Цитаты и высказывания из фильма Тот самый Мюнхгаузен

— Бросил жену с ребёнком!

— Какой ребёнок? Я — офицер!

— Бросил жену с офицером!
— А где же наша гвардия?

— Вероятно, обходит с флангов.

— Кого?…

— Всех!
— Она сбежала от меня два года назад.

— По правде говоря, барон, на её месте я бы сделал то же самое.

— Поэтому я и женюсь не на вас, а на Марте…
— Попал. Утка. С яблоками. Она, кажется, хорошо прожарилась.

— Она, кажется, еще и соусом по дороге облилась.

— Да? Как это мило с её стороны. Итак, прошу за стол!
— Вы же разрешаете разводиться королям.

— Ну, королям, в особых случаях, в виде исключения, когда это нужно, скажем, для продолжения рода.

— Для продолжения рода нужно совсем другое.
— Объясните суду — почему 20 лет все было хорошо, и вдруг такая трагедия?

— Извините, господин судья, двадцать лет длилась трагедия и только теперь всё должно быть хорошо!
Неужели обязательно нужно убить человека, чтобы понять, что он живой?
— Не усложняй, барон… Втайне ты можешь верить.

— Я не могу втайне. Я могу только открыто.
Делайте, что хотите, но чтобы через полчаса в лесу было светло, сухо и медведь!
— О чём это она?

— Барона кроет.

— И что говорит?

— Ясно что: подлец, говорит, псих ненормальный, врун несчастный…

— И чего хочет?

— Ясно чего: чтоб не бросал.

— Логично.
Дело в том, что время на небе и на земле летит не одинаково. Там — мгновения, тут — века... Все относительно. Впрочем, это долго объяснять.
Всякий муж, возвращаясь домой после недельного отсутствия, пытается обмануть жену, но не всякий додумается до того, чтобы утверждать, что он был на Луне!
Великий вы человек, барон Мюнхгаузен, а все-таки и на вас пыль ложится.
Я не боялся казаться смешным. Это не каждый может себе позволить.
Будучи в некотором нервном возбуждении, герцог вдруг схватил и подписал несколько прошений о разводе словами: «На волю, всех на волю!»
Мой лучший друг меня предал, моя любимая отреклась... Я улетаю налегке.
— И когда медведь бросился на него, господин барон схватил его за передние лапы и держал до тех пор, пока тот не умер.

— А от чего же он умер-то?

— От голода. Медведь, как известно, питается тем, что сосёт свою лапу, а поскольку господин барон лишил его этой возможности
— Год назад в этих самых краях, представляете, встречаюсь с оленем. Скидываю ружье — оказывается, патронов нет. Ничего нет, кроме вишни. Заряжаю ружью вишневой косточкой, тьфу! — стреляю и попадаю оленю в лоб. Он убегает. А этой весной в этих самых краях, представьте себе, встречаюсь с моим красавцем-оленем, на голове которого растет роскошное вишневое дерево.

— Дерево? На голове оленя? Скажите лучше: вишневый сад!

— Если бы вырос сад, я б сказал сад. А поскольку выросло дерево, зачем же мне врать?
— Баронесса, как вам идет этот костюм амазонки! Рамкопф, вы, как всегда, очаровательны! Как дела, корнет? Вижу, что хорошо!

— Судя по обилию комплиментов, вы опять с плохой новостью.
Развод отвратителен не только потому, что разлучает супругов, но и потому, что мужчину при этом называют свободным, а женщину — брошенной.
Господин барон вас давно ожидает. Он с утра в кабинете работает, заперся и спрашивает: «Томас, — говорит, — не приехал ещё господин пастор?» Я говорю: «Нет ещё». Он говорит: «Ну и слава богу». Очень вас ждёт.
В свое время Сократ мне сказал: «Женись непременно. Попадется хорошая жена — станешь счастливым. Плохая — станешь философом». Не знаю, что лучше.
— Томас! Ты доволен, что у нас появилось 32-ое мая!?

— Вообще-то, не очень, господин барон. 1-ого июня мне платят жалование..

— Ты не понял.
— Такова судьба всех великих людей — современники их не понимают.

— Современники — возможно. Но мы-то родственники!
Это же любовница, давайте уточним: имеешь любовницу — на здоровье! Сейчас все имеют любовниц. Но нельзя же допускать, чтоб на ней жениться, это аморально!
Я обыкновенная женщина. Не требуй от меня больше, чем я могу.
— Барон Карл Фридрих Иероним фон Мюнхгаузен! Вас приказано арестовать. В случае сопротивления приказано применить силу.

— Кому?

— Что кому?

— Кому применить силу в случае сопротивления, вам или мне?

— Не понял…

— Так, может, послать вестового переспросить?

— Это невозможно.

— Правильно. Будем оба выполнять приказ. Логично?
— К сожалению, при живой жене вы не можете жениться вторично.

— При живой? Вы предлагаете её убить?
— Ваше Высочество, ну не идите против своей совести. Я знаю, вы благородный человек и в душе тоже против Англии.

— Да, в душе против. Да, она мне не нравится. Но я сижу и помалкиваю!
— Ты что, хочешь повесить в доме эту мазню?

— Чем она тебе мешает?

— Она меня бесит! Изрубить её на куски!

— Не сметь! Он утверждает, что это работа Рембра́ндта.

— Кого?

— Ре́мбрандта.

— Враньё.

— Конечно враньё, но аукционеры предлагают за неё двадцать тысяч.

— Двадцать? Так продайте.

— Продать — значит признать, что это правда.
— А ты что, и впрямь думаешь, что он долетит?

— До Луны — конечно!

— Её ж даже не видно.

— Когда видно, так и дурак долетит. Барон любит, чтоб было потруднее.
— Ну, скажи что-нибудь на прощанье!

— Что сказать?

— Подумай. Всегда найдётся что-то важное для такой минуты.

— Я… Я буду ждать тебя!

— Не то!

— Я… Я очень люблю тебя!

— Не то!

— Я буду верна тебе!

— Не надо!

— Они положили сырой порох, Карл! Они хотят тебе помешать!

— Вот.
— Вы утверждаете, что человек может поднять себя за волосы?

— Обязательно! Каждый здравомыслящий человек просто обязан время от времени это делать!
Я на службе... Если суд решит, что вы — барон, я упаду вам на грудь. Если суд решит, что вы — Мюллер, посажу в тюрьму.
Якобина с детства не любила меня и, нужно отдать ей должное, сумела вызвать во мне ответные чувства. В церкви на вопрос священника, хотим ли мы стать мужем и женой, мы дружно ответили: «Нет!» — и нас тут же обвенчали. После венчания мы уехали с супругой в свадебное путешествие: я в Турцию, она в Швейцарию. И три года жили там в любви и согласии.
Мне? Однобортный мундир? Вы знаете, что в однобортном уже никто не воюет? Мы не готовы к войне!
— Стать таким как все...

— Как все? Не летать на ядрах? Не охотиться на мамонтов? Не переписываться с Шекспиром?
Мюнхгаузен (о пасторе): … мне сказали: умный человек!

Марта: Ну мало ли, что про человека болтают.
— Бегает?

— Зачем? Ходит.

— Болтает?

— Молчит.

— Умный мальчик, далеко пойдёт.