Цитаты и высказывания из сериала Парки и зоны отдыха / Parks and Recreation

— Эй, Рон, у меня есть для тебя сюрприз.

— Знаешь, моя первая жена однажды тоже сказала, что готовит сюрприз. Когда я подъехал к дому, через окно я увидел, как в доме прячутся мои друзья. Я поехал на заправку, позвонил копам и сказал, что в мой дом кто-то вломился. Не люблю я сюрпризы, в общем.
Он не особо здесь загружен работой. У него нулевая инициатива. Он не командный игрок. Он не из тех, кто на работе лезет из кожи вон. Том — идеальная кандидатура на место правительственного работника.
Не уверен, что меня это интересует. Нет, уверен. Меня это не интересует.
Чем меньше я знаю о чужих интрижках, тем я счастливей. Я не испытываю радости от заботы о других людях. Как-то я работал с одним парнем в течение трех лет и даже имени его не знал... Лучший друг за всю жизнь! Мы все еще временами никогда не разговариваем.
— Рон, ты занимаешься спортом?

— Да, любовью и деревообработкой.

— Есть психические заболевания в семье?

— Есть дядя, занимающийся йогой.

— Аллергии?

— На трусость безвольных мужчин. И на фундук.

— Половая жизнь?

— Невероятная и личная.
— Боже, у меня такое похмелье! Никогда такого не было! Мы умерли?

— Я чувствую себя здорово, пробежал утром 5 километров!

— Серьезно?

— Нет, блевал в душе.
Тут ничего сложного. Я осторожно снял бра, зажёг дедовскую паяльную лампу, разогрел в чугунном ведре, растопил металл, залил его в форму, подержал на слабом огне для закалки, охладил в антифризе, а затем просто выковал кольца. Любой дурак с печкой, ацетиленовой горелкой и чугунной вафельницей мог бы сделать так же. На всё ушло примерно 20 минут. Покупают вещи только сосунки.
— Опиши своего идеального мужчину.

— Он темный и таинственный... и он может петь... и он играет на органе.

— Я думаю, ты только что описала Призрака Оперы.
— Так, следующим у нас задание по фотографии.

— «Зафиксировать дух меланхолии». Легко. [снимает] Бум... грустный стол. Бум... грустная стена. Это искусство. Все что угодно может быть чем угодно. Грустный пол.

— И вправду выглядит печальным... вроде как. Прости, что наступаю на тебя, пол.
Но мы же ходили на ланч буквально неделю назад, так что мне кажется, мы достаточно провели времени вместе на ближайшую... вечность.
— Джерри, ты снова использовал несмываемый маркер?

— Мне жаль, ребята. Я...

— Хорошо, забыли это. Давайте притворимся, что Джерри не рождался.
— Я не знаю, что делать.

— Я тоже.

— Ты дала мне такой хороший совет. Детка, я тебя люблю.

— Пожалуйста.
Я не могу здесь больше находиться. Воздух слишком свежий. Это отвратительно. Я не могу дышать. И еще тут ручей, журчит без остановки!
Многие качества Лесли, откровенно говоря, ужасают. Но вот её забота о других... это уже ни в какие рамки...
— Ты правда не боишься есть эту еду?

— Это еда боится, когда я ем.
— Ты заставляла смотреть меня все восемь фильмов о Гарри Поттере. Я никогда не любила Гарри Поттера!

— Не может такого быть! Ты любишь Гарри Поттера! Ты смотрела все восемь фильмов!
— Вот твоя праздничная порция!

— О, спасибо. Но теперь, когда можно по закону, мне уже и неинтересно.
— Всё будет хорошо, Майкл.

— Майкл?

— Я назвала свою машину Майкл Фассбендер. Потому что они оба немцы... и оба чертовски сексуальны.
— Для чего мы здесь?

— Я просто подумал, что тебе не помешает свежий воздух, даже несмотря на то, что здесь он наполнен мерзкой вонью европейского социализма.
— То есть все, что ты сделал, это перестал пить пиво?

— Да, и сбросил 50 фунтов за месяц.

— Сколько пива ты пил?

— Наверное, слишком много.
Есть только одна вещь, которую я ненавижу больше лжи. Обезжиренное молоко. Это просто вода, притворяющаяся молоком.
— Боже мой! Ты совсем не умеешь проигрывать.

