Похожие цитаты

— Только, пожалуйста, побыстрее: у меня куча дел.

— Ничего, подождёт ваша куча. Ничего с ней не сделается.
— У меня дети. У меня их двое: мальчик и… м-м… де… тоже мальчик. Два мальчика. Вот. Это обуза.

— Господи, как вы можете так говорить о детях?

— Ну подождите, Людмила Прокофьевна!

— Да что вы?

— Не перебивайте, пожалуйста! Я и сам собьюсь.
— Вам хорошо, Анатолий Ефремович. У вас... У вас дети.

— Да, двое: мальчик и... мальчик.

— Ну вот видите? А я совсем одна. Утром встану – пойду варить кофе... И не потому что хочу позавтракать, а потому что так надо. Заставляю себя поесть и иду на работу. Вот этот кабинет и всё это практически и есть мой дом. А вечера!.. Если б вы знали, как я боюсь вечеров! Если бы вы знали... Засиживаюсь на работе допоздна, пока вахтёр уже не начнет греметь ключами. Делаю вид, что у меня масса работы, а на самом деле просто мне некуда идти. Что дома? Дома, дома! Дома только телевизор. Я, видите, даже собаку не могу завести, потому что её некому будет днем выводить. Вот и все дела. Конечно, у меня есть друзья, есть знакомые, но у всех семьи, дети, домашние заботы... Вот видите, превратила себя в старуху. А мне ведь только 36.
— Как тридцать шесть?

— Да, да, я моложе вас, Анатолий Ефремович, а на сколько я выгляжу?

— На тридцать... пять...
— А, может быть, действительно не вы принесли этот злосчастный букет?

— Нет, Людмила Прокофьевна, это действительно я.

— Ну знаете! Хватит! Нет у вас ни стыда, ни совести!
— Дорогой Анатолий Ефремович! Мне хочется воздать вам по заслугам. Как говорится, каждому по способностям, не правда ли? У нашего руководства, то есть, у меня, родилась, как ни странно, мысль: назначить вас, одного из ведущих работников отечественной статистики, (чего там cкрывать, Ха-ха) начальником отдела легкой... ле-егенькой промышленности. Как вы на это смотрите, Анатолий Ефремович?

— Отрицательно, Прокофья Людмиловна. Я безынициативен, нерасторопен, неловок, а также робок, Людмила Прокофьевна. Я вам завалю всю работу отдела легкой... ле-егенькой промышленности.
— Я считаю вас самым трудолюбивым...

— Хм! Что вы, что вы!

— Не «Хм», а трудолюбивым работником.

— Что вы, Людмила Прокофьевна, стоит ли так меня баловать?
— Вы уходите, потому что директор вашего учреждения Калугина…

— Ну-ну, смелее, смелее!

— Самодур?!

— Угу. Самодура!
— Кстати, я надеюсь, материально вы не очень пострадали? Билеты в цирк не пропадут?

— Ну безусловно! Я загоню их по спекулятивной цене.

— Ага. Ну, в вашей практичности я нисколько не сомневалась, товарищ Новосельцев.

— Вы проницательны, товарищ Калугина!