Жизненные цитаты — цитаты, высказывания и афоризмы

Вода в графине — чудо из чудес,

Прозрачный шар, задержанный в паденье!

Откуда он? Как очутился здесь,

На столике, в огромном учрежденье?

Какие предрассветные сады

Забыли мы и помним до сих пор мы?

И счастлив я способностью воды

Покорно повторять чужие формы.

А сам графин плывет из пустоты,

Как призрак льдин, растаявших однажды,

Как воплощенье горестной мечты

Несчастных тех, что умерли от жажды.

Что делать мне?

Отпить один глоток,

Подняв стакан? И чувствовать при этом,

Как подступает к сердцу холодок

Невыносимой жалости к предметам?

Когда сотрудница заговорит со мной,

Вздохну, но это не ее заслуга.

Разделены невидимой стеной,

Вода и воздух смотрят друг на друга...
— Отношения выстраивать очень сложно.

— Потому что в них нет правильного ответа.
Забавная вещь во взрослении: год за годом все отчаянно боятся быть странными в каком бы то ни было случае. А затем неожиданно, чаще всего ночью, все начинают хотеть быть другими.
Время — честный человек, как говорят итальянцы, а они всегда говорят правду! Вот время мне и покажет, кто мне желает зла, а кто мне желает добра.
... Душа человеческая вечно жаждет большего. Душа не может жить одними лишь удовольствиями и тщеславием. Если ей не дать иной пищи, она, подобно дикому зверю, сперва терзает других, затем самое себя.
— Как у нас дела?

— Не знаю пока.

— В смысле?

— Ясно, что всё плохо. Непонятно — насколько.
Второй шанс вы даете в первую очередь себе, а не человеку, который подвел вас, не оправдал оказанного ему доверия. Так скажите — зачем давать этот шанс человеку недостойному? Возможно, лучше дать эту возможность кому-то новому, тем самым восстановив свою веру в добрые помыслы человека, который рядом. Ведь иначе вы обрекаете себя на страдания в ожидании очередного подвоха, потому как история имеет свойство повторяться, и дата очередного «второго шанса» лишь вопрос времени.Друзья мои, будьте верны своим принципам и людям, которые рядом с вами, и помните: «Начать с начала можно только с новыми людьми!»
Произведение живописи, не следующее канонам природы, становится гротеском.
Не хочу взрослеть! Я останусь так: в детстве, но умнее своих лет.

Страшно. Это вроде «нашли рак». Или тихо тычется пистолет.

Вот мое отражение. Да, прыщи. Шмотки типа «умненький неформал». Сколько оправдания ни ищи, знаешь, – этот мир тебя надорвал.

«Вижу, притворяешься до сих пор. И не надоело? Не слышу? Нет?»

Зеркала глядят на меня в упор. Молча и упрямо гляжу в ответ.

От такого взгляда не убежать, не уйти домой, не укрыться пледом.

Не спасают градусы и кровать.

Угол паденья падающим неведом.

Острый, как наточенная фреза, взгляд – сильнее, дольше, чем остальные. Страшно то, что это – мои глаза.Взрослые. Уверенные. Стальные.

Звон! Осколки брызнули по щеке. Только оцарапали мне лицо.

Я дезинфицирую. Все окей.

Я же не ребенок, в конце концов.
Ты можешь злиться, что не развиваешься, дескать, все идет не так, как хочется, но плоды тяжкой работы никогда не пропадут зря.
Подумай как следует над тем, что говоришь, когда говоришь и кому говоришь.
То, что люди зовут сверхъестественным, есть то естественное, что человек не может или не хочет постичь.
Ты знаешь, кто такой сумасшедший? Сумасшедший — это такой человек, который отличается от большинства. Это большинство определяет, кто сумасшедший, а кто — нет. Вот, например, микробы. Восемнадцатый век: нет микробов. Никто даже о них и не думает. И тут появляется этот доктор… ээ… как его… Сэмельвайс, да, Сэмельвайс. И он пытается убедить всех людей, в особенности других врачей, что существуют такие маленькие невидимые плохие штучки; они попадают в твое тело, и ты заболеваешь. И он хотел, чтобы доктора мыли руки. Ну, и кто он после этого? Псих! Да? «Эти маленькие, невидимые... как вы их называете? Микробы, да? А? Что? Где?». Или вот пример. Двадцатый век. На прошлой неделе, прямо перед тем как меня забрали в этот притон. Я хочу съесть гамбургер. Этот тип роняет мой гамбургер, потом поднимает и отряхивает, как будто ничего не случилось. Я говорю: а как же микробы? А он говорит: а я не верю в микробы. Их придумали для того, чтобы продавать побольше мыла. Ну, и кто из нас сумасшедший, а? Правильно, неправильно — да что это такое? Существует только общественное мнение!
— Ты знаешь, а вообще-то я против всех этих снадобий.

