Цитаты Уолта Уитмена

Я поэт Тела, и я поэт Души,

Радости рая во мне, мучения ада во мне,

Радости я прививаю себе и умножаю в себе, а мучениям я даю новый язык.

Я поэт женщины и мужчины равно,

И я говорю, что быть женщиной — такая же великая участь, как быть мужчиной,

И я говорю, что нет более великого в мире, чем быть матерью мужчин.
Пусть будет так, как если бы я был с тобой.
Что может удовлетворить душу, кроме возможности быть свободным и не принадлежать никому?
Я завещаю себя грязной земле, пусть я вырасту моей любимой травой.

Если снова захочешь увидеть меня, ищи меня у себя под ногами.
Ночью на морском берегу

Стоит девочка рядом с отцом

И глядит на восток, в осеннее небо.

<...>

Девочка, ухватившись за руку отца

И глядя с берега на эти похоронные тучи, которые победно

спускаются ниже, чтобы проглотить поскорее все небо,

Беззвучно плачет.
Приснился мне город, который нельзя одолеть, хотя бы

напали на него все страны вселенной,

Мне снилось, что это был город Друзей, какого ещё никогда

не бывало,

И превыше всего в этом городе крепкая ценилась любовь,

И каждый час она сказывалась в каждом поступке жителей

этого города,

В каждом их слове и взгляде.
Земля, — разве этого мало?

Мне не нужно, чтобы звезды спустились хоть чуточку ниже,

Я знаю, им и там хорошо, где сейчас,

Я знаю, их довольно для тех, кто и сам из звездных миров...
And what I assume you shall assume,

For every atom belonging to me as good belongs to you.

Горжусь я сам собой, и, что признаю я, и ты признаешь,

ведь каждый атом твой есть атом мой, и ты об этом знаешь.
Когда я слушал ученого астронома

И он выводил предо мною целые столбцы мудрых цифр

И показывал небесные карты, диаграммы для измерения

звёзд,

Я сидел в аудитории и слушал его, и все рукоплескали ему,

Но скоро — я и сам не пойму отчего — мне стало так нудно и

скучно,

И как я был счастлив, когда выскользнул прочь и в полном

молчании зашагал одинокий

Среди влажной таинственной ночи

И взглядывал порою на звезды.
Молодость, щедрая, страстная, любвеобильная — молодость,

полная сил, красоты, обаянья,

Знаешь ли ты, что и старость придет столь же красива, сильна,

обаятельна?День, горячий, роскошный, сияющий — день с великолепным

солнцем, полный движенья, стремлений, смеха,

За тобой идет ночь, у ней миллионы солнц, и сон, и живительный

сумрак.
Все, что вы делаете и говорите — над Америкой зыбкое марево,

Вы не учились у Природы политике Природы — широте,

прямоте, беспристрастью,

Не поняли вы, что только такое и подобает Штатам,

А всё, что меньше, рано иль поздно, развеется, как туман.
Мы считаем Библии, религии священными — я этого не отрицаю,

Но я говорю, что все они выросли из вас и всё ещё растут;

Не они дают жизнь, а вы даете жизнь,

Как листья растут из деревьев, а деревья растут из земли, так и они растут из вас.
И малейший росток есть свидетельство, что смерти на деле нет,

А если она и была, она вела за собою жизнь, она не подстерегает

жизнь, чтобы ее прекратить.

Она гибнет сама, едва лишь появится жизнь.

Всё идет вперед и вперед, ничто не погибает.

Умереть — это вовсе не то, что ты думал, но лучше.
Не стыдитесь, женщины, — преимущество ваше включает других и начало других;

Вы ворота тела, и вы ворота души.

В женщине качества все, она их смягчает,

Она на месте своем и движется в равновесии полном;

В ней всё скрыто, как должно, — она и деятельна и спокойна;

Ей — зачинать дочерей, и ей — зачинать сыновей.
Кто бы ты ни был!

Ты, англичанка или англичанин!

Ты, сын могучих славянских племен и царств! Ты, русский в России!

<...>

Ты, китаец или китаянка в Китае! Ты, татарин в Татарии!

Вы, женщины всей земли, делающие свое дело!

