Грустные цитаты — цитаты, высказывания и афоризмы

Добрый охотник/добрая охотница, возможно, это прозвучит странно, но... Я как-то изменилась? Только что откуда-то, возможно, глубоко изнутри я почувствовала, что освобождаюсь от тяжких оков. Не то чтобы я знала... Как странно...
Эта плита воздвигнута в честь охотника/охотницы, которого/которую я когда-то знала. Сон пленил его/её, но не сломал, и в итоге он (а) увидел (а) свет зари... Я молюсь о том, чтобы ты нашел/нашла свое предназначение в реальном мире.
Заплывёт душа телом... Иной так способен оскотиниться, что страшно пожелать ему здоровья и счастья.
Слышу, как проходит шагом скорым

Пересудов тягостный отряд…

Я привык не верить наговорам, -

Мало ли, что люди говорят.

<...>

Говорят, что ты меня не любишь, -

Что с того, коль я тебя люблю!
Глупый, почему ты так добр ко мне? Это слишком больно, когда ты такой...
Всякий, кто ищет утешения после потери любимого предмета, уже более чем наполовину утешен.
Я не жду ответов. Я не задаю вопросов. Я уже закрепил на плечах парашют для экстренной высадки в грядущий ад. Мне плевать. Я движусь к абсолютному минусу. Поэтому я сажусь ближе к градуснику, чтобы успеть зафиксировать свою самую низкую температуру.
Хас-Булат удалой!

Бедна сакля твоя;

Золотою казной

Я осыплю тебя.

Саклю пышно твою

Разукрашу кругом,

Стены в ней обобью

Я персидским ковром.

Галуном твой бешмет

Разошью по краям

И тебе пистолет

Мой заветный отдам.

Дам старее тебя

Тебе шашку с клеймом,

Дам лихого коня

С кабардинским тавром.

Дам винтовку мою,

Дам кинжал Базалай,

Лишь за это своюТы жену мне отдай.

Ты уж стар, ты уж сед,

Ей с тобой не житье,

На заре юных лет

Ты погубишь ее.
Что вам слова любви?

Вы бредом назовёте.

Что слёзы вам мои?

И слёз вы не поймёте.

Оставьте ж мне мечты.

Ни словом и ни взглядом

Сердечной теплоты

Не отравляйте ядом.
Isn't it a shame that you were lying,

When you said to me (small talk),

I was the only one,

You and I were meant to be?

Разве не ужасно, что ты врала,

Убеждая меня (пустые разговоры),

Что я единственный,

Что ты и я созданы друг для друга?
The last cold ray of sunshine

Slowly disappears

Round the corner of the building

And leaves you alone,

When darkness covers the city

And the streets are silent too,

What will you turn to?

Когда последний холодный луч солнца

Медленно завернет

За угол здания,

Оставив тебя в одиночестве,

Когда тьма накроет город

И тишина воцарится на улицах,

Что сможет спасти тебя?
And on the morning after

Do you realise,

See the ruined faces

And the ruined lives,

Inside your head

Do you never have

the thought, a moment of doubt?

И на следующее утро

Осознаете ли вы, что натворили,

Видя покалеченные лица

И покалеченные жизни?

Неужели вам в голову

Не закралась ни одна мысль,

Ни одна тень сомнения?
Drawing lines upon the sand,

On the land, on the sea,

Then dying to defend them

Seems quite meaningless to me.

Вычерчивать линии по песку,

По земле, по морю,

А потом умирать, защищая их -

На мой взгляд, бессмысленная затея.
I won't be coming home tonight,

My generation will put it right.

We're not just making promises,

That we know, we'll never keep.

Я не приду сегодня вечером домой,

Для моего поколения это нормально.

Мы просто не даем обещаний,

Потому что знаем, что не сдержим их.
Что-то мало счастливых людей

В государстве прекрасных идей.

Как-то мало счастливых минут

В той стране, где господствует труд.

Что-то мало безоблачных лиц

Среди жителей наших столиц.

