Цитаты и высказывания из фильма Убрать перископ / Down Periscope

— Что в этих банках, Чечевица?

— Это — кофе. А это свиное сало, сэр.

— И чем, по-твоему, мы будем пользоваться чаще: кофе или свиным салом? Ты думаешь, мы будем вставать утром с постели и выпивать чашечку крепкого, горячего ароматного свиного сала?

— Зависит от обстоятельств, сэр, если утро холодное...
— В моей еде был ноготь, ты, жирный ублюдок! Вчера я нашёл в своей тарелке мышиное дерьмо!

— Простите, сэр. Мышиное дерьмо используют в Индии как приправу.

— Что ты там ещё кладёшь в еду, кретин?

— Это семейный рецепт, сэр. Это секрет.

— О Боже мой. Тараканы в муке! Пепел с твоей сигары в спагетти! Господи, Чечевица! Это точно положит конец моей карьере! Срок годности этих консервов истёк в 67 году!

— Ну и что, сэр? На вкус по-прежнему хорошее кукурузное пюре.

— За исключением того, что это ветчина, черт возьми!

— Это проблема.
— Так что же Вы думаете, мистер Додж?

— Я думаю, что получу по заднице, сэр.

— О, не думай так! К чёрту всё, забудь про устав! Думай как пират! Мне нужен мужик с татуировкой на ***! Я нашел такого мужика?

— По странному совпадению, да, сэр.
— Кстати сказать, а вот и она, Ваша новая лодка. U.S.S. Стингрэй, SS-161.

— Эта? Это не может быть моя лодка, сэр!

— Вы что, отказываетесь принять лодку под командование?

— Нет, сэр.

— Хорошо. Тогда завтра утром встретите свой экипаж.

— Он тоже остался со Второй мировой войны, сэр?

— Нет, капитан. Он был отобран мной лично.
— Тут у нас экипаж, как я погляжу. Что скажете, не пора ли принять их на борт?

— Сильвер Стэнли Сильверстон, сэр!

— Добро пожаловать на борт, Си́льверстон.

— Я Сильве́стерсон, сэр... но друзья зовут меня Пики.

— Пики?

— Я, видите ли, игрок, сэр.

— А где Ваши ботинки?

— Отправляйтесь на скачки, поставьте на лошадь по кличке Судорога, сэр.

— На борт.

— Спасибо, сэр.
— Это же верный конец. 20 лет в жопу.

— Выбирайте выражения, Додж. Вы же знаете, как я это ненавижу.

— Ой-ей-ей. А что, это мне теперь карьеру испортит?

— Возможно, нет. Только что поступило сообщение: «Вам предписано срочно явиться в Норфолк, взять под свое командование собственную лодку».

— Это не смешно.

— Совсем не смешно. Поэтому они подтвердили это дважды. — Поздравляю.
— Капитан... эта лодка... это консервная банка, мусорный бак. Этот экипаж — отребье, сборище мудаков, каких еще земля не носила! Я знаю, почему Вы здесь, но не понимаю, почему здесь я! Я отказываюсь от этого задания!

— Простите, простите. И почему же я здесь?

— Вы знаете. Ваш член.

— Причем тут член?

— Ну татуировка!
— Курс 170 Зюйд — вест. Цель вижу ясно!

— Огонь!

— Ну давай же, болван круглый, катись куда надо.

— Отличный выстрел, сэр.

— И какого хера? Мы так и будем рассекать тут, чтобы Вы могли в гольф поиграть?
Возразите мне, если можете, но я не думаю, что это хорошая политика для Военно-морских сил — передавать многомиллионное оборудование человеку, у которого на члене вытатуировано «Добро пожаловать на борт».
— Мы погибли. Пять к одному, мы покойники.

— Клево. Мы что, столкнулись с айсбергом?

— У берегов Вирджинии?
— Вы когда-нибудь топили раньше лодку, лейтенант? Я имею в виду, умышленно?

— Больше вас и даже на тренажере...

— И всё же... Тренажёр это не лодка. Никто ещё не слышал о героически погибшем экипаже тренажера.
— Адмирал Грэм вызывает Вас по радио, сэр.

— Спасибо.

— Соединяю, сэр. Радио работает как часы... китайские.

— Додж на связи... «Лестница в небо»... «Led Zeppelin», 71 год, да? Отлично! Поздравляю, ребят, мы только что выиграли два билета на концерт Билли Джоэла и рекламную майку! Нитро, а теперь соедини меня, пожалуйста, с адмиралом Грэмом.
— Что слышно, Сонар?

— Ничего особенного, сэр. Чечевица застегивает ширинку в гальюне, Бабенек чинит течь.

— Я имею в виду, в океане.

— А...
— Эй, Нитро, зачем тебе мои цыплята?

— Пираты в Карибском море носили такие погоны.

— Только смотри, чтобы они не улетели, это ужин.

— Хорошо.
— Ну ладно, ребята, взорвем этих свиней. Пора отделить зерна от плевел!

— Овец от баранов...

— Моряков от салаг.
— Давайте, ребята. Только члены не сотрите.

