Цитаты и высказывания из сериала Молокососы / Skins

— Нью-Йорк... почему я захочу полететь в Нью-Йорк?

— Худая. Блондинка. Много говорит «Уау!».
— Ну так как твоя ванна?

— Какая ванна?

— Та самая, которую ты пошла принять три месяца назад и не вернулась.
И снова держимся за руки сквозь кошачью дверцу...
Прости, Малькольм, за то, что я сказала, что у тебя большой член. Теперь я вижу, что ошибалась.
— Ты свихнулась, а я безнадежна...

— Жаль, а то бы мы попали в Кембридж!
— А если бы ты был нормальным, чтобы ты сделал?

— Сперва я потерял бы девственность... Несколько раз...
Я думаю, что наконец-то осознала, что значит повзрослеть. Знаете, всегда было интересно, но это легко. Это когда вам приходится решать — поступить так, или иначе. Но никто вам в этом не поможет.
Нет. «Бля» — это хорошо. «Бля» — это поэтическое выражение невысказанности души.
— There is no future without her.

— Fuck the future.

— Без неё нет будущего.

— К чёрту будущее. Поехали в Лондон, оторвёмся!
Знаешь, ей было всего лишь четыре, когда она впервые обыграла меня в прятки. Четыре! Я искала ее часами. Когда я наконец-то нашла ее, она просто улыбнулась. Знаешь эту ее улыбку? Она значит: ты совсем меня не знаешь. И никогда не узнаешь. Она хорошо утаивает мысли, скрывает, сторонится. Но я знаю ее. И знаю, что ее сердце наполнено огромной любовью, но мысль о том, что возможно освободить ее, раскрыть карты — пугает ее до смерти. Я никогда не думала, что можно скучать по ком-то так сильно!
— Всё это так важно для тебя?

— Что?

— Жизнь... Ты ведь живёшь на много жестче, чем все остальные. Ныряешь в неё с разбега. Купаешься в ней, как будто ты боишься упустить каждый ее миг.

— Да, я крутой. Проблема в том, что когда ныряешь... Люди вокруг тебя промокают...
— Так, мы собирались спеть песню. Какую споём?

— Шакира! Леди Гага! Бейонсе!

— Это все люди, которые на самом деле не умеют петь, просто выставляют всё напоказ и очень рано вступают в брак. Как мы называем таких людей?

— Американцы...

— Да, это американцы.
— И какую эмоцию ты изобразила?

— Злость, ревность, горечь, усталость, надежду, похоть, любовь.

— Настоящее ассорти, и где же она?

— Она везде.

— Моя дорогая, я не совсем уверена, что поняла.

— Это абстракция, вы просто её не видите.

— Ты говоришь, что ничего не сделала?

— Нет, я говорю, что вы не видите.
В момент, когда я тебя увидела, я знала, что ты будешь самым близким из тех, кто когда-либо был близок мне... Я не знала, что делать с этим чувством.
Whatever happened to all the heroes, man? I'm the last one. You hear me? The last one.

Что случилось со всеми героями, чувак? Я последний. Слышишь меня? Последний.
... Но затем ты попросила меня попытаться. И первый раз в своей жизни я почувствовал, что кому-то не все равно. И этот кто-то стоил того, чтобы попытаться. И теперь я... я сделаю самый большой в мире сэндвич, если ты меня попросишь, напинаю старушкам прямо по дойкам, наполню реки соком Панда Попс. Я очень сильно облажался и более чем сожалею. Я люблю тебя, Джел. Ты лучшее, что есть у меня в этом мире...
— Тони, я все разрушил... опять.

— Чёрт, чувак, попробуй попасть под автобус — вот уж что точно может испортить тебе день.
У него на члене была татуировка с Гарри Поттером, и он кричал: «Поцелуй Гарри, чтобы увидеть магию».
— У нас столько общего.

— Депрессия, самоуничижение...

— И он знает, что ничего физического у нас не будет.

— Я надеюсь, ты передумаешь.

— Не передумаю!
— Ты когда-нибудь была влюблена?

— Не думаю.

— Хочешь, чтобы я описала тебе это чувство?

— Ну хорошо...