Видно, только на периферии

Достигают они эйфории...
Счастливые стихов не пишут

Ни в будни, ни по выходным.

Они рождаются и дышат

Счастливым воздухом своим.

<...>

А ты, растерзанный на части

Печалью, ложью и стыдом

Себе изобретаешь счастье

На трудном листике пустом.
Ах, как много дураков!

Больше, чем растений,

Насекомых, облаков

И других явлений.

Пробираясь сквозь толпу,

Глянешь осторожно:

Не написано на лбу,

Но прочесть возможно.
А где-то плачут поезда,

Совсем по-детски горько плачут.

И надо мной видит звезда,

Но это ничего не значит...
Я тучи разгоню руками

И в прошлое закрою дверь,

И спрячусь за семью замками,Ты не ищи меня теперь.
Сижу и боюсь вернуться,

Проверить, а вдруг ты с ней.
Не разрыв у нас, а так, просто трещина,

Не была с тобой эта женщина,

Померещилось, померещилось.
Уже другая в комнате,

Где тень моя ещё с твоею не простилась,

Ещё лежит на ней твоя рука,

И голос слышен мой прощальный,

И тихое моё «Пока».
Кто ко мне позовет обитателей тесных могил,

Самых близких, погибших в расцвете здоровья и сил?

Разве я их узнаю при встрече, восставших из праха,

Если б чудом неслыханным кто-нибудь их воскресил?

Кто ко мне позовет их, завернутых в саван немой?

Разве в бездну могилы доносится голос земной?

Не зовите напрасно. Никто не приходит оттуда.

Все уходят туда — не ищите дороги иной.

Эй, живой человек! Посмотри на себя — ты мертвец.Жизнь истрачена вся. Наступает обычный конец.

Седина — твой убор головной, ослепительно-белый.

Унеслась твоя молодость, время горячих сердец.

Твои сверстники умерли — ищут обещанный рай.

Обогнали тебя, обошли. Торопись, догоняй.

На земле для тебя, старика, ничего не осталось,—

Ни надежды, ни радости. Времени зря не теряй!

Собирайся в дорогу, пора. В вековечную тьму.Путь последний тебе предстоит. Приготовься к нему.

Все имущество брось — и воистину станешь богатым.

Презирай богача — это нищий, набивший суму.

Собирайся, не медли, не бойся отправиться в путь.

Не надейся, что будет отсрочка, об этом забудь.

Поддаваться греховным соблазнам — постыдное дело.

Обуздай свои страсти и высшее благо добудь.

Тот, кто истину ищет, найдет путеводный маяк.

О слепые сердца! Прозревайте — рассеется мрак.

Удивляет меня горемыка, отвергший спасенье,

И счастливец, на время спасенный от всех передряг.

Удивляют меня беззаботно слепые сердца,

Что поверили выдумке: жизнь не имеет конца.

Новый день приближается — всадник на лошади белой

Он спешит. Может быть, это смерть посылает гонца.

Твоя бренная жизнь — подаяние божьей руки.

Неизбежная смерть — воздаянье тебе за грехи.

Обитатель подлунного мира, вращается время,

Словно мельничное колесо под напором реки.

Сколько стен крепостных уничтожил безжалостный рок

Сколько воинов он на бесславную гибель обрек!

Где строители замков, где витязи, где полководцы?

Улыбаясь, молчат черепа у обочин дорог.

Где защитники стойкие, доблести гордой сыны,

Чье оружие сеяло смерть на равнинах войны?

Где вожди, созидатели, где повелители мира,

Властелины вселенной? Закопаны, погребены.

Где любимцы собраний — о них не смолкала молва.

Словно заповедь божью, народ принимал их слова.

Где кумиры толпы? Стали просто комочками праха,

Сквозь которые ранней весной прорастает трава.

На престоле небес восседает предвечный Аллах.

Он карает, и милует, и обращает во прах

Непокорных глупцов, и на небо возносит достойных.

Он велик. Ему равного нет в бесконечных мирах.

Для любого из смертных он выделил долю его.

Кто посмеет судить справедливую волю его?

