Каждому мужчине нужны в жизни три женщины: мать, жена и еще хотя бы одна, считающая его мужчиной.

Похожие цитаты

«Почему?» — вот по-настоящему мужской вопрос. Его диктуют представления о мужественности, возобладавшие в конце двадцатого века. «Я хочу знать, почему ты это сделала». Как будто я машина с неисправным клапаном или робот, у которого перегорели клеммы, и он теперь готовит бифштекс на завтрак, а яичницу — на ужин. Быть может, женщины сходят с ума вовсе не от сексуальных проблем, а из-за этого вот прямого мужского «почему?».
... а тебе, дочка, я вот что скажу… Ты еще не знаешь, что такое жить без любви. Когда никто о тебе не вспоминает, и никто тебя не ждёт. Когда мужчины проходят мимо тебя, как мимо пустого места. Когда в доме не пахнет мужиком. Да-даплохо пахнет! Но придет пора, и этот запах станет для тебя самым родным. И ты готова будешь дышать им и днем и ночью. И это тоже называется узами — узами любви, семейными узами. Словами этого не расскажешь, Гунюшка, язык слов — мужской язык, а наш — язык чувств. Языком слов о чувствах не поведаешь, а если попытаешься — бледная тень получится. Нет, это можно только ощутить, пережить, пропустить через себя и… помнить всю оставшуюся жизнь. Тем более что не многим удается сохранить это — не растратить на суетное, не погубить в озлоблении, не утопить в обыденности — жизнь по-всякому оборачивается.
Реши она выйти замуж (а это совершенно не исключалось, поскольку для аспирантки, существующей на одну стипендию, она была недурна собой, очень даже недурна), все её труды <...> пойдут прахом; реши она не связывать себя узами брака, её уделом наверняка будет уныние и нелюдимость, а также отставание от мужчин, которые станут обходить её на каждом этапе карьеры (им повышение нужнее: мужчина ведь должен кормить семью). А кроме того, ей трудно будет отстоять свой нетривиальный выбор: древние языки — занятие, по расхожему мнению, бесполезное и нудное; трудно будет отмахнуться от кривотолков, как сделал бы мужчина. Нетривиальный выбор — это прерогатива мужчины: он, как правило, в любом случае находит женщину, готовую вступить с ним в брак. Но не наоборот.
— Быть вместе можно по-разному. Не все пути ведут к краху.

— К краху?

— Да, к краху! Друзья, секс, любовь, брак, развод, крах. Ясно? А есть и другой путь — друзья, секс, любовь, итальянская еда, жить раздельно, спать с другими... Друзья не обязаны делать выбор, не должны выбирать вечно жить вместе.

— Ты что, трахаешься с кем-то ещё?

— ... Вот что он слышит!.. Луи! Сколько женатых пар, которых ты знаешь, отвратительно развелись?

— Большинство...

— Так, ну а сколько этих пар, не женись они тогда, остались бы парами или хотя бы друзьями?

— Вот теперь мне жутко!

— Почему!?

— Потому что ты найдёшь другого и я тебя потеряю!

— Дурень, я — не твоя! Мы просто ближе, чем были раньше! Я — не твоя, а ты — не мой! <...>

— А дальше что?

— Я не знаю. Но знаю, что если мы с тобой сойдёмся — никто никого любить не будет! Сто пудов!
Для женщины главное, чтобы других особей женского пола рядом с мужем не было. А на рыбалке он был, с мужиками пиво пил либо вообще в другом времени пребывал — это уже неважно. Муж для женщины — движимое имущество, собственность, а собственность, как известно, нуждается в защите.
Свадебные обряды изначально призваны защитить мужчину от женщины; она становится его собственностью: но все, чем мы владеем, в свою очередь владеет нами; для мужчины брак — тоже тяжкая обязанность, и таким образом он попадает в ловушку, расставленную природой: за то, что когда-то мужчина пожелал свежую молодую девушку, он обязан всю жизнь кормить толстую матрону и высохшую старуху; хрупкая жемчужина, призванная украсить его существование, становится отвратительным бременем.
— Гордон, ну что ты мелешь? Во всем виноваты женщины?

— По сути, виноваты. Это же они свято уверовали во власть денег. Мужчинам просто деваться некуда. Вынуждены покорно обеспечивать подругам их домики, лужайки, шубки, люльки и фикусы.

— Да ну, Гордон! Женщины, что ли, изобрели деньги?

— Кто изобрел — неважно. Важно, что женщины создали этот культ. У них какое-то мистическое поклонение деньгам, добро и зло для них всего лишь «есть деньги» или «нет денег». Вот погляди на нас. Отказываешься со мной спать потому только, что в кармане моем пусто. Да-да! Сама минуту назад так сказала. <...> Но будь у меня завтра приличный доход, ты завтра со мной ляжешь. Не потому что торгуешь своими ночами, не так грубо, разумеется. Но внутри глубинное убеждение, что мужчина без денег тебя не достоин. Ты чувствуешь — слабак какой-то недоделанный. <...> И этот миф — закон благодаря женщинам!

— Гордон, надоело уже тупое мужское долдонство! «Женщины то», «женщины се», как будто все они абсолютно одинаковы.

— Конечно, одинаковы! О чем всякая женщина мечтает кроме надежного семейного бюджета, пары младенцев и уютной квартирки с фикусом?

— Господи, твои фикусы!

— Нет, дорогая, фикусы твои! Твое племя их холит и лелеет!
Большинство мужчин хочет немых женщин, но в то же время, чтоб сей благородный товар не был лишен слуха. Я видела немало женщин, въезжающих в брак на одном молчании, а когда их красота меркла, они начинали трещать без умолку.
Мужчина женится, потому что влюбился. Женщина влюбляется, потому что хочет выйти замуж.
Его по прошествии нескольких лет брака удивляло, насколько часто отвращение к сентиментальности заставляло ее поступать бездушно и жестоко, а еще удивляло, что она упорно называла это «искренностью».