— Ты помнишь, как ехала со мной в машине скорой помощи после того, как я пыталась покончить с собой?

— Конечно.

— Вот каково это чувство.
— А что случилось?

— Ну его вдруг начало волновать, что я... Ну понимаешь.

— Блондин?

— Нет...

— Невысокий?

— Нет.

— А что?

— Гей!
— Иногда ты меня так выводишь!

— Зато со мной не скучно, правда?

— Правда...
Если я хочу нарисовать дом, я не хочу, чтобы кто-то рассказывал, на что он должен быть похож.
Люди не могут всегда быть идеальными — это нереально... потому что все меняется... Разве нет?
— Мне сделали самый лучший подарок в жизни!

— Ты имеешь в виду то, что твой лучший друг пришёл?

— Нет, идиот! Я влюбился.
Я хочу сказать тебе кое-что... я идиот, я кретин, я не знаю, почему я такой, может быть, я смогу измениться... Я смогу! Ты — та единственная! Понимаешь, дело в том, что... Дело в том, что я люблю тебя...
Love, love, love... What is it good for? Absolutely nothing.

Любовь, любовь, любовь... Что в этом хорошего? Абсолютно ничего.
Ты в порядке? Тони? Ты похоже немного... э-э... Ну, под кроватью...
Посмотри на меня, если я тебе нравлюсь, посмотри на меня...
Если Магомет не идет к горе, он будет хлопать, пока она не придет к нему.
К чёрту! Я сделаю это по-своему. И люди, которые любят меня, поймут, почему я так сделал, потому что они любят меня!
Я смотрю на многих людей, но это не значит, что я с каждым хочу познакомиться.
— Гамлет по сути своей подросток. У него столько желаний, но нет бутылки, чтобы их воплотить. Он сходит с ума, дрочит на Офелию и заканчивает плачевно... Что кто-то должен его убить!

— По моему, ты ошибаешься. В «Гамлете» нет мастурбации.

— Есть. И полно. Они называют это «монологами».
Хватит этого, «Ой, я вся такая клевая и загадочная». Итак, Фредди любит тебя. И Кук. Он любит тебя. И просто для протокола я тоже тебя люблю. К тому же я выиграл забег.
Ты можешь притворяться, но будь осторожна, потому что кто-то может притворяться перед тобой.
— Ты не болен и не скрываешь этого от меня, Сид?

— Нет. Я глуп и скрываю это от тебя. Ты не возражаешь?

— Нет.

— Ещё у меня на заднице мерзкий прыщ. И я надеялся, что ты этого не заметишь.

— Слишком поздно.
— Что ты должна сказать мне?

— Я всегда буду любить тебя, Сид.

— Будешь?

— Да. В этом и проблема.
— Кук, пожалуйста, просто скажи, что всё нормально.

— Я не могу. Фредс, я просто не могу. Извини, я просто, блин, люблю её. Мне жаль. Я люблю её.
— Скажи, что любишь меня.

— Ты знаешь, что я люблю тебя.

— Нет, скажи это так, как будто ты готов умереть ради меня, будто всё остальное не важно, будто жизнь без меня бессмысленна, будто тебя это хоть чуть-чуть волнует... Ну, давай!

— Ну так и есть... да ладно тебе.

— Неверный ответ.
Кейси, мне сложно это сказать, у меня всё получается не так. Я много думал и кое-что понял, Кейси. Дело в том, что, проснувшись сегодня утром и увидев в окне солнце, я сразу подумал о тебе. Кейси, ты не должна прятаться в клинике, ты должна выйти оттуда. Кейси, мне всё равно, что ты считаешь себя странной; когда я рядом с тобой, мне хочется петь, ты прекрасна. Последние несколько недель я вёл себя как идиот, а сейчас мне хочется быть рядом с тобой и сказать тебе, какая ты красивая, и сунуть тебе руку в трусы... Нет, Боже... и... и я люблю тебя!
Don't say you love me unless you really mean it, because I might do something crazy like believe it.

Не говори, что ты любишь меня, если это неправда, потому что я могу сделать что-то сумасшедшее — например, поверить в это.
— А что ты делаешь сегодня?

— Думала побродить по дому в нижнем белье.