Цитаты про ответы

Напряжённые размышления лишь сильнее запутывают и уводят в сторону от ответа, который по факту лежит на поверхности.
Отец учил меня или не отвечать на скользкие вопросы вообще, или говорить правду. Из уважения к его памяти я следую этому правилу до сих пор. Помнится, это сердило моего учителя Мировуда. Ведь в магии, если разобраться, немало уверток и фокусов. Покрыть старую помойку плащом фокусника и заявить, что все, что под плащом, включая вонь, профессиональная тайна и непосвященных просим убрать лапки… Однако от частой лжи эйдос тускнеет, как умирающая искра.
По утверждению римского историка Иосифа Флавия Александр Македонский, захвативший в 332 году до н. э. Иерусалим, крайне снисходительно отнёсся к жителям покорённого им города, хотя они и были союзниками его заклятого врага персидского царя Дария. Причину этого средневековые еврейские комментаторы усматривали в том, что Александр Македонский был поражён мудростью старцев Второго Иерусалимского Храма, давших ответы на главные жизненные вопросы, интересовавшие величайшего полководца всех времён и народов.

Первым вопросом, с которым обратился Македонский к мудрецам, был: «Кто же Мудрый на свете?»

И ответили мудрецы: «Мудрый тот, кто умеет правильно задавать вопросы и учиться на примере каждого, с кем сводит его судьба».

Вторым вопросом был: «Кто же Сильный на свете?»

И ответили мудрецы Александру Македонскому: «Силён тот, кто может побороть собственные слабости [буквально – собственные инстинкты].»

Третьим вопросом был: «Кто же тогда Герой на свете?»

И ответили мудрецы: «Герой тот, кто может превратить своего врага в своего друга [буквально – ненавидящего его в любящего его]».

Следующим вопросом был: «Кто же Уважаем на свете?»

И ответили мудрецы: «Уважаем тот, кто уважает самого себя».

Пятым вопросом был: «Кто же тогда Богат на свете?»

И ответили мудрецы Второго Храма: «Богат тот, кто умеет радоваться всему тому, что он имеет».

Последним вопросом Македонского был: «Кто же тогда Счастлив на свете?»

И ответили мудрецы: «Счастлив муж, нашедший красивую жену, прекрасную в своих поступках».

Поражённый мудростью иерусалимских старцев, Александр Македонский не только не отдал Иерусалим на разграбление своим воинам, но и сам поднялся на Храмовую гору, где вознёс молитвы вместе с мудрецами Второго Храма.
— Правда, что на самом деле, когда ты говоришь «нет» это означает «да»?

— Нет.

— Вот и пойми!
Ответь ему «да». Даже если умираешь от страха, даже если потом раскаешься, потому что будешь каяться всю жизнь, если сейчас ответишь ему «нет».
Если тебя что-то мучает, нет ничего зазорного, чтобы искать ответы.
— Ох, вы за это ответите!

— Конечно, отвечу, я тебе письмо напишу!
– Ты не пройдешь, пока не скажешь ответ на свою предыдущую загадку.

– Загадку?

– Что такое зеленое, висит на стене и свистит. Помнишь?

– А, да. Так ты сдаешься?

– Вроде того. Но не совсем. Но если ты скажешь, я сразу догадаюсь.

– Это селедка.

– Но она же не зеленая!

– Будет, если покрасишь.

– Но она не весит на стене!

– Можно прибить к стене.

– Но она же не свистит!

– Это я добавила, чтобы не было слишком очевидно.
— Это не ответ.

— Нет, это ответ. Просто это не то, что вы хотите услышать.
Мужчины часто, когда им говоришь «Нет», слышат «Да, я твоя».
Почему мы подчас спрашиваем совет, хотя уже знаем ответ? Может мы хотим узнать, что неправы...
Рауль, друг мой, никогда не задавайте лишних вопросов. И никогда не отвечайте на них. Поверьте аббату, который больше мушкетер, и мушкетеру, который больше аббат.
Отбросьте всё невозможное, то, что останется, и будет ответом, каким бы невероятным он ни казался.
Может быть, лучше просто послать всё на хрен и перестать искать ответы, которых у нас никогда не будет и быть благодарными за то, что у нас есть.
— Is that rhetorical?

— No, it just seems that way because you can’t think of an answer.

— Вопрос риторический?

— Нет, но он таким кажется, потому что у тебя нет ответа.
Правильно поставленный вопрос включает в себя половину ответа.
Я такой человек, что если задать мне вопрос, на который я не знаю ответа, я отвечу, что не знаю. Но, поверьте, я знаю, как его найти, этот ответ, и я его найду. Разве это не главное?