Цитаты Дмитрия Анатолиевича Медведева

Мы не должны показывать пальцем на другие страны и говорить — «а у них коррупция не меньше!» Мы должны решать свои внутренние проблемы.
Мне было, наверное, 22 или 23 года. Я только-только перешёл в аспирантуру и старался выглядеть, естественно, очень важным. Мне поручили вести занятия и принимать экзамены. И вот я принимал один из первых зачетов по римскому праву. Пришёл, естественно, в костюме, в галстуке, с ощущением того, что я уж точно отличаюсь от этих людей, которые сейчас мне будут сдавать этот зачёт. Я принимаю один раз, второй раз, потом – какая-то девушка симпатичная. Я чувствую, что она очень плохо всё знает. Я начал её спрашивать. В итоге она выплыла, и я этот зачёт ей поставил. Она уходит, дверь закрывается. Потом проходит минута, она открывает дверь, просовывает своё лицо и говорит: «Я тебя люблю». Я не знал, куда мне провалиться. Ладно бы она сказала: «Я Вас люблю», – а она: «Я тебя люблю». И закрывает дверь».
Ненормативная лексика — это часть нашей культуры, и мы её используем иногда. Тихо.
— Что вы скажете, когда предстанете перед Богом?

— Я верующий человек. Я попрошу прощение за то, что я совершил.
Я этим занимался как Верховный Главнокомандующий и считаю себя в этом вопросе вполне компетентным.
Реплики у вас, а все, что я говорю, в граните отливается.
Говорят, теперь в России женщины серьезно обдумывают, как родить второго ребенка, минуя первого.
Нам революции вообще не нужны, мы свой лимит уже исчерпали в прошлом столетии.
Правительство не молчит, а сосредотачивается.
Сразу, конечно, пряники сверху не падают.
Просто денег нет сейчас. Найдем деньги, сделаем индексацию. Вы держитесь здесь, вам всего доброго, хорошего настроения и здоровья!
Или учись, или — до свидания. Мы же не принимаем на работу тех, кто не умеет читать или писать...
Не нужно никого стесняться, а нужно смело ввязываться в драку.
Если наша страна подсядет на иглу иностранного программного обеспечения, то уже никогда с нее не слезет.
У людей горят глаза, и подключение газа — один из малых праздников, которые мы можем сделать для наших людей, прошу это учитывать.
Всегда быть подтянутым и улыбаться — это и есть моя жизненная философия.
Если надо, много сделаем: и танков, и других видов вооружения.
Наша главная политическая сила — «Единая Россия» — должна не просто царствовать, а должна проявлять ум, такт и силу, должна выдвигать правильных людей.
Если говорить о признании или непризнании вины, то этот факт основан на Указе Президента. И в этом смысле я всегда говорил, что Президент вправе отступить от собственного Указа в том случае, когда считает это правильным. <...> Вопрос о том, нужно ли признавать вину или не признавать, относится к компетенции Президента и связан с тем Указом, который в настоящий момент действует.
Жалко людей, которые оказались заложниками бездарных политиков, которых они не выбирали, и безответственных радикалов, которые заменили собой полицию и армию. Пустоту власти заполнил хаос.
Политика и политики должны опережать технический прогресс и находить своевременные решения прежде, чем технологии породят новую реальность.
— Господин Президент, я хотела Вас спросить, что вы думаете, самое важное в жизни?

— Любовь.[смех в зале]

— Что может быть важнее? Любовь. К близким. К тем людям, которые тебя окружают. По-моему, это соответствует любым заповедям. И нравственным, и религиозным. Это смысл жизни. Каждый из нас по-разному понимает это слово. Но, наверное, это действительно самое главное.
Навозбуждать-то можно все, что угодно, особенно по заказу и за деньги, что происходит часто, когда одна структура борется с другой.
Когда мы пытаемся все зарегулировать обычно выходит криво.