Цитаты про Иисуса

Cause Jesus He knows me

And he knows I'm right,

I've been talking to Jesus all my life,

Oh yes He knows me

And He knows I'm right,

And He's been telling me

Everything is alright!

Потому что Иисус меня знает,

И знает, что я прав,

Я говорю с Иисусом всю свою жизнь.

О да, Он меня знает,

И знает, что я прав,

И Он постоянно говорит мне,

Что всё хорошо.
Иисус пришел не избавить нас от боли. Он пришел дать силу переносить её.
Как-то на привале апостолы вздумали развлечься: мерясь силою, они поднимают с земли камни — кто больший? — и швыряют в пропасть. Иуда поднимает самый тяжёлый обломок скалы. Лицо его сияет торжеством: теперь всем ясно, что он, Иуда, — самый сильный, самый прекрасный, лучший из двенадцати. «Господи, — молит Христа Петр, — я не хочу, чтобы сильнейшим был Иуда. Помоги мне его одолеть!» — «А кто поможет Искариоту?» — с печалью ответствует Иисус.
— Кто из вас мечтает узнать, какой смертью он умрет?

Кудесник прервался, отпив глоток вина.

— Я хотел бы, — нерешительно сказал ученик Симон, отодвигая рыбий скелет.

— Тебя заживо распилят пилой, — улыбнулся Кудесник. — Подходите, спрашивайте, братья, — я полностью открыт к позитивному диалогу.
Иисус в любви мне не отказал...Президент мне так сказал...
Чем сделался бы мир, если бы не пришел Иисус Христос? Ничем.
В Священном Писании говорится: «Не судите да не судимы будете», и еще: «Ибо каким судом судите, таким будете судимы». Вы бы, бабушка, не спешили бы судить, а то как бы Христос, несмотря на свое милосердие, не исполнил бы обещанное, и придется вам самой жариться после суда на сковородке, приготовленной для других, – рассмеялась девушка.
Нельзя быть сильно подозрительным и следить за своим окружением даже у Иисуса среди апостолов был Иуда
Looking for Jesus

Get on your knees

Ищешь Иисуса?

Тогда встань на колени.
Христос — единственный из философов, магов и т. д., кто утверждал как главную истину вечность жизни, бесконечность времени, небытие смерти, ясность духа и самопожертвование как необходимое условие и оправдание существования.
Мы чтим Иисуса, забывая, чему он нас учил.
— Гамп, ты уже нашел Иисуса?

— А я не знал, что его надо искать.
Вам бы следовало почитать библию, сэр, вы там найдете кучу сверхъестественного говна. Например, вы в курсе, что Иисус был евреем?
— Велика ли она, эта любовь? Откажетесь ли вы ради нее от своего бога? Что сделал для вас Иисус? Что он выстрадал ради вас? За что вы любите его больше меня? За пробитые гвоздями руки? Так посмотрите же на мои! И на это поглядите, и на это, и на это... — Он разорвал рубашку, показывая страшные рубцы на теле. — Padre, ваш бог — обманщик! Не верьте его ранам, не верьте, что он страдал, это все ложь. Ваше сердце должно по праву принадлежать мне! <...> Я перенес все и закалил свою душу терпением, потому что стремился вернуться к жизни и вступить в борьбу с вашим богом. Эта цель была моим щитом, им я защищал свое сердце, когда мне грозили безумие и смерть. И вот теперь, вернувшись, я снова вижу на моем месте лжемученика, того, кто был пригвожден к кресту всего-навсего на шесть часов, а потом воскрес из мертвых. Padre, меня распинали год за годом пять лет, и я тоже воскрес! Что же вы теперь со мной сделаете? Что вы со мной сделаете?..
— Ты ведь не думаешь, что то, что избрал для себя мой сын, ничего нам не стоило. Любовь всегда оставляет след, — сказала она тихо. — Мы же были там вместе.

Мак удивился:

— На кресте? Нет, погоди, мне казалось, ты его покинула, ну, ты же знаешь: «Мой Бог, мой Бог, почему Ты оставил меня?» — Это были те слова Писания, которые Мак часто повторял во время Великой Скорби.

— Ты не понял заключенной в этом тайны. Несмотря на то, что он чувствовал в тот момент, я никогда его не покидала.

— Как ты можешь так говорить? Ты покинула его точно так же, как покинула меня!

— Макензи, я никогда не покидала его и никогда не покидала тебя.

— Для меня во всем этом нет никакого смысла, — отрезал он.

— Я знаю, что нет. Во всяком случае, пока нет. Но хотя бы поразмысли вот о чем: если все, что ты видишь перед собой, одна лишь боль, может, она просто заслоняет меня?
Если бы у Иисуса был пистолет, он бы сейчас был жив.
— Ты, правда, думаешь, что Иисус сейчас здесь с нами?

