Цитаты про армию

– Нас демобилизуют?
– Еще легко отделались, будьте благодарны. Армии не нужны солдаты, не подчиняющиеся приказам.
– Но мы разобрались с артиллерией. Знаете, сколько наших бы полегло?
– Это все, что ты хотел сказать? Армия — это единая организация и она не может существовать без правил. Свободны.
А кроме того, с тех пор, как Сайрус приступил к военизации быта, его жена успешно овладела навыками, без которых солдату не уцелеть. Она старалась не попадаться на глаза, ни с кем не заговаривала первая, делала не больше того, что входило в её обязанности, и не стремилась к повышению. Она превратилась в безликого рядового, в седьмые штаны в десятом ряду. Ей так было легче. Всё дальше отодвигая себя на задний план, Алиса добилась того, что Сайрус вскоре вообще перестал её замечать.
Самые замечательные солдаты получаются из людей, которые, уходя из дома с утра, даже не помышляли о войне, а вечером, вернувшись, нашли на месте собственного дома воронку, в которой испарились жена, дети и родители. И вот это уже не человек, а волк, который будет рвать столько, сколько будет жить, а жить он будет долго, ибо он не ценит собственную жизнь: она ему не нужна, ему не нужны деньги, ему не нужны ордена, ему вообще ничего не надо. У него есть только одно — месть. Именно поэтому он будет жить долго. Жизнь ему будет в тягость, но он будет жить.
— Люди без сна, обморожены. Воюют так, как ни в одном уставе не придумаешь. Они делают больше, чем может человек. Почему вы так несправедливы, строги и беспощадны к ним? Перед живыми вы можете оправдаться, а что скажете мертвым?
— Я думаю о живых. Неужели это не ясно? Это моя обязанность, товарищ член военного совета. Я командующий армией, мне надо выждать, когда наступит предел.
Дисциплина — душа армии. Она превращает немногочисленное войско в могучую силу, приносит успех слабым и уважение всем.
Мы не нация. Мы — армия. А в армии заключение мира с врагом называют предательством.
Гнать, товарищ полковник, таких гребаных солдат из этой гребаной армии...
— Исследовательская группа, говорите?
— Времена другие. Мы уже не армия, мистер Бекет. Мы — сопротивление. Добро пожаловать.
Быстро же вы меня похоронили, дети мои. И как только вы могли подумать, что я не предвидел случившегося в Главном Храме, что я спланировал всё это? Конечно, я не мог предположить измены, и предали меня собственные войска! Из всех ошибок Киллиан, именно самая страшная в том, что она считает «гостей» большим врагом, нежели Г. С. Б. — это противоречит всем планам Братства! И она должна быть наказана! Возьмите своих лучших бойцов и отправляйтесь на штурм Австралийской базы — Киллиан сейчас там. Если возможно, захвати её живой, а всех остальных можете не щадить.
Меня зовут Терренс Свитуотер. Хочу сказать Вам, что всё это военное дерьмо меня не волнует. Мне пофиг. Я пошёл в армию, потому что это был лёгкий способ получить стипендию. С моими знаниями и навыками я думал, что не буду воевать на передовой.
Однако, я ошибался. И теперь я здесь — в «Плохой Роте». И это название выбрано не зря, чувак. Она настолько плоха, что я скорей буду застрелен не врагами, а своими же. Это минус. Зато, мы получаем очень крутые «игрушки». Вы видели новый лазерный указатель? Довольно классный, а?
Привет! Это рядовой Джо Хаггард, и я — обычный солдат. Можно сказать, «рубаха-парень», поэтому пусть вас не вводит в заблуждение мой внешний вид. И не слушайте тех, кто говорит, что люди вокруг меня обычно умирают — это неправда. Ну, я имею в виду, что мы же на войне все таки: тут всякое случается. Вот...
Что я еще забыл? Ах, да! Я люблю вкусно поесть, особенно пиво люблю и закуску какую-нибудь нехитрую. Еще я обожаю взрывать. Помню, дома мне за это попадало, а в армии — наоборот: все хотят, чтобы я что-нибудь взорвал. Ладно, если вспомнить тот случай, когда я заминировал офицерский сортир, возможно, я что-то напутал. Но какой был взрыв – красота!
