Цитаты и высказывания из книги Бернар Вербер. Дыхание богов

Думая о лучшем будущем, ты даешь ему возможность однажды осуществиться.
Я смотрю на себя в зеркало и думаю, не хочется ли и Верховному Богу, который, вероятно, находится где-то там, над нами, иногда напиться, чтобы все забыть. А что, если Верховный Бог алкоголик?
Доброжелательность — признак ума и развития. Последнее слово за «доброжелательными».
Анархизм — это награда для самостоятельных, сознательных людей. Но достаточно, чтобы один человек в таком обществе начал играть не по правилам, чтобы анархия оказалась невозможной.
Насилием ничего нельзя добиться, независимо от того, к кому вы его применяете.
Пофигизм — это болезнь... Она заключается в том, что ты по любому поводу начинаешь задавать себе вопрос «а зачем?».
Мы теперь вместе, и мы все будем делать вместе. Я разделяю с тобой жизнь, значит, и риск пополам. И я разделяю с тобой будущее, которое ты хочешь создать.
Когда вы совершаете что-либо, думайте, как это отзовётся во времени и пространстве. Не бывает действия без последствий. Когда вы плохо говорите о ком-то, вы меняете его в худшую сторону. Когда вы боитесь или лжёте, вы создаёте страх и превращаете ложь в реальность. Это правило Причинности.
Вы можете получить что-либо, только перестав желать этого. Это правило Отречения.
Чтобы понять другого, нужно встать на его место. Это правило Сопереживания.
Каждый из вас должен выполнить своё дело на земле, и у вас есть талант, необходимый для того, чтобы сделать это как можно лучше. Найдите свое дело, откройте в себе талант, и ваша жизнь обретет смысл. Не бывает людей, лишенных таланта. Жизнь, в которой талант не был востребован, потрачена напрасно.
Не у каждого получится, но каждый должен попытаться. Не нужно сердиться на себя за неудачу, нужно досадовать на себя лишь за то, что не попытался.
Нужно праздновать риск, а не победу. Потому что рискнуть или нет – зависит от вас, а победа – от множества обстоятельств, которые невозможно предугадать.
«Стыдливость» придумали мужчины, чтобы женщины не осмеливались говорить о своем желании испытывать оргазм. Возможно, все женщины хотят постоянно заниматься любовью, но воспитание не позволяет им говорить об этом.
Слабые замышляют и сидят сложа руки, а сильные не задают вопросов и действуют.
Теперь, когда я знаю, что мир зависит от таких легкомысленных людей, как мы, я думаю, у меня есть повод для беспокойства.
Народное недовольство — это результат действий заговорщиков или заговорщики — продукт народного недовольства?
Народ не умеет бунтовать сам по себе. Даже если он голодает, даже если правительство несправедливо, даже если пропасть между богатыми и бедными огромна, все равно для того, чтобы хорошенько встряхнуть общество, необходимы харизматичный лидер и деньги.
Каждый, на каком бы уровне развития он не находился, по-настоящему желает только одного: иметь немного больше, чем сосед.
Бедняки чаще всего мечтают только об одном — быть богатыми вместо богачей. Они не желают равенства, они хотят поменяться местами с другим классом. Беднякам хочется, чтобы богатые страдали. Им этого достаточно для полного счастья.
Уязвимость любой монархии в том, что вся власть сконцентрирована в одних руках. Гибель одного человека влекла за собой гибель всей системы.
Быть может, именно в этом Боги больше всего завидуют людям. Возможность умереть, дождаться конца фильма. Ведь если ты бессмертен, кино длится вечно. Именно поэтому среди богов нет героев. Героизм рождается заключительной сценой.
Мне кажется, что мир уже совершенный — такой как есть.
Насильство возникает только тогда, когда ты чувствуешь себя в роли жертвы.
Не стоит слишком сближаться с другими людьми, иначе они становятся поистине невыносимыми.
— Ты и я, мы оба здесь и сейчас — уже пара. То, что мы скажем, или то, о чем умолчим, то, что сделаем или от чего воздержимся, все это сложится во что-то третье. Это взаимодействие.
Реальность — это то, что продолжает существовать и после того, как в это больше не верят.
Нам не доставляет удовольствия иметь то же, что есть у вас. Нам нравится отбирать у вас ваше, чтобы у вас этого больше не было.
Люди всегда почему-то думают, что нужно стремиться к любви. Это совершенно неверно, нужно стремиться к свету. Любовь субъективна, она может превратиться в собственную противоположность и стать ненавистью, непониманием, ревностью, шовинизмом. А свет — это то, что никогда не меняется.
Он говорил улыбаясь, иногда почти смеясь. Но его смех не был насмешливым. Скорее, это был смех человека, радующегося тому, что открывает другим очевидные вещи.
— Она лишь то, чем становится в твоем воображении!

— Вот только воображение у меня отличное.
Мы должны признать очевидное: понимают лишь те, кто хочет понять.
Мы думаем, что любим другого человека, а любим на самом деле его отношение к нам. Мы узнаем себя в другом, как в зеркале. Мы любим самих себя, собственное отражение в партнере.
Правда никому не нужна, а тот, в чьих руках идеология, может переписать Историю так, как ему будет удобно, так, как этого требуют его собственные интересы.
Победа считается победой, только если доведена до конца.
Вопрос: В чем разница между Богом и хирургом?

Ответ: Бог догадывается, что Он не хирург.
Личности необходимо страдать, чтобы расти.
Даже если заранее ясно, что дело обречено на провал, нужно драться, чтобы враги ничего не получили даром.
— Зачем ты дерешься с ними? Ты ведь знаешь, чем это кончится? Их больше, тебе не на что рассчитывать.

— Чтобы они знали, что я никогда не сдамся просто так.
Любая цивилизация может погибнуть. Мало того, разрушить её может самый обычный человек, обладающий достаточной решимостью. Как говорил Эдмонд Уэллс, одной капли достаточно, чтобы переполнить океан.