Цитаты и высказывания из фильма Город грехов / Sin City

Она пахнет так, как, наверное, пахнут ангелы... Совершенная женщина... Богиня...
Чертовски жаркая ночь. Поганая комната в поганой части поганого города. Я смотрю на Богиню, она говорит, что хочет меня. Я не собираюсь гадать, с чего это вдруг мне так повезло.
Очень важно, где драться, но ещё важнее иметь хорошо вооружённых друзей.
I can only express puzzlement, that borders on alarm.

Выражаю озадаченность, близкую к озабоченности.
Закон здесь олицетворяет не полиция. Закон здесь олицетворяют дамочки, красивые и безжалостные. Если у тебя есть деньги и ты играешь по правилам, они помогут тебе, но если разозлишь их, ты – труп.
— Он ел людей, но от этого он начинал светиться изнутри. Рыдая, он признался мне, что чувствовал прикосновение Господа. Ничего ты не знаешь.

— Я знаю, что поедать людей неправильно.

— Он не просто ел их тела. Он ел их души.
— Главное — ваши глаза и то, что я в них вижу.

— И что же вы видите?

— Я вижу спокойствие. Вы устали убегать и готовы встретить неизбежное. Но только не в одиночестве.

— Нет. Только не в одиночестве.
— When it comes to reassuring a traumatized 19-year-old, I'm about as expert as a palsy victim doing brain surgery with a pipe wrench.

— Я не умею разговаривать с людьми, но успокоить девушку у меня получается так же легко, как у паралитика сделать операцию на мозге гаечным ключом.
— Поведай о своих прегрешениях, сын мой.

— Ну, падре, не хотелось бы задерживать вас тут на всю ночь... Давайте расскажу только о последних...
Михо, ты ангел. Ты святая. Ты Мать Тереза. Ты Элвис. Ты бог. Но если бы ты появилась тут на десять минут раньше, у нас бы была голова Джеки Боя.
— Прежде, чем ты совершишь самую большую ошибку в своей жизни, подумай: стоит ли умирать из-за трупа какой-то проститутки?!

— Стоит. И умирать... И убивать... И даже отправиться в ад!..
Власть людям дает вовсе не полицейский жетон и не оружие, власть людям дает ложь. И чем больше эта ложь, тем большей властью ты обладаешь. Если ты всех заставил поверить в то, что является ложью, — вот тогда это власть. Если ради кого-то будут врать, ради того, чтобы все, во что верят, не развалилось как карточный домик, — у тебя власть.
Все знают, что будет дальше, но всё равно притворяются. Напрасная трата времени.
— I love hitmen. No matter what you do to them, you don't feel bad.

— Люблю наёмных убийц. Что с ними ни делай, совесть не мучает.
An old man dies. A young woman lives. A fair trade. I love you, Nancy.

Старик умирает… Девочка остается жить. Честный обмен. [выстрелив себе в голову]. Я люблю тебя, Нэнси…
Если в городе грехов знать, куда повернуть, то найти можно все, что угодно... все, что угодно.
Вскоре я понял, что вбиваю в пол мокрые кусочки костей.
Многие считают Марва психом, но ему просто не повезло. Он родился не в том столетии. Ему бы на древнем поле боя врубать топор в чье-то лицо или в Риме сражаться с другими гладиаторами. Таких девушек как Нэнси ему бы швыряли пачками.
Все современные машины похожи на электробритвы.

Modern cars — they all look like electric shavers.
Хорошее пальто…

That's one fine coat you're wearing.
— Моя воительница. Моя валькирия. Ты всегда будешь моей. Я всегда любил тебя. Всегда и никогда…