— Спасибо, сэр. Постараюсь.
[«Стингрэй» лежит на дне; «Органдо» над ним.]

Сонар [шёпотом]: Сэр, там «Орландо». Кто-то только-что уронил 45 центов.

— Ты уверен?

— О, да. Четвертак и два гривенника.
Приближаемся ко дну, сэр. Я слышу, как там пара омаров трахается.
— Сэр? Инцидент у Мурманска. Как вы сделали это? Вашу татуировку?

— Напился и уснул. Проснулся утром с похмельем и татуировкой на члене «Добро пожаловать на борт». Не рекомендую никому пьяным делать татуировку.
Кто-нибудь, найдите Бакмана, засуньте ему пробку в задницу и запустите его через торпедный аппарат. И проветрите наконец отсек! От вони глаза ест!..
Смысл татуировки: «Добро пожаловать на борт», а это — welcome aboard, но часто её переделывают в Welcome A Broad — то смысл меняется на «Ищу девок» или «Приветствуем разнообразие» [из английского формуляра «Члены в целом приветствуют разнообразие»].
— Ребята, ребята. Я хочу представить вам нового члена экипажа. Лейтенант Эмили Лэйк.

Эмили проходит испытательную программу «Невозможность службы женщин на подводных лодках».

Она будет нашим оператором погружения.

— А в нее можно будет погрузиться в позиции на коленях?

— Господа, господа, я знаю, это необычная ситуация. Лейтенанту Лэйк, конечно, будет не просто в таких джунглях... Но я знаю, если у нас у всех тут встанут... я скажу иначе... если у нас тут появятся какие-нибудь трудности — мы будем работать одной командой, возьмем себя в руки... и останемся профессионалами. Это всё, я кончил.
Песко: Сонарный техник второго ранга, Э. Т. Ловачелли, сэр! Любит прозвище «Сонар».

Додж: Добро пожаловать на борт, Сонар.

Сонар: Мм, извините, сэр. А это действительно подлодка ВМС? Не макет для какого-нибудь парада?

Додж: Боюсь, что нет, Сонар.

Сонар: Хмм… очень странно. [поднимается по трапу]

Додж: [тихо, Паскалю] Дай-ка угадаю — глухой как Бетховен.

Песко: [шёпотом] О, нет. Отличный слух, сэр. Смотрите что говорите возле него, он слышит всё. Его предыдущий командир считал его угрозой для безопасности.

Сонар: [кричит сверху трапа] Мм, извините, сэр! Я не всё слышу. И мне можно довериться.

Додж: Так.
— Кошмар еще не кончился, сэр. Тут лейтенант Лэйк появился.

— Так выделите ему койку.

— Проблема... сэр.

— Лейтенант Лэйк, готова приступить к обязанностям, сэр. И никакой проблемы нет.

— Наш оператор погружения. Женщина на корабле, ага.

— А! Понял. Только пожалуйста, не раздевайтесь. Очень приятно, что парни заказали мне стриптизёршу, но у меня сейчас много работы.

Но спасибо, спасибо. Хорошая помада, кстати, подходит к форме.

— Я не стриптизерша, сэр. Я лейтенант Эмили Лэйк, Ваш новый оператор погружения.

— Но это невозможно, лейтенант. Вы, наверное, Эмилио Лэйк. Женщины не служат на подводных лодках.

— Теперь служат. Адмирал учредил новую испытательную программу. Смиритесь с этим.
— Следующий.

— Эй! Эй! Ну-ка руки убери, бля!

— Отлично. Чикатило явился.

— Моряк первого класса Брэд Бабенек!

— Так это Вы этим говном командуете, сэр?

— Тихо все, успокойся. Успокойся.

— Дисциплинарной комиссией своей части обвинён в нарушении субординации, приговорён к месяцу наказания. Готов топтать, сэр.

— На борт. Я люблю такие испытания.

— Вы меня вышвырнете за борт через неделю. Я гарантированный геморрой, сэр.

— Мистер Бабенек.

— Что?

— Если я Вас вышвырну за борт, это будет посреди Атлантики. Прошу на борт.

— Ну, папаша. Что у нас за задание-то, акул пугать?

— Люблю я эту работу. Кто наш следующий по конкурсу?
[Во время погружения, инженер Говард привязал нить на обе стены инженерного отсека.]

— Так… следите за этой ниткой, потому что водное давление сплющит эту лодку как пустую банку из-под пива. [смеётся как маньяк]

[Позже, нить уже висит, не натянутая.]

— Спорю, что вы такого никогда не видели на тех больших атомках.

— Мм… нет, мы не использовали верёвки для белья. У нас были сушилки-автоматы.

— Вот ещё немного провиснет, и нас сплющит как каток жабу...

— Я однажды видел раздавленную лягушку машиной на дороге. Я её за стельку принял...
[Пока все члены экипажа чистят подлодку, Бабенек загорает на пляжном стуле.]

— Бабенек, что ты делаешь?

— Как можно меньше, сэр. Я — вредитель всей операции. Абсолютный губитель морального духа.

