Цитаты Ганнибала Лектера

Скажи, Уилл, тебе понравилось... убивать? Почему бы не любить убивать? Сам Бог это делает. На той неделе в Техасе Он обрушил крышу церкви на голову тридцати четырёх своих приверженцев, поющих гимн.
— Вам, наверное, интересно бы узнать, стою ли я того, чтобы вы тратили на меня свое время?

— Каждый человек стоит того, чтобы тратить на него время, Ганнибал. Если на первый взгляд человек кажется неумным, посмотри попристальней, загляни к нему внутрь.
Никогда не отвечайте остротой на остроту. Послушайте: желание понять остроту и ответить на нее заставляет собеседника совершить в уме поспешный и не относящийся к предмету беседы поиск. Это ломает настрой. Успех беседы зависит от настроения, от той атмосферы, в которой она протекает.
Убивать должно быть приятно самому Богу. Он все время этим занимается. А разве мы не созданы по Его образу и подобию?

(Бог любит убивать, он все время этим занимается. А мы созданы по его образу и подобию.)
Эмоции человека — дар от наших животных предков. Жестокость — это дар, который люди приобрели сами.

(Человечность — это дар от наших животных истоков, а жестокость человечество породило само.)
Зеркало вашего сознания отражает и хорошее в вас, не только ужасное в других.
Если ты откроешь эту дверь, ты не сможешь контролировать то, что в нее войдет.
слово, которое Вы презираете также, как они презирают Вас; они дали бы Вам медаль, Вы повесили бы её на стену для того, чтобы она напоминала о Вашей храбрости и неподкупности, чтобы убедиться в этом достаточно взглянуть в зеркало.
Разве свинья, откормленная, забитая и высушенная на воздухе, действительно превосходит других?
Ты смог меня поймать, Уилл, потому что мы очень похожи. Хочешь почувствовать запах убийцы — принюхайся к себе.
— Думаю, Джек видит вас маленькой хрупкой чашечкой. Из тонкого фарфора, только для особых гостей.

— А кем меня представляете вы?

— Мангустом, которого я бы хотел иметь дома, если туда заберется змея.
— В схватке природы с природой я не делаю ставок. Мы созданы по ДНК-чертежу и рождены в неподвластный нам мир закономерностей и случайностей.

— О, славься уродливый мир, да?
Правосудие не только слепо. Оно безмозгло и бессердечно.
Почему, как вам кажется? Почему вас так ненавидят? Ваш цель — порядок, и вы ему служите. А они — нет. Вы верите в принесённую вами клятву. А они — нет. Вы считаете своей обязанностью защищать ягнят. А они — нет. Они вас не любят, потому что вы на них не похожи. Они вас ненавидят и завидуют вам. Они слабы, несдержанны и ни во что не верят.
— Ведите себя как следует, и будете жить.

— Говорите как истинная протестантка.
— Для них я — странная.

— Уверяю вас, я гораздо страннее. Странность — это нормально.
Ненормальная реакция на нестандартную ситуацию — это нормально.
Любой выбор может привести к сожалению. Однако, если я решаю что-либо не делать, это, как правило, к лучшему.
Бог чрезмерен в буйстве своей злобы и ни с чем не сравним в своей иронии.
Раньше я боялся потерять память, но теперь был бы счастлив кое-что забыть. Память — как фреска в моей голове. Она делает события вечными, но забывчивость дарит умиротворение. Нужно забывать.
Любой выбор порождает возможность сожаления. Жизнь без сожаления — это не жизнь. Сожалеешь не о том, чего не сделал, а о том, что мог бы сделать.
Пока не начали, предупреждаю: тут нет ничего вегетарианского.
По-настоящему можно знать только того, кого любишь. Любовь позволяет нам разглядеть потенциал человека. С её помощью те, кого мы любим, смогут осознать свой потенциал. Благодаря любви, этот потенциал реализуется.
Неумение верить людям культивирует веру в религию: не можешь положиться на ближнего, полагаешься на бога.
— О чем вы думаете, когда мыслите об убийстве?

— Я думаю о Боге.

— А добро и зло?

— Они к Богу никакого отношения не имеют.
Никто не может досконально знать человека, не будучи разве что в него влюбленным. Благодаря этой любви мы видим потенциал в своих любимых, благодаря этой любви позволяем своим любимым увидеть в себе этот потенциал. В выражении этой любви потенциал наших любимых и реализуется.
Садовые овсянки. Они направляются в Африку, а он их ловит и подаёт на обед... Точно как люди — их собратья на вертеле, а они всё равно поют.
— Как ты думаешь, Бог действительно намеревался съесть Исаака и потому приказал Аврааму его убить?

— Нет, Ганнибал. Разумеется — нет! Ведь ангел вмешивается вовремя!

— Не всегда.
— Каждая жизнь, словно мелодия. Как и музыка, мы — конечное явление, уникальное сочетание; иногда гармоничное, иногда диссонирующее...

— Которое иногда не стоит слушать снова.
Дьявол был ярмом на шее человечества с того момента, как мы начали думать и мечтать.
— Убить или пощадить?

— Пощады не существует. Мы ее придумали, создали в тех частях мозга, которые слишком сильно развились с первобытных времен.

— Но это значит, что не существует и убийств. Просто мы придаем им значение.
Страшна не смерть, а бесполезность плоти.
— Я медленно усыхаю. А эта вещь с каждым днем все больше. Но мне хорошо.

— Вам и будет хорошо. До того момента, когда перестанет.
Психопаты не безумны. Они прекрасно знают, что делают и какие от этого будут последствия.
— Мэйсон невежлив. А невежливость мне до жути... мерзка.

— Подумываете съесть его?

— Пожирать наглость стоит при любом удобном случае.