Цитаты Маши

Вы вот не пьете. Шкурку свою бережете.
— Между прочим, я моложе его на полгода.

— Ой, а по вам не скажешь. Что делает с человеком стресс большого города..
Да нет, я не беременна. Я больна. И имя моей болезнинадежда. Это и вправду болезнь... Потому что я всегда на все и на всех надеюсь... И от этого уже стало подташнивать.
Да... Наверное, пора... Пора навести порядок в голове, как иногда мы наводим порядок в любимом гараже — перебира-а-аем коробочки с прошлым, смеемся, грустим, сортируем... — это выбрасываем, это соседке пригодится, это пока сохраним — авось самим сгодится, мало ли что... Так и в голове... Точно так же — никакого отличия... раскладываем все по полочкам, мысли о Боге — на первую, самую чистую и красивую полку — пусть я пользуюсь ими не часто, но отдавать их никому не собираюсь... Они мне самой дороги... Мм мм.... что у нас в этом замшелом пакете? Оооо... Мысли о вечном... Для начала их надо простирнуть и проветрить — и на верхнюю полку, но на видное место... Вами я частенько пользуюсь... А это что за баулы? Огромные воздушные мешки? Аааа... это же мечты! Аккуратно укладываю их на антресоли... Сейчас не до вас... Вообще то мечтать не вредно... Но и здоровее от этого не становишься... Мысли о хорошем, ну куда вас деть то? Вас много... Ладно уж — сервант с прозрачными стеклами как раз по вам плачет... Пусть сквозь стекла все видят, какая я хорошая... А вот и мысли о плохом... Нет уж, на всеобщее обозрение я вас выставлять не стану... Но и выкидывать тоже рука не поднимается... Слишком уж сладко без вас, слишком уж приторно... Вроде бы все... Стоп! А это что за огромнейшая куча непонятно чего? Откуда?... АААААА!!!!! Это же мысли о ТЕБЕ!!!! Что ж.... Беру в руки лопату.... Набираю побольше воздуха в прокуренные легкие... И.... ВЫБРАСЫВАЮ, ВЫБРАСЫВАЮ, ВЫБРАСЫВАЮ....
Если он и съел своих друзей, то только потому, что он был невоспитанным.
Зачем ты делаешь больно тем, кто тебя любит? Они ведь беззащитны из-за любви к тебе.
И если вы думаете, что двенадцать слов не могут осчастливить человека, вы глубоко ошибаетесь… Мне даже вас жаль.
Вот такая у меня семья, в которой скоро станет больше на одного человека. Брат или сестра. Занятно. Когда у него или у неё случится первый поцелуй, у меня уже будет вставная челюсть… Куда катится мир?..
Я тебя умоляю, папа… Ну какая в наше время любовь? Страсть, отношения, но любовь… Не верю. Как только человек умирает, ему тут же находят замену в лице пышногрудой блондинки с экзотическим именем
Грех – это по сути, преступление против твоей совести. А если у тебя нет совести, то и суд Божий тебе не страшен.
Казалось бы — живи да радуйся, еще кто-то из классиков сказал, что любовь облагораживает человека... То ли человек я не правильный, то ли вообще к людям меня относить не следует, но меня любовь не возвышает и не облагораживает, наоборот — я чувствую себя никчемной, низкой и жалкой.
Знаете, если мужчина носит трусы известной марки, это о многом говорит. По крайней мере, мне это сказало о том, что он себя ценит. И любит. И что у него есть деньги. Дорогое авто – это другое. Это своеобразный кич — авто видят все, ты покупаешь авто чаще для других, чем для себя, точнее, для того, чтобы у этих других сформировалось о тебе определенное мнение…. А вот дизайнерское белье… Это гурманство, чистой воды.
Жизнь очень мудрая тетенька, она раздаёт тумаки и благодати равномерно и по заслугам, хотя мы и обвиняем её частенько в несправедливости. Но… Как приходит время собирать камни, так и приходит время смотреть правде в глаза, а они, сволочи, иногда косят, и очень трудно уловить, куда же эта капризная дама смотрит…
Мы сидим втроем на моей кухоньке, и молча курим. Сейчас не нужны слова. Мы дети своего поколения — у кого-то не удался секс втроем, у кого-то не налаживается роман с женатым мужчиной, кто-то вообще живёт в интернете... И, наверное, каждый из нас получает по заслугам... Но, чёрт возьми, как же сложно жить в нашем двадцать первом... Как же противно от всего этого... Хочется окунуть голову в холодную воду... И захлебнуться.
Приплела себе нервный срыв (который, вероятно, не за горами) и вегетососудистую дистонию, у подружки моей была когда-то данная загадочная болезнь, мне название больно понравилось, вот и запомнилось. Такой болезнью болеет только интеллигенция, быдло болеют геморроем и похмельем.
А потом взял мою руку и поцеловал ладошку... Никто никогда не целовал мне ладони, оказывается, это так приятно... Да, на то они и нужны, настоящие друзья, чтобы поцеловать тебя туда, куда никто кроме них никогда и не додумался бы...
Я вижу, ты не рад мне совсем... да... не думала, что мы так встретимся, без слез радости, без дружеских объятий... как там поется в этом романсе? «Глядя на луч пурпурного заката, стояли мы на берегу Невы, вы руку жали мне, умчался безвозвратно тот сладкий миг, меня забыли вы».
Выходит, что ты мне брат... мог бы быть покрасивше, ну ничо, родню не выбирают, ну давай, целоваться на радостях.