— Ты же знаешь, конечно, что подводная служба полностью добровольна. Тебе лишь стоит отказаться.

— Мой батя не даст. [саркастически] Он адмирал. Думает, что подводная служба пойдёт мне на пользу. Ха!

— Ну, тогда, боюсь, ты мне не оставил выбора, сынок, кроме как сместить тебя.

— Правда?

— Правда. [Бакман проходит мимо.] Бакман!

— Да, сэр? [Чечевица резко поворачивается] [ненароком шваброй сбивая Бабенека за борт в бадью с машинным маслом.]

— Спасибо, Бакман. Это всё.
— Ну, как вам нравится ваша лодка?

— Это настоящий кусок... антикварного оружия, сэр.

<...>

— Кстати, о возрасте, что вы думаете о нашей лодке, Пэскол?

— Как только я её увидел на меня напал столбняк. Единственное, что её сдерживает от развала — это птичий помёт.
— Доподлинно известно, что будучи мичманом, Додж дошёл до такого сильного опьянения, что позволил сделать себе не просто татуировку, а татуировку на своих гениталиях.

— Можете назвать меня ханжой, если хотите, но я не думаю, что это благоразумно для флота — передавать многомиллионное оборудование человеку... который имеет надпись «Добро пожаловать на борт», вытатуированную на собственном члене.
— Итак... вы погружали лодки до этого, лейтенант? Я имею в виду, с успехом.

— У меня было более 300 погружений на тренажёре, сэр. 75 из них с сильными поперечными течениями.

— Уверен, вы набрали много очков <...> Я не сомневаюсь. И всё же... Тренажёр — это не лодка. Никто ещё не слышал об отважной команде из распрекрасных тренажёров.

— Точно подмечено, сэр.
— Ты знаешь, сколько это — 11:00?

— Это сразу за 10:00, сэр.
— Добро пожаловать на борт, Сонар.

— Извините, сэр. Это настоящая военная подводная лодка, а не просто какой-то памятник?

— Боюсь, что настоящая, Сонар.
— Что в этих банках, Бакмэн?

— В этой — кофе. А в этой, похоже, свиное сало, сэр.

— И как ты думаешь, какой именно мы будем пользоваться чаще, матрос — кофе или свиным салом? Считаешь, что мы будем вскакивать с кровати по утрам и выпивать большую кружку горячего свинячьего жира?

— Ну, зависит от того, если утро выдалось холодное, сэр, то вы сможете выбрать...
— Ты же не думал, что это будет просто?! Скорей поднимай свой зад наверх!

— Проклятье! На призывном постере ничего подобного я не видел.
— А что у тебя на этих плёнках?

— О, это... это киты, сэр. Я записываю их и пытаюсь немного выучить их язык. Ну, сначала хотя бы основные выражения и так далее. Я умею окликать их даже через корпус. Иногда они мне отвечают. Два или три часа назад, тут бок о бок проплывала симпатичная парочка.

— Ну, если ты услышишь, как они говорят о новой ядерной атаке на подлодку... постарайся передать всё это мне, хорошо?
— Мы действительно что-то будем взрывать, сэр?

— Нет, нет, Сонар. Мы всего лишь пустим ракету.
Ваш новый приказ — действовать в зонах 3-А и 3-B... и, как обычно, вы должны сдаться, когда получите предупреждение об открытии огня противником.
— Стэпэнек, ты что делаешь?

— Всё, что могу, сэр.
— Бакмэн! В моей еде оказался ноготь, ты, толстожопый идиот! А вчера я нашёл лейкопластырь!

— Извините, сэр. Лейкопластырь держал мой ноготь.

— Что ты там ещё кладёшь в свои блюда, Бакмэн?

— Это очень старый семейный рецепт, сэр. Он в секрете.

— Боже мой. Тут тараканы в муке! Пепел от твоей сигары в спагетти! Господи, Бакмэн! Эта штуковина на этой лодке со времён Кореи! Срок годности истёк в 1966 году!

— А что такого, сэр? Вкус по-прежнему как у кукурузного пюре.

— За исключением того, что это тушёнка!

— Тогда это проблема.
— Как вам нравится ваша лодка?

— Это полный пи... восторг сэр, прекрасный экспонат антикварного оружия! Я отдал значительную часть своей жизни, чтобы получить под командование свою лодку, сэр, я хотел бы узнать, почему военно-морские силы, решили унизить меня подобным образом!

— Мы не унижаем вас капитан, вы были отобраны для специального задания!

— Отогнать ее в музей, сэр? В заботливые руки коррозии?
— Хорошие брючки! Сигару выплюнь! Майку эту сожги к чертям! Хороший экипаж!

— Доброе утро, сэр! Мартин Джей Пэско, старпом лодки Стингрей!

— Вы че так глаза вылупили, Пэско?

— Простите, сэр?

— Лейтенант Капитан Том Додж, что-то вы молоды для такой должности!

— Мастерству все возрасты покорны!

— Кстати о возрасте, что вы думаете о нашей лодке, Пэско?

— Как только я увидел ее, подумал, что надо распилить на части, сэр, она не разваливается, только потому что ее птицы засрали!