Цитаты про джаз

Ну что ты, папа, ворчишь, как дед?
Ведь мне давно уже не десять лет!
Что из того, что позавчера
Я задержался до пяти утра?
Тебе не нравится наш музон,
Всё говоришь, что примитивен он.
Ты в чём-то прав, но пойми нас,
Хотя бы вспомни, как ругали джаз!
— Я не фанатка джаза, но что-то показалось мне знакомым.
— Да, Майлс Дейвис. Его часто в лифтах крутят.
Когда Луи Армстронга спросили, что такое джаз, он ответил так: «Если вы спрашиваете, то вам этого никогда не понять».
Для него музыка — это джаз, а для меня джаз — это шум.
The memory of things gone is important to a jazz musician.
Для джазового музыканта очень важна память об ушедшем.
Я накапливал звуки и сны,
Hазывал это «белый джаз».
Все ушло с ее легкой руки
В черных клавиш собачий вальс.
Я писал о тебе белый стих
И вмещал весь словарный запас
В танец дикий твоих чернил...
То что делало слабыми нас!
Я всегда чувствовал, что для того чтобы играть джаз, надо быть чёрным. А я лишь мулат.
I always felt that to really play jazz, you had to be black. I'm just a mulatto.
— Я хотел, чтобы вы преодолели пределы ожидаемого. Я думаю, что это абсолютно необходимо. Иначе мы лишим мир нового Луи Армстронга, нового Чарли Паркера. Я же рассказывал тебе, как Чарли Паркер стал Чарли Паркером?
— Джо Джонс швырнул в него тарелкой.
— Точно. Паркер-юнец неплохо играет на саксе, вот он выходит с оркестром на сцену и все портит. Джонс чуть ли не обезглавил его за это. Под смех оркестра. Паркер всю ночь проплакал, но уже на утро – что он делает? – репетирует. И репетирует, и репетирует. Думая только об одном: над ним больше не будут смеяться. Через год он возвращается в Рино, снова выходит на сцену и выдает самое охренительное соло, которое слышал мир. А представь, что Джонс сказал бы: «Да не парься, Чарли, э, нормально было, молодец!». Тогда Чарли подумал бы: «Насрать, я же неплохо сыграл». И все, конец, нет Птахи. Для меня это величайшая трагедия. Но миру сейчас нужно именно это. Неудивительно, что джаз умирает. Я вот думаю, и с каждым альбомом джаза из Старбакса убеждаюсь все больше, что нет в нашем языке слова вреднее и опаснее, чем... «молодец».
— А где же грань? Может, вы перестараетесь, и тогда новый Чарли Паркер сломается и не станет Чарли Паркером?
— Нет, что ты, нет. Настоящий Чарли Паркер никогда не сломается.
— Это ваше первое знакомство с джазом, графиня Грэнтем?
— О, так вот что это такое. Вы считаете, кто-нибудь из них знает, что играют другие?
В тебе хриплий бас, а такі найчастіше
Наспівують джаз, а я – щось інше.
Джаз — это музыка для знатоков, я бы даже сказал, для избранных.
Подлинный джаз — искусство самовыражения. Самовыражения одновременно личности и нации.
Я знаю. Это другое. Но ты ведь хочешь спасти джаз. А как его спасти, если его не слушают? Джаз гибнет из-за таких, как ты! Ты играешь для стариков, брат. В Лейд-хаузе. Где дети? Где молодежь? Ты одержим Кенни Кларком, Телониусом Монком, а они были революционерами. Как ты собираешься быть таким же, если ты консерватор? Ты вцепился в прошлое, но джаз — это будущее.
Звучит в ночи осенний джаз,
Танцуй со мной в последний раз.
Поёт и плачет саксофон,
Нам в эту ночь играет он.
Что расставанье впереди,
Печальных глаз не отводи.
Танцуем мы в последний раз
Моей любви осенний джаз...
Многие люди считают, что «Mistery Lady» это джаз. На самом деле это не джаз, а ориентированная на джаз поп-музыка. Но что бы я ни пела, я пою по-своему. Если джаз, он должен звучать как джаз, но все равно он будет нести в себе частицу блюза. Мне нравится заниматься разными вещами. Когда мы закончили этот альбом, я объявила записывающей компании, что намерена работать над его продолжением. Мне хочется, чтобы это был не поп, а что-то вроде биг-бенд стандартов. Что-нибудь такое, чего я никогда раньше не делала, что-то вроде Эллы Фицджеральд, Фрэнка Синатры… Я вовсе не собираюсь петь, как они, я хочу сделать что-то в этом духе. Просто для того, чтобы узнать, что я могу сделать это.
Нас двое, нас — ты и я,
Ты и джаз.