Ты, еврей, на старости лет пустившийся в опасное странствие,

чтобы хоть раз взглянуть на Сирийскую землю!

Вы, евреи всех стран, ждущие своего мессию!

<...>

Вы, люди грядущих столетий, которые услышат меня!

И вы, кто б вы ни были и где бы ни жили, кого я не назвал!

Привет вам! Привет и любовь от меня и Америки!

Каждый из нас неминуем,

Каждый из нас безграничен — каждый из нас обладает правом

на эту землю,

Каждый из нас несёт в себе вечные цели земли,

Каждый из нас в равной мере божественен.
В женщине качества все, она их смягчает,

Она на месте своём и движется в равновесии полном;

В ней всё скрыто, как должно, — она и деятельна и спокойна;

Ей — зачинать дочерей, и ей — зачинать сыновей.

Когда я вижу душу мою отраженной в Природе,

Когда я вижу сквозь мглу кого-то в совершенстве

невыразимом,

Вижу склоненную голову и руки, скрещенные на груди, -

я Женщину вижу.

Мужчина тоже душа, и он на своем месте;

В нём тоже все качества — он действие, сила;

Изобилие познанной вселенной в нём;

Ему подобают презренье, влеченье и вызов,

И бурные страсти, безмерная радость, безмерное горе,

и гордость ему подобают;

Ведь душу умиротворяет достойная гордость мужчины;

И знанье ему подобает, он любит всегда всё исследовать сам;

Какое б ни было море и плаванье, он лотом глубь измеряет.

(И где ж ему лот свой бросать, как не там?)
Труби же, трубач! Говори о любви,

О том, что включает весь мир, — и мгновенье и вечность.Любовь — это пульс бытия, наслажденье и мука,

И сердце мужчины и женщины сердце — во власти любви.

Всё в мире связует любовь,

Объемлет и всё поглощает любовь.

Я вижу, вокруг меня теснятся бессмертные тени,

Я чувствую пламя, которым согрет весь мир,

Румянец, и жар, и биенье влюбленных сердец,

И молнии счастья, и вдруг — безмолвие, мрак и желание смерти.

Любовь — это значит весь мир для влюбленных,

Пред ней и пространство и время — ничто.

Любовь — это ночь и день, любовь — это солнце и месяц,

Любовь — это пышный румянец, благоухание жизни.Нет слов, кроме слов любви, нет мыслей, помимо любви.

Труби, трубач! Заклинай свирепого духа войны!
Если кого я люблю, я нередко бешусь от тревоги, что люблю

напрасной любовью,

Но теперь мне сдается, что не бывает напрасной любви, чтоплата здесь верная, та или иная.

(Я страстно любил одного человека, который меня не любил,

И вот оттого я написал эти песни.)
Смотри — беспредельное море,

И, развернув все паруса, корабль отплывает,

Вьётся вымпел, корабль устремился вперёд уверенно так,

Впереди корабля бегут ревнивые волны,

Блеском пены живой они окружают корабль.
Ночью у моря один.Вода, словно старая мать, с сиплой песней баюкает землю,

А я взираю на яркие звезды и думаю думу о тайном ключе всех вселенных и будущего.

<...>

Все народы, цвета, виды варварства, цивилизации, языки,

Все личности, которые существовали или могли бы существовать на этой планете или на всякой другой,

Все жизни и смерти, всё в прошлом, всё в настоящем и будущем -

Всё обняла бесконечная эта общность, как обнимала всегда

И как будет всегда обнимать, и объединять, и заключать в себе.

On the beach at night alone,

As the old mother sways her to and fro singing her husky song,

As I watch the bright stars shining, I think a thought of the clef of the universes and of the future.

<...>

All nations, colors, barbarisms, civilizations, languages,

All identities I hat have existed or may exist on this globe, or any globe,

All lives and deaths, all of the past, present, future,

This vast similitude spans them, and always has spann'd,

And shall forever span them and compactly hold and enclose them.
Если ты хочешь подойти ко мне и заговорить со мной — почему бы тебе не подойти ко мне и не заговорить со мной?
Мужчина велик на земле и в веках, но каждая йота его величия выросла из женщины.