Ограждая от гибели, от заблуждений спасая,

Нас к единственной истинной цели ведет божество.

Остаетесь глухими, беспечно живете, друзья!

Подступают последние сроки, расплатой грозя.

Позабудьте соблазны — внемлите разумному зову.

Приближается время возмездия, медлить нельзя.

Безвозвратно ушедшие в лоно могильной земли!

В этом новом жилище какое вы благо нашли?

Все теперь вы равны, и у всех одинаковы лица,

Хоть по-разному вы к завершению жизни пришли.

Обитатель могилы! Забыл ты земное жилье.

Заколочена дверь в неземное жилище твое.

Даже с мертвыми, спящими рядом с тобой, по соседству,

Ты не вправе общаться. Проклятое небытие!

Сколько братьев своих я оплакал и в гроб положил!

Сколько раз я их звал возвратиться из темных могил!

Брат мой! Нам не помогут напитки, еда и лекарства.

Жизнь уходит, по капле бежит, вытекая из жил.

Брат мой! Ни ворожба, ни заклятие, ни амулет

Не спасли от погибели, не дали помощи, нет.

Брат мой! Как тебе спится на каменном ложе подземном,

Как живется в последнем убежище? Дай мне ответ!

Я пока еще жив, еле вынес разлуку с тобой.

Я горюю один над твоей безысходной судьбой.

Ведь кончина твоя стала смертным моим приговором.

Жду последнего дня — полумертвый и полуживой.

Плачет сердце мое, разрывается сердце, дрожа.

Припадаю к могиле, едва от рыданий дыша.

Брат мой милый, навеки ушедший, единственный брат мой!

Вспоминаю тебя — каменеет от боли душа.
— Папа, а мама теперь тоже призрак?

— А с чего ты взяла?

— Пират умер — и стал призраком, и мама умерла. Значит, она тоже призрак?!

— Нет... Знаешь, мамы никогда не превращаются в призраков. Никогда! Они поселяются в небе, в очень красивом месте и оттуда на нас смотрят.
Показалось, что горе прошло

И узлы развязались тугие.

Как-то больше воды утекло

В этот год, чем в другие.

Столько дел надо было кончать,

И погода с утра моросила.

Так что стал я тебя забывать,

Как сама ты просила.

<...>

Лишь бы кончилось, лишь бы не жгло,

Как бы ни называлось.

Показалось, что горе прошло.

Не прошло. Показалось.
Ты не права — тем хуже для меня.

Чем лучше женщина, тем ссора с ней громадней.
Уезжаете?!

Уезжайте -

За таможни и облака.

От прощальных рукопожатий

Похудела моя рука!

Я не плакальщик и не стража,

И в литавры не стану бить.

Уезжаете?! Воля ваша!

Значит – так по сему и быть!
Все сказано. Не стоит продолжать.

Не любишь ты — на том и порешим.

Твоей рабыней, вопреки всему,

Я стала. Плен мой будет нерушим,

И это каждый волен осмеять,

Но муки я не выдам никому!
Жалей меня не оттого, что свет

На склоне дня покинул небосвод;

Жалей меня не оттого, что след

Красы былой с полей и рощ уйдет;

Жалей меня не оттого, что лик

Луны поблек, волна стремится вспять;

Не оттого, что страсть мужская — миг

И больше мне твоей любви не знать.

<...>

Жалей меня за то, что разум скор,

А сердце неразумно до сих пор.
Вовек не затянуться этой ране -

Ее не смерть, не злоба нанесла:

Сама любовь истлела, отцвела,

У Красоты оборвалось дыханье.

Теперь на этой выжженной поляне

Трава не вырастет: сгорят дотла

Ростки — их уберечь я не смогла.

Там, под землей, горчит мое страданье.
«Мамочка, смотри, там, в небе аэроплан!»Ты видел испуганных людей?

Ты ты слышал, как падают бомбы?

Ты когда-нибудь интересовался, почему нам надо бежать в убежище,

Когда под ясным небом голубым

Раскрылся новый дивный мир?

