Цитаты Арея

Что мы все без эйдосов? Сдувшиеся шары, фантик от ничего.
Когда же уже убивают, поздно изображать стойку жирафа, лягающего копытом низколетящего бегемота.
Хотелось бы узнать, в какой конкретно валюте я «дорогой»?
Нытье и отговорки — для неудачников. У этих болванов нет времени побеждать. Свои дни они тратят на поиски причин, почему они ничего не сделали и кто им помешал.
Слова материальны. Тот, кому они предназначены, всегда услышит.
Жизнь, по большому счёту, это не битва мышц, но столкновение твоей воли с волей чужой. Тело упало, но воля подхватила его и повела в бой. Слабая воля — это тухлое яйцо со слабой скорлупой. При любом ударе извне скорлупа трескается. Сильная воля — это алмазное яйцо. Оно не может треснуть, даже если вокруг расколется весь мир. И неважно, в каком оно теле — взрослого или ребёнка.
Как видишь, никакого надувательства — сплошной лохотрон.
Сегодня ты в ударе — изрекаешь прописные истины со скоростью учительницы очень средней школы.
О, подростки... Уже не дети, ещё не взрослые, а так себе... Самомнение на тонких ножках!
России, я считаю, давно нужен гений. Но гений несколько необычного свойства. Обычные гении открывают всякие новые вещи, а этот бы закрывал старые. Атом, например, бактериологическое оружие, Америку. Колумб, скажем, открыл, а Вася Петров закрыл.
Да если б существовал такой большой кирпич, которым можно было всех нас разом прихлопнуть и при этом не слишком навредить экологии, они бы нас прихлопнули и преспокойно любили дальше.
Большинству людей счастье тоже противопоказано. Они мгновенно начинают искать, чем себя наказать и чуть ли не битое стекло грызут.
Зачем – самый бестолковый вопрос в мироздании. Зачем светит солнце, зачем губы встречаются в поцелуе, зачем люди убивают друг друга… А шут его знает зачем! Лучше пойми, как это работает, и пользуйся.
Четырнадцать–пятнадцать–шестнадцать лет – это возраст любви. Настоящей любви. Дальше эта способность нередко теряется, ибо к чистой любви примешивается много других чувств, которые имеют к ней столько же отношения, сколько жук, попавший в миксер, имеет отношение к молочному коктейлю.
В мире лопухоидов, синьор помидор, есть только одно право — право сильного. Слабых духом (их-то в первую очередь) топчут и забивают ногами — морально, а зачастую и буквально. Кроме права силы, других прав почему-то не придумали.
Простоять на кулаках восемь раз по три минуты – это так просто. Особенно тому, кто никогда этого не делал.
Сильные духом сохранили бы свой дух даже в зоне за полярным кругом. Гнилые же ухитрились бы сгнить даже на Гавайских островах, в гамаке под пальмой!
Каждый человек в состоянии тащить на себе определенное число неприятностей. Одну большую, две средних, три загрузона и так далее. Но потом наступает предел. Человек загружен по уши. Попроси его коробок спичечный передать — он тебя убьет.
Благие побуждения, сдаётся мне, чаще всего идут довеском к какому-нибудь иному мотиву.
Что нам делать? Как быть? Кто виноват? Ты чё, больной? И сколько стоит? Эти пять вопросов определяют действительность на двести лет вглубь и на триста лет вперёд. Особенно популярны вопросы три и пять.
Теория без практики – это рюкзак с учебниками по плаванию за спиной тонущего.