Цитаты Александра

— Страх — это хорошо. Страх = это отличная составляющая честности.

— Как насчет уважения?

— Понимаешь страх — это честность. А уважение — это порядочность.
Мужчина по своей природе должен о ком-то заботиться. Для самого себя мужчине работать стыдно... он должен за-бо-ти-ться!
Не, меня, конечно, можно обманывать... но только в трех случаях.

1. Если умнее меня.

2. Если ты хитрее меня.

3. Если у тебя есть билет в какую нибудь безопасную страну.
— Где? Рыба где?

— ...

— Постоянное содержание в темноте приводит к длительному стрессовому состоянию у рыб... А еще ей страшно от зеркальной поверхности пустого дна...

— Отлично! Значит у моей рыбы депрессия.
... в жизни надо иметь что-то, за что можно уцепиться, что-то, что никогда тебе не изменит и не позволит превратиться в животное. Для меня таким якорем стала моя гордость.
Единственная цель художника – запечатлеть собственные переживания. Но с того момента как произведение закончено, оно живет самостоятельной жизнью и высказывает совсем не то, что в него было заложено.
Чтобы сильно не разочаровываться, не надо сильно очаровываться.
Друзья — это те, кого я не опасаюсь. Это такие люди, которые мне нужны больше, чем я им. И уж точно между нами должна существовать не работа, а необходимость общения. Общения любой ценой, только эту цену никто не потребует. Дружба — вещь таинственная, как и любовь. Ни о какой корысти здесь речи идти не может. Просто у двух людей существует необходимость друг в друге.
Детей как можно позволить!? Детей нужно хотеть!
А как же тебя зовут? Ты ведь первый человек, которого я встретила в Азии...

— Александр.

— О, как вашего царя, — рассеянно заметила она. — Благодарю, и пусть хранят тебя боги.
Ее привела судьба, сказала она.

Он смотрел ей вслед, когда она, уже протянув руку к пологу входа, вдруг обернулась. Из взгляды скрестились на миг. Есть такие мгновения, которые способны перевернуть всю жизнь.
Благородство понимают только благородные, а страх понимают все.
— Успех — это когда о вас все знают?

— Нет. Успех — это когда ты можешь изменить мир. Хоть чуть-чуть. Именно ты, своей волей. Успех — это власть, если хочешь знать...
Любовь в нашем безумном мире — единственное, чем ещё можно сейчас спастись. Единственная сказка, оставшаяся человечеству в утешение. И мы в неё по-прежнему верим.
— У вас с собой нет вилки?

— Вилки? Зачем?

— Лапшу снимать. Которую вы мне на уши вешаете.
– Александр, ты мне объясни, чтобы я поняла, что здесь делаю. Ты меня трахнуть хочешь или перевоспитать?

– Пытаешься меня шокировать? Зря ты. Я знаю, под твоим напускным цинизмом скрывается чистая ранимая душа.
Летом здесь красиво. Поставишь Земфиру, смотришь и слушаешь: «До свиданья, мой любимый город… я почти попала в хроники твои…». Хроник – это кто, алкоголик или торчок?
Эта свинка шла на рынок,

Эта — дома без ботинок,

Эта съела пять котлет,

А у той котлеты нет.

Эта плачет: — Где я? Где?

Неужели быть беде?

Где дорога, где мой дом -

За рекою? За холмом?
Эдуард, видимо, выше меня, по правде говоря, он слишком высок. В общении с женщинами это служит к его выгоде. Я многократно замечал, что рост выше среднего является несравненным козырем в глазах этих цесарок, какими бы физическими изъянами он ни сопровождался. Вы можете быть близоруким, лысым, тучным, горбатым, иметь зловонное дыхание, но если в вас росту больше ста восьмидесяти пяти сантиметров, — весь курятник будет у ваших ног.
Вы все! Чтите свою Родину и своих отцов! … Мы с вами не рабы! Мы – свободные люди Македонии! Кто-то из вас, а возможно, и я, не увидит, как сегодня солнце спустится за эти горы. Но я скажу вам то, что с незапамятных времён известно любому воину, — страх нужно преодолеть! И тогда, обещаю, вы победите смерть! И когда-нибудь вы сможете сказать: я сражался в этот день у Гавгамел!.. За свободу! И во славу Греции! Зевс нам поможет!
Мы вместе. В последний раз, Буцефал! Разве это не прекрасно – жить с отвагой в сердце и умереть, покрыв себя вечной славой?! Вперёд, македонцы!..

Именем Зевса, вперёд!
— Царь неизбежно будет причинять боль тем, кого любит.

— Но, отец, я никогда не поступлю так!

— Ты еще вспомнишь мои слова, сын.
Сын пишет, что танки — страшная вещь. Когда мужчина пишет про что-нибудь «страшно» — это значит, что он уже переборол свой страх.
— Любишь его?

— Пожалуй, да.

— А он тебя?

— Нет, он меня не любит.

— А как же вы живёте?

— Во взаимном уважении.
Страсть не должна угасать. Все с этим мирятся, а меня тошнит.
Страх нужно преодолеть, и я обещаю Вам, Вы победите смерть.
— Нужно было поддаться тебе, Александр.

— Ты победил, но обещаю, я возьму реванш.
— Ты всё ещё задираешь голову. Как мне нравится.

— Не исправлюсь никак.

— И не нужно, меня восхищают все твои привычки, Александр. Твои глаза удивительны. Я говорю, как смущенный глупый мальчишка. Мне не нужен никто другой, я боюсь тебя потерять, клянусь Афродитой. И я ужасно ревную тебя к тому миру, который ты мечтаешь завоевать, Александр.
— Моё бедное дитя. Ты словно Ахиллес, приговоренный к величию... Возьми все мои силы. Ты никогда не должен путать свои чувства с твоим долгом, Александр. Царь должен делать все для своего народа. Этим летом тебе будет уже девятнадцать, а девочки говорят, что ты больше интересуешься не ими, а Гефестионом. Я понимаю, это естественно для юноши. Но уйдя в поход в Азию без законного наследника, ты рискуешь всем.

— Гефестион любит меня. Таким, каков я есть, а не из-за трона.
Мужчины возвращаются домой из-за женщин, а у меня такой нет...

(Всех мужчин домой влекут женщины…)
Меня не надо бояться. Со мной надо разговаривать.
Диэнек говорил, что душа похожа на дом со множеством комнат. Есть комнаты, в которые нельзя входить. Предчувствие смерти — одна из таких комнат. Мы не должны давать себе даже думать о ней.