— Просто я предпочитаю выигрывать, а когда не выходит, я прихожу в ярость.
— Думаешь, что я надоедливая?

— Лесли, иногда ты немного надоедливая. То есть, я думала, это твоя фишка.

— Моя фишка? Моя фишка не в том, чтобы быть надоедливой. Моя фишка — это браслеты в знак дружбы, танцевать так, будто никто не смотрит и выдумывание классных прозвищ для моих друзей.
Я считаю, что удача — это концепция, придуманная слабаками, чтобы объяснить их провалы.
Просто помни, что каждый раз, когда ты смотришь на луну, я тоже буду смотреть на луну. Не на ту же самую луну, ясное дело, это невозможно.
— Окей. Вы должны всегда отделять белое от черного.

— Это расизм.
Лесли, я вбил твои симптомы в строчку наверху, и тут говорится, что у тебя, возможно, проблемы с подключением.
Я не знаю, что я делаю, но я знаю, что делаю это очень, очень хорошо.
— Спасибо всем, что вы здесь. Давайте начнем.

— Ух ты. Отличный настрой, Рон.

— Прости, я разговаривал с этими ребрышками.
Я тоже никогда прежде не бывал на мальчишниках. Мы с Эйприл поженились вообще внезапно. Я даже душ перед свадьбой не успел принять. И после свадьбы. Где-то недели полторы.
— Каждое великое общество всегда поддерживало самовыражение творцов. Римляне...

— Извращенцы.

— ... Греки...

— Голубые извращенцы.

— ... Великие европейские нации.

— Европейцы!
— Это мой парень, Дерек, а это его парень, Бен.

— Стой, не поняла. А как это?

— В смысле?

— Кто есть кто?

— Дерек голубой. Но со мной он как натурал, но для Бена он как голубой, а Бен для Дерека тоже гей. А я ненавижу Бена. Не так уж и сложно.

— Ну да. Такое дело с молодежью — я их не понимаю...
— Монитор не игрушка, Энди.

— Все что угодно игрушка, если ты с этим играешь.
Обычно, если у меня есть выбор между тем, чтобы делать что-то или ничего, я выбираю ничегонеделание. Я буду работать всю ночь, если это поможет кому-то еще ничего не делать. Но я сделаю что-нибудь, если из-за этого ничего не будет сделано.
Когда они пишут «Молоко 2%», я даже не знаю, что представляют собой остальные 98%.
Добро пожаловать на «Видение природы». В этой комнате есть несколько картин. Какие-то побольше, какие-то поменьше. Люди их нарисовали, и теперь они здесь. Уверен, после этой выставки их все развесят в городской ратуше. Почему правительство занимается этими выставками — за гранью моего понимания. И еще я думаю, что это бессмысленно — рисовать человеку виды природы, когда он может запросто выйти на улицу и сам посмотреть.
— Есть много вещей, которые я ненавижу. Но это не относится к тебе. Так что я хочу провести остаток жизнь с тобой, это же классно?

— Я хочу быть всю свою жизнь, каждую минуту с тобой. И я самый счастливый парень Галактики.
— Оказывается, Том у нас мастер-садовод, так что он знает все научные названия. К примеру, что это за растение, Том?

— Ну, это, конечно же, помидорки. Они же Соулджабой Теллемс. (Когда Лесли спрашивает меня латинские названия наших растений, я просто называю ей имена рэперов).

— А те, вон там?

— Эти называются Дидди. А там у нас несколько Боунтагз энд Хармонииз.

— Растут замечательно!

— Вон те Лудакрисы всходят просто прекрасно.
Я могла бы уйти на пенсию. Конечно, я не стану этого делать. Я буду работать до ста лет, а потом просто сокращу себе рабочую неделю до четырех дней. Боже, я уже умираю от скуки от мысли об этом лишнем выходном. Может, пойду в юридический или еще куда.
— Боже мой, детка. Сегодня же «Игра престолов». Финал сезона. Кхалиси выйдет замуж за Джека Воробья. Боже, этот сериал совсем с катушек слетел.

— Все очень логично, если читать книгу.
— Ты сдашь этот тест и станешь копом. А если нет, то я разведусь с тобой и выйду за другого. А потом изменю ему с тобой.

— Ооо, так мило.