
Автору выгодно, чтобы его книгу не только хвалили, но и ругали, — ведь слава подобна мячу, который перебрасывают через сетку; чтобы мяч не упал на землю, необходимо бить по нему с обеих сторон.
Низменные люди испытывают незыблемое удовольствие, обсуждая великих людей.