— Всегда. И никогда.
Надо дать сердцу успокоиться и выпустить огонь из легких. Мои мышцы обещают мне в будущем страшные муки.
Я проверяю список: резиновые трубки, бензин, пила, перчатки, наручники, колючая проволока, топор, Глэдис и мои лапы.
Она дрожит, как последний лист на ветке умирающего дерева. Я не скрываю звук своих шагов. Она на мгновение замирает.
Берт Шламп и Дуглас Кламп — два негодяя, страдающие манией красноречия.
В глазах темнеет, ну да ладно. Хочется спать — не страшно, она в безопасности. Старик умирает, мэру теперь только сходить с ума...
Я твой должник, Голди, и я заплачу. Если нужно умереть, чтобы разобраться с Рорком, что ж, я умру, с радостью.
Я понимаю, что Голди мертва, ее идеальные груди не поднимаются, как они поднимались бы, если бы она дышала. Полиция. Они уже едут, хотя никто кроме убийцы и меня не знает, что совершено убийство. Жди, я найду и разорву твоего убийцу Голди!
Из себя выхожу, когда всякие козлы бьют дамочек.
— Убей меня, и тогда ты будешь удовлетворен. Ведь так? Убив беспомощного жалкого старика.

— Да нет, это мне не интересно. А вот всё, что до убийства, меня греет.
— Кевин?

— То, что от него осталось. Его съела собака.
Теперь можно не прятаться, это уже необязательно, дыши ровно, старик, докажи, что ты еще на что-то способен, какого черта, умирать, так с музыкой.
— Давай! [опускают рубильник электрического стула]

— Это всё, на что вы способны, ***ы?
Я молчу о Нэнси, и где она. Меня сажают в одиночку. Это та цена, которую я должен заплатить. И я плачу. Нельзя спасти жизнь девочки, а потом бросить ее на съедение волкам.
Можешь разыгрывать из себя недотрогу, но не пытайся открутить мне яйца.
— А я уже решила, что ты забыл обо мне. И о моих письмах тоже.

— Если бы не они, я бы не смог выжить. Но что делать дальше. Засадить сенатора Рорка? Конечно, если получится, то я смогу и Богу по морде врезать. Но ни один прокурор не пойдет против сенатора. Я убил его сына. Прервал его род. Рорк потерял наследника. Он сделает всё, чтобы отомстить мне. Отомстить через Нэнси. Он найдет ее, это неизбежно. Она не будет в безопасности, пока я жив. Но есть способ победить его...
Худенькая малютка Нэнси Каллахан. Она выросла… и в нужных местах.
Остался один час — мой последний день на работе. Ранняя пенсия не моя идея, доктор настаивал: сердце барахлит. Я натираю свой полицейский жетон и заставляю себя привыкнуть к мысли о том, что вынужден буду с ним распрощаться. С ним и с тридцатью годами, когда я защищал, видел слезы, кровь, ужасы и победы. Я думаю об улыбке Эйлин, о толстых жирных бифштексах, которые она купила сегодня. И я думаю об одном деле, которое я не закончил. Где-то здесь должна быть маленькая девочка, страдающая в руках психопата.
Мне дают написаные признания. Я плюю кровью на них. Меня снова валят на пол и обрабатывают дубинками. Потом появляется этот глистообразный заместитель прокурора и говорит, что если я не подпишу признание, они убьют мою маму. Я ломаю ему руку в трех местах и подписываю. На суде, на меня вешают убийства полицейских, кражу кошельков, поджоги, убийство Рорка, людоедство Кевина и самое плохое смерть Голди...
В воздухе чувствуется напряжение. Она мягкая, тёплая, почти невесомая. Её духи — это сладкое обещание. И на глазах у меня выступают слёзы. Я говорю ей, что всё будет в порядке. Что я спасу ее от того, чего она боится, и увезу её очень-очень далеко. Я говорю ей, что я люблю её... Глушитель превращает выстрел в шепот. И пока она умирает, я держу ее в объятиях. Мне никогда не узнать, от чего она убегала. Деньги по ее чеку я получу завтра.
That's the thing with dames, sometimes all they gotta do is let it out and a few buckets later there's no way you'd know.

Дамы. Порой им нужно только выговориться и поплакать, и они снова как ни в чем не бывало.
Power don't come from a badge or a gun. Power comes from lying. Lying big, and gettin' the whole damn world to play along with you. Once you got everybody agreeing with what they know in their hearts ain't true, you've got e'm by the balls.

Сила не в жетоне, не в пушке. Сила — в обмане. Когда лжешь напропалую, а весь мир готов тебе подыграть. И как только все вокруг соглашаются с тем, что им в душе противно, считай, ты взял их за яйца.
X