— Нет, я не думаю, что он сейчас здесь с нами, я знаю, что он сейчас здесь с нами. Не, ну ты интересный такой, а если б я у тебя спросил, мол, ты, правда, думаешь, что ты сейчас в куртке?

— Это разные вещи. Это зависит от согласия большинства. Если мы с тобой говорим, что я в куртке, а Сессил утверждает, что я в чем мать родила, что у меня зеленая кожа да ещё и хвост в придачу, то нам с тобой стоит подумать, куда бы его нам поместить так, чтобы он ничего плохого с собой не сотворил

— Кто такой Сессил?

— Никто. Вымысел. Нет никакого Сессила. Это вымышленный персонаж, я его выдумал, примера ради.
— Ты знал Христа?

— Знал?! Он должен мне двенадцать баксов!
— Знаешь, почему Иисус не родился в Мексике?

— Нет, почему?

— Не нашли трёх мудрецов и целку.
— Большинство тут нормальные. Агрессивных держат под замком. Это Хиллари. У неё ОКР. Это Гэри. Думает, он Иисус. Дэн. Тоже Иисус. Это Мария...

— Мария Магдалена?

— Нет, она тоже думает, что она Иисус.
Так, наверное, проще. Пусть Иисус будет у руля, и всё такое... только вот шофёр из него хреновый.
Александр Македонский, Август Кесарь, Карл Великий и я сам основали громадные империи. А на какой основе состоялись эти создания наших гениальностей? На основе насилия. Один лишь Иисус Христос основал свою империю любовью... И будьте уверены, что все они были настоящими людьми, но никто из них не был подобен Ему; Иисус Христос больше, чем человек... На расстоянии тысячи восьмисот лет Иисус Христос предъявляет трудное для выполнения требование, превосходящее все другие требования. Он просит человеческого сердца.
Россия не любит победителей по жизни,Иисус такой же неудачник, как мы.
Он [Иисус] умер для всего человечества, пострадал за нас всех. Настало время вернуться к этому основному посланию. Мир сошёл с ума. Мы все могли бы чувствовать немного больше любви, веры, надежды и прощения.
— Убейте его! [Указывая на Иисуса]

— Что? Я практически уверен, что убивать Иисуса, это вообще не по-христиански!

— Он пошел против церкви! Он должен умереть!
— Нам не выбраться отсюда! Мы не успеем остановить его!

— А у тебя нет каких нибудь сверхспособностей?

— Пока я смертный, нет, только после смерти. Минуточку, придумал. Кайл, у нас нет выбора, ты должен меня убить.

— Чего?

— Ударь меня этим. Если я умру, то смогу воскреснуть по другую сторону решетки.

— Ни за что, сам делай!

— Самоубийство, это смертный грех. Кайл, нет выбора.

— Чел, ты не понимаешь, я же еврей. У меня и так пунктик по поводу твоего убийства.
Его повесили, как пса,

Как вешают собак,

Поспешно вынув из петли,

Раздели кое-как,

Спустили в яму без молитв

И бросили во мрак.

Швырнули мухам голый труп,

Пока он не остыл,

Чтоб навалить потом на грудь

Пылающий настил,

Смеясь над вздувшимся лицом

В жгутах лиловых жил.

x x x

Над Ним в молитве капеллан

Колен не преклонил;

Не стоит мессы и крестаПокой таких могил,

Хоть ради грешников Христос

На землю приходил.
И представляете: младенец Иисус вырос и стал Иисусом. Точно, кто бы мог подумать!?
Три доказательства, что Христос был евреем:

Во-первых, ему было тридцать три года, а он все еще жил с матерью. Во-вторых, он верил, что его мать девственница. И в-третьих, его мать верила, что ее сын — бог.
Если бы Иисус дожил до семидесяти лет, думаю, он не любил бы всех людей подряд.
Оплакиваю я ужасные дела,—

Христа на крест воздели, и терзали,

И унижениям подвергли без числа,

И старцев семь его, еще живого, очерняли.

Сыны Израиля, вы, порожденье зла,

Отточенный клинок в распятого вогнали;

И матери глава в пыли пред ним легла,

И чернь в округе бесновалась, весела.
— Мадам, где бы я ни видел изображение Христа, он всегда выглядит очень печальным. Его никогда не изображают смеющимся. Почему?

— Знаешь, почему, Раджу. Он печален, потому что несчастны его дети, люди этого мира.

— Он чувствует себя несчастным, потому что я несчастен?

— А как ты думал? Он же любит тебя!

