Цитаты про большинство

– Что такое большинство? Это самое настоящее г…! Быть в составе большинства – участь скотского быдла. Нероны и Гракхи, Шекспиры и Шиллеры, Блюхеры и Шарнхорсты всегда оставались в меньшинстве, а толпа лишь следовала за ними… Большинство существует для того, чтобы его презирать!
Minorities are just people. People like us. But a minority is only thought of as one when it constitutes some kind of threat to the majority.

Люди, которых мало, тоже люди, а меньшинством делает их страх большинства.
— Аттикус, ты, наверно, не прав.

— Как так?

— Ну, ведь почти все думают, что они правы, а ты нет...

— Они имеют право так думать, и их мнение, безусловно, надо уважать, — сказал Аттикус. – Но чтобы я мог жить в мире с людьми, я прежде всего должен жить в мире с самим собой. Есть у человека нечто такое, что не подчиняется большинству, – это его совесть.
Род человеческий постоянно развивается. Передовое меньшинство стремится вперед, не зная, ни куда оно движется, ни что нас ждет за поворотом. Оно бредет неуклюже, на ощупь. Оно полно сомнений. А в это время основная масса, состоящая из реакционеров, тянет человечество назад, будя в нем самые низменные инстинкты. Масса действует эффективно и совершенно уверена в себе.
Логика — дар меньшинства. Большинство подвержено влиянию предрассудков и предубеждений. Очень многие заражены предвзятостью мнений, ревностью подозрительностью, страхом, завистью и гордостью. И люди в большинстве своём не желают менять свои взгляды: будь то вопросы религии или фасон причёски, коммунизм или игра популярного актёра.
Мнение большинства — всегда ошибочно, ибо большинство людейидиоты.

(Общественное мнение — заведомо ложное мнение, так как большинство людей полные идиоты.)
Обратить к нравственному совершенству большинство рассуждения не способны, потому что большинству людей по природе свойственно подчиняться не чувству стыда, а страху, и воздерживаться от дурного не потому, что это позорно, но опасаясь мести.
Вот подавляющее большинство.

Мы сами называем так его -

Так почему же нас так удивляет,

Что это большинство нас подавляет?..
Большинство,  — согласилась Екатерина,  — и неспособно породить истину. Большинство не истину, а лишь желание большинства показывает.
Насилие не может быть сделано одним человеком над многими, а только преобладающим большинством, единомышленным в невежестве.
— Подождите! Не поднимайте руки! Потом всю жизнь не отмоетесь!

— Что вы так волнуетесь? Может собрание будет против.
— Мы вас уже наслушались, прихвостень правления.

— Да! Мне нравится наше правление! Мне нравится руководство нашего института! Я против анархии! Я за порядок и дисциплину! Я из большинства! На таких всё и держится.
Я никогда не чувствовал себя комфортно с самим собой, потому что я никогда не была частью большинства.
Некоторые будут ненавидеть тебя, некоторые будут любить, но большинству людей абсолютно насрать на то, кто ты, чем живёшь и какие идеи тебя увлекают.
Уже очень давно я пытаюсь присоединиться к нормальному большинству. Но я не уверен, что у меня получается.
Большинство всегда право, а неразумное меньшинство лишь то и делает, что думает, будто все вокруг ошибаются. Не самообман ли это? Придерживаясь такого мнения, не становятся ли они массой?
При правлении однородного и доктринерского большинства демократия может оказаться не менее тиранической, чем худшая из диктатур.
Если бы каждый держался за то, что ему причитается, как мученик за веру, это очень бы способствовало счастью и благополучию всех.
Бедняки — это вовсе не масса <...> Беспомощный человек совершенно одинок.
Если вы сказали что-то важное и вас не назвали провокатором, значит, вы сказали банальностьмнение большинства на вашей стороне.
Кто-то попрекал Хрисиппа, что он не ходит слушать Аристона Хиосского, как все.

— Если бы я делал все, как все, я не был бы философом, — ответил Хрисипп.
Мораль — для большинства это система обеспечения собственной правоты.
— Я живу по антиобщественному закону: если большинство считает, что нужно делать так-то и так-то, я поступаю по-другому.

— Значит, большинство не правы?

— Да, именно так.
— Губернатор Стивенсон, все мыслящие люди за Вас!

— Этого мало. Мне нужно большинство.
Нет ничего отвратительнее большинства. Ведь оно состоит из немногих сильных, идущих впереди, из подлаживающихся хитрецов, из слабых, которые стараются не выделяться, и из толпы, которая семенит следом, не зная сама, чего она хочет.

(Нет ничего ненавистнее большинства: дорогу должно указывать небольшое число сильных людей, масса должна идти вслед за ними, не сознавая своей воли.)
Дураки обожают собираться в стаю.

Впереди главный во всей красе.

В детстве я верил, что однажды встану,

а дураков нету — улетели все.
Когда решает один, он может ошибиться или, наоборот, оказаться правым. Когда же решение принимают сообща, — всегда выйдет глупость.
Большинство людей научились принимать вид серьёзного безразличия, клеймя необычные позиции в попытке казаться нормальными.
Но у меня есть своё мнение, и я не подчиню его приговору всех авторитетов на свете, вместе взятых. Что мне не нравится, то мне не нравится, и с какой стати я должна делать вид, что мне это понравилось! Только потому, что это нравится, или будто бы нравится, большинству?
Для одиночки сказать правду – небезопасно, а в случае целого государства сказать правду — ведет к коллективной безопасности.
Если бы большинство было право, не нужны были бы дверные замки.
Если вы заметили, что вы на стороне большинства, это верный признак того, что пора меняться.
Можно побиться об заклад, что всякая широко распространенная идея, всякая общепринятая условность есть глупость, ибо она принята наибольшим числом людей.
Мне вообще не особо понятно, что это сегодня значит — «большинство», «меньшинство». Как писал покойный Бернар-Анри в «Мертвых листьях», если в оркском амбаре десять овец и два волка, где здесь большинство и где меньшинство? А как быть с сорока зеками и тремя пулеметчиками?
Разумеется, количественный принцип — не идеален. Истина далеко не всегда принадлежит большинству. Но меньшинству она принадлежит еще реже...
Умереть — значит присоединиться к большинству.