— Почему?

— Да, средняя продолжительность человеческой жизни увеличилась, это так, но ведь увеличилась жизнь не только порядочных людей, но и всяких гадов. А они, эти гады, живут и лечатся, лечатся и живут. Конца нет...
После Бога мы в первую очередь в долгу перед женщиной: сперва она дарует нам жизнь, а потом придает этой жизни смысл.
— Знаешь, что действительно грустно?

— Что?

— Финал «Титаника».
Утешать плачущих, наверное, такой же талант, как музыкальный слух или умение видеть для художника. Одни люди могут с упоением гладить страдальцев по голове и даже подставлять свое плечо, чтобы те, не стесняясь, использовали его в качестве носового платка. Других при виде слез вдруг сковывает внезапный паралич, и все, о чем они могут думать в этот момент, — это как бы поскорее убраться из помещения. Порой встречается еще и третий тип, который, не умея вынести ваших страданий, вдруг начинает плакать вместе с вами и даже еще горше, чем вы, при этом зачастую не имея ни малейшего представления о причине концерта. Первый и третий типы для прекращения потока слез абсолютно бесполезны, я бы сказала, даже вредны. При людях второго типа перестаешь плакать просто потому, что чувствуешь себя палачом, применяющим запрещенные пытки.
Одна из глубочайших особенностей русского духа заключается в том, что нас очень трудно сдвинуть, но раз мы сдвинулись, мы доходим во всем, в добре и зле, в истине и лжи, в мудрости и безумии, до крайности.
– Не любишь ты людей, папа.

– Я люблю человека! Но его так трудно любить… Он делает все возможное, чтобы моя любовь к нему не состоялась.
Иногда мне кажется, что родители родили меня не для того, чтобы я радовался жизни, а для каких-то других, своих целей.
Небо, поля, деревья, снег, тряска саней – все хорошо.

Просто жить – уже хорошо. Только на таком контрасте все прелести своего пребывания на этой грешной земле и можно прочувствовать. По-другому и не понять, насколько ты на самом деле везучий…

Ведь даже мороз – это хорошо! Замечательно просто!
Истинно человечный муж добивается всего собственными усилиями.
Благоразумному указываю путь:

Игральным шариком иль мячиком

не будь!
Делай в этой жизни что хочешь, но помни, что за все придется отвечать. Живи как пожелаешь, но помни, что смерть настигнет тебя, ибо тебе её не избежать.
Закон не привык смотреть наверх, он привык смотреть свысока.
Этот город живёт по законам джунглей. Здесь даже крысам небезопасно. Те, кто клялся защищать нас, грызутся, чтобы урвать кусок побольше, лишённые последней капли достоинства. А те, кто обязан судить их, грызутся между собой за свою добычу. Но так было не всегда.
Если на вопрос «как делачеловек отвечает «нормально», значит вы не входите в сферу его доверия.
Нужно совсем немного,

Чтобы узнать меня.Ты слышишь сейчас мой голос?

Это и есть я.

It wont take long for me

to tell you who I am.

You hear my voice?

Right now well that's pretty much what I am.
Все знают, что умрут, но никто не хочет слышать это от тебя.
Есть выражение «свободен как птица», но птицы вовсе не свободны, насколько Саффи может судить: они связаны друг с другом привычками, сезонными потребностями, биологией, природой, самим своим происхождением на свет. Не более свободны, чем другие.
Дом — не просто совокупность материальных составляющих; это хранилище воспоминаний, сосуд всего, что происходило в его стенах.
Прожитые годы оставляют свой след: блаженное чувство юной неуязвимости тает, и ответственность ложится на плечи тяжким бременем.
Он прочёл определение: «острая тоска по прошлому», и Перси с бесшабашной уверенностью юности подумал: что за странная концепция! Она не понимала, зачем кому-то искать возвращения в прошлое, когда всё самое интересное скрывается в будущем.
О, но мне так нравятся тучи! Они намного сложнее, чем ясное небо. Если бы они были людьми, именно с ними я постаралась бы познакомиться поближе. Намного интереснее гадать, что скрывается за слоями облаков, чем вечно любоваться простой, чистой, кроткой синевой.
Просто сестра – это такая зараза, которую вроде как и любишь больше всех, но и выбешивает она почему-то ужасно!