Цитаты Иммануила Канта

Воспитание есть искусство, применение которого должно совершенствоваться многими поколениями.
Тот, кто становится пресмыкающимся червем, может ли затем жаловаться, что его раздавили?
Не принимай благодеяний, без которых ты можешь обойтись.
Хитрость — образ мыслей очень ограниченных людей и очень отличается от ума, на который внешне походит.
Кто боязливо заботится о том, как бы не потерять жизнь, никогда не будет радоваться ей.
Поступайте так, чтобы любой ваш поступок мог быть возведён во всеобщее правило.
Если наказывать ребёнка за дурное и награждать за доброе, то он будет делать добро ради выгоды.
Наказания, назначаемые в припадке гнева, не достигают цели. Дети смотрят на них в этом случае как на последствия, а на самих себя — как на жертвы раздражения того, кто наказывает.
Кто отказался от излишеств, тот избавился от лишений.
Один, глядя в лужу, видит в ней грязь, а другой — отражающиеся в ней звёзды.
Из всех сил, подчинённых государственной власти, сила денег, пожалуй, самая надежная, и потому государства будут вынуждены (конечно, не по моральным побуждениям) содействовать благородному миру.
Принципы... представляют собой не только умозрительное правило, но и осознанное чувство.
Есть такие заблуждения, которые нельзя опровергнуть. Надо сообщить заблуждающемуся уму такие знания, которые его просветят. Тогда заблуждения исчезнут сами собою.
Быть опровергнутым — этого опасаться нечего; опасаться следует другого — быть непонятым.
Постоянно давать детям награды не годится. Через это они становятся себялюбивыми, и отсюда развивается продажный образ мыслей.
Прекрасное — это нечто такое, что принадлежит исключительно вкусу.
Кто не умеет сдерживать своей фантазии — тот фантазёр; у кого необузданная фантазия соединяется с идеями добра — тот энтузиаст; у кого беспорядочная фантазия — тот мечтатель.
Человек имеет склонность общаться с себе подобными, ибо в таком состоянии он больше чувствует себя человеком, т. е. чувствует развитие своих природных задатков. Но ему также присуще сильное стремление уединяться.
Нравственность учит не тому, как стать счастливым, а тому, как стать достойным счастья.
Человечность — это способность участвовать в судьбе других людей.
Злой человек не может быть счастливым, ибо оставаясь наедине с собой, он остается наедине со злодеем.
Веселое выражение лица постепенно отражается и на внутреннем мире.
Деятельность есть наше определение.
Большое честолюбие издавна превращало благоразумных в безумцев.
С того самого дня, когда человек впервые произносит «я», он везде, где нужно, выдвигает возлюбленного себя и эгоизм его неудержимо стремится вперёд.
Свобода размахивать руками заканчивается у кончика носа другого человека.
Человек редко думает при свете о темноте, в счастье — о беде, в довольстве — о страданиях и, наоборот, всегда думает в темноте о свете, в беде — о счастье, в нищете — о достатке.
Только постоянное изменяется; изменчивое подвергается не изменению, а только смене.
Прекрасно то, что нравится независимо от смысла.
Наука — это организованные знания, мудрость — это организованная жизнь.
Рассудок ничего не может созерцать, а чувства ничего не могут мыслить. Только из соединения их может возникнуть знание.
Жизнь людей, преданных только наслаждению без рассудка и без нравственности, не имеет никакой цены.
Интуиция никогда не подводит того, кто ко всему готов.
В нашей природе заложено тяготение к заведомо пустым желаниям.
Умение ставить разумные вопросы — признак ума и проницательности.
Беззаботность, а вместе с ней и неосторожность, которые вызывает опьянение, — это обманчивое чувство подъема жизненной силы; в опьянении человек не чувствует трудностей жизни...
Время — эмпирически реально и трансцендентально идеально.
Мне кажется, что всякий муж предпочитает хорошее блюдо без музыки музыке без хорошего блюда.
Женщина не любит выдавать себя и поэтому не напивается. Она слаба и потому хитра.
Для мужчины нет ничего более обидного, чем обозвать его глупцом, для женщины — сказать, что она безобразна.