«Look mummy, there's an aeroplane up in the sky!»

Did-did-did-did-you see the frightened ones?

Did-did-did-did-you hear the falling bombs?

Did-did-did-did-you ever wonder why we had to run for shelter,

When the promise of a brave new world

Unfurled beneath a clear blue sky?
Весь мир — поле битвы.

Весь мир, и они разорвут его в клочья!

Весь мир... Весь мир...

Псы войны не ведут переговоры,

Псы войны не желают отступать,

Они одержат верх и ты сдашься,

И ты должен умереть, чтобы они могли жить.

One world, it's a battleground.

One world, and they smash it down!

One world... One world...

The dogs of war don't negotiate,

The dogs of war won't capitulate,

They will take and you will give,

And you must die so that they may live.
Каждый год летит быстрее, времени нет ни на что,Планы мелки и ничтожны, как на пол-листа стишков.

Зависать в немом отчаяньи — вот английский идеал.Время вышло, песня спета, я и так уж все сказал.

Every year is getting shorter, never seem to find the time,

Plans that either come to naught or half a page of scribbled lines.

Hanging on in quiet desperation is the English way.

The time is gone the song is over thought I'd something more to say.
Когда я стану взрослой, достаточно взрослой, чтобы уехать куда-то одной, я отправлюсь далеко-далеко... на далёкий остров, на остров, где нет ни одного человека. На остров, где нет ни боли, ни печали... Там я смогу когда угодно забраться на любое дерево, когда угодно плавать в море и когда угодно ложиться спать. На душе становится легко, когда я думаю о городе, в котором нет меня...
— Ну, а как ты относишься к коллективу?  — вдруг спросил дьявол.

— Плохо. Коллектив не краснеет. Человек краснеет один. Всякий коллектив опускает мысль до уровня самых глупых.

— А почему люди склонны собираться в коллектив?

— Чтобы не краснеть. Они жаждут освободиться от бремени своей совести и передать ее вожаку.
Под туманною, блеклой вуалью

Безутешная осень пришла,

Поглядела на Землю с печалью,

Погребальные свечи зажгла.

Из безгрешного воска березы

Догорают во мгле ледяной,

Их зеленые, девичьи грезы

Умирают одна за другой.
В психиатрии понятия «выздоровление» не существует,  — объявил Мори с выражением безнадежности.  — Ты просто переходишь из одной стадии болезни в другую.
— ... не уходи. Тогда не придется возвращаться...

— А я постараюсь не вернуться.
Между «да» и «нет» пролегает целая жизнь. Именно в этом заключается разница между той дорогой, по которой ты идешь, и той, на которую ты не свернул. Именно тут зияет зазор между тем, кем ты хотел стать, и тем, кем ты являешься. Именно это пространство ты в будущем заполнишь ложью, причем обманывать будешь только самого себя.
— Ты — забавная женщина! С тобой не соскучишься!

— А я непросто женщина, я — певица. Певица, в которую ты не веришь...
Сама земля — моей земли сыны,

от чьих костей трещат ее глубины;

и как на всякой пяди этой глины,

на каждом — несводимый след войны.
Мы вырастаем из любви

И, заперев в комоде

Её храним, пока она

Не будет снова в моде.

We outgrow love, like other things

And put it in the Drawer -

Till it an Antique fashion shows -

Like Costumes Grandsires wore.
Позвоните родным. Даже тем, на кого обижались.

Даже если никто не оценит такую попытку.

Сколько Новых годов нам от жизни грядущей осталось,

Мы не знаем. Пошлите хотя бы смешную открытку.

Обнимите друзей, поцелуйте родителей, деток.

Забываем мы часто простые великие жесты.

Утопаем в делах, суетимся то так, то вот этак,

Всё спешим и бежим, а на деле — кружимся на месте.

А родных не вернёшь. Растворяются в памяти лица,

Лишь на снимках давнишних они улыбаются снова.

Обнимите своих, не жалейте хорошее слово -

Мы не знаем, когда суждено им в ночи раствориться.