Вижу, я тебе не очень приглянулась, ну ничего. Пойду искать по свету, где оскорбленному есть чувству уголок...
Спасибо тебе, за любовь, за ласку, за хлеб, за соль. Пойду я, пожалуй. Как говорится: «Была без радости любовь, разлука будет без печали».
... Мне не раз казалось, будто я делаю что-то не то. При этом все хорошо, все в порядке, все получается, мною довольны, меня хвалят, я — лучше всех... а все равно — не то! Но бывало и так, что мне грустно, и все валится из рук, и хочется спать по двадцать часов в сутки, потому что бодрствование не сулит особых радостей, но при этом на сердце легко и покойно, в глубине души я знаю: все правильно, все идет по плану, так и надо.
... Успокойся. «Другой» он, видите ли... Ты – это ты. Твоя кровь отравлена памятью обо мне. Меня это вполне устраивает – чего ж тебе еще?
Он смеётся. Я представляю его ямочки, у меня кружится голова и мне хочется чтобы он увидел меня такой – немного растрёпанной, милой, растерянной, детской в чём-то…
Да, да… Я имею в виду именно это – любовь, как её не назови, всё равно – это именно она, хихикающая тетка вся в розовом с пушистой собачонкой на поводке – сексуальное влечение
Помешаны они на наших Наташах — оно и понятно, какая ещё баба и в постели тебя как в лучшем борделе обслужит, да ещё ни свет ни заря вскочит, шнурки погладит да накормит, как в лучшем турецком ихом ресторане? Вот и осыпают они наших глупых Наташ своим дешёвым турецким золотом, да отпускают их раз в год на родину – перед подругами похвастать – «Посмотрите, девчонки, как у меня жизнь-то удалась!» Ещё бы зубы золотые вставила и вперед – на лом, вместе с телом…
Вполне допустимые отношения – ему подарила любовь русская девушка, он укатил на следующий день и раз в пятилетку посылает ей открытки с сердечками на электронку. Очень мило. Я бы даже сказала – кайф.
Вроде были у меня мужчины, вроде не первое свидание, вроде коленки мои зацелованы до неприличия, а комплименты можно издавать подарочным трехтомником… Но я млела. Предательски млела, впиваясь пальцами ног в подошву собственных туфель
Да, я взрослая девочка, я давно рассталась с розовыми очками, точнее, жизнь сама сбила их с моего лица, случайно, когда в очередной раз давала мне пощечину, в тот раз пощечина, видимо, была сильнее, чем обычно.
Вышел, дверцу мне открыл, я как самолет приземлилась на переднее сиденье и не забыла эффектно убрать шасси – одну за другой, пусть видит золотой запас родины
Ночная Москва похожа на проститутку – она себя продаёт, причём продаёт выгодно и не дёшево…
Вроде как говорили о погоде, а на самом деле происходил совсем другой, немой разговор, на высшем уровне, на уровне мысли
Когда не было завтра и вчера, когда было только сегодня, и прожить его надо было на струне, на максимуме, на кромке дыхания
И он бы вбежал в мою квартиру в расстегнутой рубашке, благо мы соседи, и вынес бы меня на руках, благо я не ем после шести и тушка моя за последнее время заметно приосанилась…
Ну, вот! Вы не смотрите на меня так. Женщины пьют чаще, чем вы думаете. Меньшинство пьет открыто, как я, а большинство тайно. Да. И всё водку или коньяк.
Когда берешь счастье урывочками, по кусочкам, потом его теряешь, как я, то мало-помалу грубеешь, становишься злющей.
В этом городе знать три языка роскошь. Даже и не роскошь, а какой-то ненужный придаток, вроде шестого пальца. Мы знаем много лишнего.
Когда читаешь роман какой-нибудь, то кажется, что все это старо и все так понятно, а как сама полюбишь, то и видно тебе, что никто ничего не знает и каждый должен решать сам за себя...
Свободный художник – то есть художник никому не нужный. Потому что те, кто признан и при деле, свободными себя не называют. А ещё легко можно прикрыться излюбленной фразой всех неудачников: «Я в творческом поиске». Ага, то есть я тупо работаю, тупо рисую, тупо прячу то, что рисую, потому что знаю, что рисую тупо.
Перед тем как заснуть, Маша прижималась к Жене, чувствуя под губами его соленую от морской воды кожу, и думала о том, какое счастье им было дано в жизни найти друг друга в этом пойманном, засранном мире, где правят сперма и злоба.
— Как странно всё на этом свете.

— Что вы хотите этим сказать?

— Вот лет пятьдесят или сто назад какие прекрасные, умные, благородные люди жили на этой земле, как глубоко они умели чувствовать, как высоко умели страдать! Какая прекрасная была жизнь! А мы? А какой кошмар будет еще через пятьдесят или двести лет?
Вот почему от любви люди плачут? Не проще ли жить без любви? Но парадокс в том, что без любви люди тоже плачут, от одиночества… Так лучше уж плакать от любви, это, хотя бы, оправдано…
А я вообще умная — это недостаток, но не всегда показываю свой ум — это достоинство.
И вообще, я этих детей боюсь. Они орут. И умирают во сне. И становятся потом наркоманами.
Мне кажется, человек должен быть верующим или должен искать веры, иначе жизнь его пуста, пуста...