Сержант Сэмюэль Рэдфорд прибыл на службу... Мне говорят, что я первый, кто перевёлся по собственному желанию в «Плохую Роту» — подразделение с самым высоким процентом смертности. По сути, мы все там — живые мишени для врага. Однако, это меня даже не удивляет.
Поверьте на слово — я знаю, что поставлено на кон. Но если я здесь по собственной воле, то и уйти отсюда мне тоже ничего не мешает. Чтоб вы знали, я люблю армию. И я горд послужить своей родине. Но не теперь. Ещё пару недель, и я сваливаю отсюда. И единственные, с кем я планирую бороться после службы, это с марлинами и тунцом.
Да уж, сказать мне нечего. В конце концов, я — солдат, а не чёртова кинозвезда, чтобы трещать обо всём на свете. Всё, что я могу — это следовать приказам и выполнять свою работу. И сейчас всё, что мне нужно, так это проторчать тут ещё пару недель, и я ухожу. Я уже давно хотел съездить на рыбалку.
Пойми, мужик. Армия — она... Эх! Армия уже не та, что прежде. Я думал, что прослужив в «Плохой Роте», я быстро скоротаю остаток службы. Но после увиденного за свою вахту там, как к нам всем относятся, я понял, что наши жизни для них не стоят ничего: мы для них — всего лишь пушечное мясо, и не более того. Большинство парней не догадываются, почему нас зовут «Плохой Ротой» и почему мы до сих пор оправдываем это имя.
Мужик, когда ты под огнём, единственный, кому ты можешь доверять, это такой же, как ты парень, что рядом с тобой в окопе. Ты понимаешь, что я хочу сказать? Ты должен быть всегда в состоянии доверить свою жизнь товарищам по оружию. Но Хэг, или Свит... Чёрт, да я им даже ключи от моей тачки не доверил бы!
Порой мне кажется, что они скорее перестреляют друг друга, чем врагов. Всё потому что в бою ваш товарищ может измениться в любую сторону. Я хочу сказать, что если и есть возможность выбирать, на чьей стороне сражаться, то я бы подошёл к этому выбору с умом, потому как не доверил бы свою жизнь даже тому новичку, которого к нам недавно перевели.
Кроме этого, мне больше нечего сказать.
Я могу начать? Хорошо.
Эй, младший! Это я, Престон! Спорим, в форме ты меня не узнал, верно? Прям как и отца...
Слушай, только не говори маме, ладно? В общем, я немного накосячил с вертушкой, что и вспоминать стыдно. Во всяком случае, трибунал или другие дисциплинарные меры мне не грозят. Единственное, что я могу сказать, так это то, что меня переводят в «Плохую Роту».
Даже и не знаю, почему это подразделение так называется, но эй! — это может означать почти всё что угодно. Поэтому-то я и уверен, что всё рано или поздно устаканится. На следующей неделе меня переправят туда и, похоже, сразу же отправят на передовую. Я с нетерпением жду встречи со своей новой командой. Скажи маме, чтобы не волновалась, потому что в этот раз я точно буду делать всё по учебнику и держаться подальше от неприятностей... наверное.
В любом случае, нас там 100000 голов, поэтому я думаю, что дослуживать там свой срок будет не в пример легко. Не выделяться из толпы, не лезть в дурацкие приключения, не искать всякие там пиратские клады... И уж точно я не буду строить из себя героя и в одиночку кидаться против всей Русской Армии.Армия — это огромный и слаженный механизм, брат, в котором я — лишь маленький винтик, о котором точно не напишут в газетах. Но я надеюсь, что встречусь со всеми вам достаточно скоро. Береги семью.
Армии содержатся для защиты существующей системы, а не людей. В будущем разумное человечество не допустит войны.
— Есть причины не служить в армии, сынок?
— Я гей-трансвестит пацифистских взглядов с опухолью в легких.
— Пойдешь, если нет плоскостопия.
Армия не может существовать без порядка и организованности. Тем поразительней, что реальная война — с точки зрения порядочности и организованности удивительно походит на охваченный пожаром бордель.
Иди в армию, они говорят. Будет весело, они говорят...
Нет, в СС Костыль не служил — ему просто так нравятся кожаные курточки.