Цитаты Одри

— Одри, мы на минутку.

— Ладно.

— Отлично…

— Мы... нам бы как-то… убить медведя…

— Как?! Застрелить, сжечь?!

— Не знаю... И то, и другое.

— А вдруг ничего не выйдет... прикинь, тут будет носится огромный, разъяренный горящий плюшевый медведь.
— Это ужасный мир... Зачем я здесь?!

— Устраивать чаепития!

— Чаепития?!... Только и всего?.. [плачет, покачиваясь]
Я никогда больше не хочу слышать этого голоса подруги, которая уверена, что она тебе помогает, когда говорит, что тот, другой, возможно, просто ошибся, и не исключено, что он был вполне искренен; а главное, никогда, никогда не слышать, что так будет лучше!
Одри взволнованно посмотрела на зажатый в ладони телефон, с улыбкой погладила циферблат и убрала его в карман. Её попутчица выдохнула и смогла наконец перевернуть страницу своей книги. Она только что прочла одну и ту же строчку двадцать семь раз подряд.
Нет, она ни разу не говорила с Роменом вот уже пол года... кроме того раза в прошлом месяце, по поводу забытого чемодана, который, как выяснилось, ему был дороже, чем чувство собственного достоинства...
Журналистка по натуре, Одри привыкла сама направлять разговор; а чтобы не говорить о себе, лучший способ — задавать побольше вопросов о других, и эта стратегия особенно эффективна, если ваш собеседник о ней не подозревает.
Мужчины мне нравятся такие же, как чай, — слабые и зеленые.
– У меня есть идея, — сказал Матиас. — Давай присядем на эту скамейку, квартал такой красивый, нам ведь много не надо, будем сидеть здесь, и все.

– Хочешь сказать, что мы будем сидеть здесь и не двигаться?

– Именно это я и имел в виду.

– Сколько времени? – уточнила Одри усаживаясь.

– Столько, сколько нам захочется.

Поднялся ветер, она зябко поежилась.

– А когда наступит зима? – спросила она.

– Я обниму тебя покрепче.
– Что ты готовишь?

– Ничего особенного. Мушу жоу и хэй цзяо ню лю. Объясняю для невежд: обжаренная свинина и блинчики с начинкой.
– Привет, Майкл.

– Привет, о свет моих очей. Уж не блинчик ли я вижу?

– Не смей лопать! Лучше отнеси в гостиную.

– Слушаюсь и повинуюсь.
– Слушаюсь и повинуюсь, – слабо произнес он.

– Обычно ты слушаешься, но гнёшь свою линию, – заметила Одри.
– Одри, наконец-то! Давненько я тебя не видел!

– О, я считала секунды до нашей встречи.

– Я тоже! Жаль, что я не захватил с собой калькулятор, чтобы не сбиться со счета.
— Я имею в виду Одри. Или ее теперь следует называть Красной Шапочкой?

— Называй меня мадам.