И потому, что я не остановилась для смерти,

Она любезно остановилась для меня;

В экипаже были только мы

И бессмертие.

Мы медленно катились,

Мы не знали спешки,

И я оставила в сторону

Мой труд и мой досуг.

Ради её хороших манер.

Похожие цитаты

Раз к Смерти я не шла — она

Ко мне явилась в дом -

В её коляску сели мы

С Бессмертием втроем.

Мы тихо ехали — Ей путь

Не к спеху был, а я

Равно свой труд и свой досуг

Ей в жертву принесла...

Because I could not stop for Death -

He kindly stopped for me -

The Carriage held but just Ourselves -

And Immortality.

We slowly drove — He knew no haste

And I had put away

My labor and my leisure too,

For His Civility...
Мы вырастаем из любви

И, заперев в комоде

Её храним, пока она

Не будет снова в моде.

We outgrow love, like other things

And put it in the Drawer -

Till it an Antique fashion shows -

Like Costumes Grandsires wore.
Душа должна жить нараспашку,

Чтоб к ней пришедший Бог

Не дожидался у порога,

Застав её врасплох.

Открой же дверь, пока Хозяин

Не вывесил замок,

Чтобы смутить её визитом

Никто уже не смог.

The Soul should always stand ajar

That if the Heaven inquire

He will not be obliged to wait

Or shy of troubling Her.

Depart, before the Host have slid

The Bolt unto the Door -

To search for the accomplished Guest,

Her Visitor, no more.
Мысль умирает,

говорят,

Лишь произнесена.

А я скажу,

Что в этот миг

Рождается она.

A word is dead

When it is said,

Some say.

I say it just

Begins to live

That day.
Дважды жизнь моя кончилась — раньше конца;

Остается теперь открыть -

Вместит ли Вечность сама

Третье такое событье,

Огромное — не представить себе -

В бездне теряется взгляд.Разлука — всё — чем богато небо,

И всё — что придумал ад.

My life closed twice before its close;

It yet remains to see

If Immortality unveil

A third event to me,

So huge, so hopeless to conceive

As these that twice befell.

Parting is all we know of heaven,

And all we need of hell.
Сказали: «Время лечит».

Не лечит никогда.

Страданье, как и мышцы,

Лишь укрепят года.

Но время — как проверка

Для тех, кто уцелел.

С годами стало легче?

Ну, значит, не болел.

(Время — лишь проба горя,Нет снадобья бесполезней,

Ведь если оно исцелило —

Не было значит болезни.

Говорят — время смягчает.

Никогда не смягчает — нет!

Страданье, как сухожилия,

Крепнет с ходом лет.)
Я знаю — Небо, как шатер,

Свернут когда-нибудь,

Погрузят в цирковой фургон

И тихо тронут в путь.

Ни перестука молотков,

Ни скрежета гвоздей -

Уехал цирк — и где теперь

Он радует людей?

И то, что увлекало нас

И тешило вчера -

Арены освещенный круг,

И блеск, и мишура, -

Развеялись и унеслись,

Исчезли без следа -

Как птиц осенний караван,

Как облаков гряда.
Он бился яростно — себя

Под пули подставлял,

Как будто больше ничего

от Жизни он не ждал.

Он шел навстречу Смерти — но

Она к нему не шла,

Бежала от него — и Жизнь

Страшней её была.

Как хлопья, падали друзья,

Росли сугробы тел,

Но он остался жить — за то,

Что умереть хотел.
Печаль хороша, когда не говорит -

На площади жги её — пусть горит -

Её пепел — развей по свету -

Печаль хороша — если молчит -

Пусть её мчит — ветер.

Best Grief is Tongueless — before He'll tell -

Burn Him in the Public Square -

His Ashes — will

Possibly — if they refuse — How then know -

Since a Rack couldn't coax a syllable — now.
Я — Никто. А ты — ты кто?

Может быть — тоже — Никто?

Тогда нас двое. Молчок!

Чего доброго — выдворят нас за порог.

Как уныло — быть кем-нибудь -

И — весь июнь напролёт -

Лягушкой имя своё выкликать -

К восторгу местных болот.

I'm nobody! Who are you?

Are you nobody, too?

Then there's a pair of us — don't tell!

They'd banish — you know!

How dreary to be somebody!

How public like a frog

To tell one's name the livelong day

To an admiring bog!