Цитаты про святых

Люди становятся хуже... даже святые и герои. Этого нельзя предотвратить. В этом наше спасение.
Играть святую очень тяжело. Быть такой положительной — какая-то неправда в этом существует...
Я ненавижу всех святых

Они заботятся мучительно

О жалких помыслах своих,

Себя спасают исключительно.
Люблю читать жития святых с конца, по мере чтения ко мне возвращается вера, что кто-нибудь из них может снова стать человеком.
Царь должен быть святым, и право не дано

Свергать зверью

С небес величие его.
Святых не бывает. Просто чем меньше грех, тем больше нужно взять лупу.
Святость создается любовью. Святые – это люди, которые сильнее всего любили.
Поверь, мой мальчик, пути святых всегда идут против веселых споров, которые дарят столько радости обеим сторонам. Но на то они и святые, чтобы чопорно и безо всякой на то необходимости творить самое скверное, но единственно разрешенное убийство – убийство веселья.
Потому-то святые отцы сказали, что плоти своей можно доверить только тогда, когда она уляжется в гроб.
То, что ты святой, не значит, что ты не связан с грешниками.
Пример труда в разуме, возведшего делателя на высоту христианского совершенства низведением в глубину смирения, видим в подвиге блаженного Исидора Александрийского. Он был одним из сановников Александрии. Призванный милосердием Божиим к монашеской жизни, Исидор вступил в иноческое общежитие, бывшее невдалеке от Александрии, и предал себя в безусловное повиновение игумену обители, мужу, исполненному Святаго Духа. Игумен, усмотрев, что от высоты сана образовался в Исидоре нрав надменный и жесткий, вознамерился подействовать против душевного недуга возложением послушания трудного не столько для тела, сколько для больного сердца. Исидор, вступая в общежитие, объявил игумену, что он предает себя ему, как отдается железо в руки ковача. Игумен велел ему встать и постоянно стоять при вратах обители с тем, чтоб он каждому входящему и исходящему поклонялся в ноги и говорил: «Помолись о мне: я одержим бесом». Исидор оказал повиновение игумену как бы Ангел Богу. Пробыв семь лет в этом послушании и предузнав свою кончину из Божественного откровения, Исидор скончался радостно.
Да, есть сладострастие боли, так же как сладострастие веры и даже сладострастие смирения. Если ангелам-бунтовщикам столь немногого хватило, чтоб огонь обожания и смирения стал в них огнем гордыни и бунта, что говорить о слабом роде человеческом? Ну вот, я рассказал тебе, какие мысли смущали меня при ведении следствия. Из-за них я отказался от должности. Не хватало духу преследовать слабости грешников, коль скоро у них те же слабости, что у святых.
Вот уж эти священники, не правда ли? Начинают с любви, затем вещают о прощении, а заканчивают вечностью в огне.
Легко быть святым, сидя на горе Тай-Шань. Гораздо сложнее оставаться святым, сидя на базаре....
Спи, усталая Россия, -

Говорит Господь любя, -

В эту полночь все святые

Вновь просили за тебя.
Тебе: «Дитя мое, так не делают. Ты, часом, не ведьма?»

А ты в ответ:

«Товарищ пастер, а вот святая Марильда наложением рук лечила. Святая Евграстия путешествовала. А святая Ридалина вообще в публичном доме проповедовала. Так что не надо ля-ля, это на меня натурально святой дух ка-ак снизошел… не верите? Сейчас и на вас снизойдет. Я только что потяжелее найду — и вы мигом узрите ангелов с крылышками!»
— Он действительно стал богом.

— Или просто позволил Богу светить сквозь себя, как делали все, кого называли богами.
— Добродетели? В моей-то добродетели смердят перед Господом, воняют — прямо чувствую как воняют.

— Ну вот и чувствуй, а через это и спасешься.

— Одно не пойму. За что мне все это? Почему именно через меня Господь наставляет? Вроде за мои грехи удавить меня мало, а меня тут чуть не святым сделали... А какой я святой? Мира нет в душе.