— Мадам, я никогда не буду несчастным, я буду радовать его! Я сделаю так, что бы Христос смеялся!
«Ибо восстанет народ на народ, и царство на царство; и будут глады, моры и землетрясения по местам...» Девятнадцать столетий минуло с тех пор, как наш Господь произнес эти слова, и ни одно из этих столетий не прошло без войн, болезней, голода и землетрясений. Могущественные империи обращались в прах, болезни уносили половину человечества, тысячи людей погибали, в катаклизмах природы — от наводнений, пожаров и ураганов. Это происходило снова и снова в течение девятнадцати столетий, но ни разу не заставило Христа вернуться на Землю.
Та ещё история. Сперва я не поверил ни единому слову. Что-что? Люди грешат, а сын Божий за них за всех расплачивается? Представляю, как папа говорит: «Писин, сегодня лев забрался в загон к ламам и двух задрал. А другой разорвал вчера черную антилопу. На прошлой неделе два льва сожрали верблюда. А за неделю до того досталось пестрым журавлям и серым цаплям. Ну а кто слопал бразильского агути — попробуй угадай? В общем, дело дрянь. Надо что-то решать. Вот я и решил — скормлю-ка львам тебя, только тем они и искупят свои грехи». «Да, папа, пожалуй, так оно верней и справедливей. Дай только схожу помолюсь.

«Аллилуйя, сын».

«Аллилуйя, папа».
— Как мы догадались, что Иисус был черным?

— Он пользовался расческой вместо вилки!

— Почти.. Иисус всех называл братьями, любил госпелы и даже он не дождался справедливого суда!
А посмотрите на Иисуса! Если он, как нас уверяют, попрал смерть, символом Христа должно было бы стать его изображение над могилой с поднятыми к небу руками, но вместо этого христиане во все времена предпочитали изображение яркого поражения: он висит на кресте, готовый сдаться. Потому что нас трогают только истории о проигрыше.
— Вы писали, что если Иисус существовал и пошел на смерть, как это описано в Библии, то у него, как вы выразились, съехала крыша.

— Нет никаких свидетельств, что у самого Иисуса съехала крыша, но вот доктрина, изобретенная впоследствии Павлом, – что Иисус умер за наши грехи – она совершенно безумна. Это же отвратительно: полагать, что творец вселенной, способный изобрести законы физики и процессы эволюции не нашел лучшего способа искупить наши грехи, нежели дать замучить себя до смерти!
Мы должны увидеть детей глазами Иисуса и Иисуса глазами детей, тогда нам станет понятно, что ребёнок – это не пол человека, а полноценная личность, взрослый же – это как раз пол человека, так как половину жизни он уже прожил.
— Я иногда перебрасываюсь парой слов с этим бедолагой Иисусом, что висит там на богомерзком кресте.

— И что ты ему говоришь?

— Обычно: «Держись, кореш».
Покаяние — это обращение от любимых грехов к святому Богу, которого вы призваны любить. Это признание того, что вы — не Бог. Это когда оценка Иисуса для вас дороже, чем ваше мгновенное удовольствие. Это оставление того, что Библия называет грехами, и отказ от них ради следования за Иисусом.
Христианин — это человек, чьё каменное сердце было разбито, чья гордость была сломлена, и над чьей жизнью сегодня властвует Иисус.
— Разве не сказано в Новом Завете: «Если тебя ударят по правой щеке — подставь левую»?

— Мне казалось, эту фразу надо понимать метафорически. Господь не имел ввиду...

— Господь именно это и имел ввиду. Он учил человека быть мужественным, уметь сносить удары, не нанося ответных, не отступая ни на шаг. Когда ты поступаешь именно так, в душе твоего врага возникает совершенно новое чувство. Ненависть сменяется уважением к тебе. Разве Христос не пример тому?
Если бы Иисус Христос явился сегодня, никто бы не стал его распинать. Его бы пригласили к обеду, выслушали и от души посмеялись.

If Jesus Christ were to come today, people would not even crucify him. They would ask him to dinner, and hear what he had to say and make fun of it.
Дорогой Иисус. Скоро встретимся. Твоя подружка, Америка. PS. Надеюсь, у тебя ещё останутся свободные места к концу недели.
— Можно личный вопрос?

— Да.

— Вы нашли Иисуса?

— А он потерялся?
Иисус умер не за меня.

Глупая жертва тупому народу.

Моя жизнь — это вечная война.

Я сам сдохну за свою свободу.
... Иисус Христос — лучший в мире рекламист, автор многочисленных бессмертных слоганов, как то: «Возлюби ближнего своего», «Простите им, ибо не ведают, что творят», «И последние станут первыми», «В начале было слово»... ах нет, пардон, это сказал его папаша.